Страница 1 из 83
Точка соприкосновения. Глава 1 (Часть 1)
Пропасть между влюбленными велика настолько,
насколько они сами себе ее создают.
- Свон, а Свон? – Майк отвлек меня от разглядывания руки Эдварда Каллена, медленно поглаживающей ногу сидящей на его коленях Лорен. Его длинные пальцы слегка касались внутренней поверхности бедра и двигались почти до промежности, после чего так же медленно возвращались к колену, и я не могла даже представить себе, какое удовольствие заставляет Лорен томно прикрывать глаза. – Что такое «Цэ два аш пять о аш», а?
Я с трудом отвернулась, чтобы взглянуть в лицо парня. Оно было туповатым из-за выпитого алкоголя. Он в самом деле не знает или таким образом хочет выставить меня на посмешище, как законченную зануду? Мой рот, как всегда, начал говорить прежде, чем я успела остановить себя.
- Этиловый спирт, Майк. И сейчас он разрушает клетки твоей печени, и особенно мозга, одну за другой. К утру ты станешь еще глупее, чем был.
На секунду повисла тишина, а потом компания взорвалась смехом. Громче всех смеялся Эдвард Каллен, запрокинув голову назад. Его смех особенным образом выделялся среди остального хохота – так, будто только он один существует в целом мире. Любой звук или слово, слетевшее с красивых губ Эдварда, я воспринимала как музыку. Все остальное шло фоном к нему.
- Твое здоровье, Свон! – добродушно смеясь, поднял Майк пластиковый стаканчик, в который Джессика любезно подлила ему вина. Знаю, подростки старшей школы не должны употреблять алкоголь до совершеннолетия, но кто, в самом деле, соблюдает эти правила в наш век?
Я подняла стаканчик с апельсиновым соком и чокнулась им со всеми, кто потянулся ко мне. Разумеется, из всей компании я была единственной занудой, отказавшейся от сомнительного удовольствия мучиться утренним похмельем.
У костра было тепло и душевно, из динамиков стоящего рядом джипа лилась музыка, а периметр лагеря подсвечивали переносные прожектора, выхватывая из темноты стволы деревьев, вплотную подступающие к океану, и истоптанный нашими ногами песок. Высокие макушки сосен покачивались на ветру, прохладный вечерний бриз раздувал огонь сильнее, заставляя поленья приятно потрескивать. Сквозь раскаты музыки едва доносились удары волн, гоняющие камешки по побережью туда-сюда.
Вокруг костра на складных столиках разложены фрукты и бутерброды, а чуть поодаль Анжела и Бен колдовали над барбекю.
В руках у ребят были стаканчики с вином или бутылки пива, и я белой вороной выделялась на фоне компании со своим апельсиновым соком. Зачем я приехала сюда? Затем, что не могла пропустить вечеринку в обществе Каллена, даже если я ему безразлична. Даже если его девушка – Лорен.
Лорен Мэллори – первая красавица школы. Круглое миловидное лицо, четко очерченные губы, как у фотомодели, и очень эффектные миндалевидные глаза. Шикарные длинные волосы она красила в черный цвет, и этот яркий контраст в сочетании с зеленого цвета линзами делал ее похожей на женщину-кошку. Каждый раз я вздыхала, завидуя ее невероятной красоте.
Сама-то я была абсолютно обыкновенной, ничем не примечательной девушкой. Я не завивала волосы и не подкрашивала глаза, не надевала короткие юбки и высокие каблуки, и блузки с глубоким вырезом, выставляющие грудь напоказ, а вечеринкам предпочитала книжки и старые видеофильмы в домашней обстановке. Я немного подвинула свои интересы только с приездом в Форкс.
- Познакомьтесь, у нас новая ученица, Изабелла Свон, - представил меня мистер Баннер.
- Белла, - машинально поправила я, так мне больше нравилось.
Я прошла на единственное место, которое было свободным: рядом с Эдвардом Калленом, разумеется. Только мне могло так невероятно «повезти».
Он очаровал меня сразу. Растрепанные бронзовые волосы и горящий похотью насмешливый взгляд тотчас дал представление о том, с кем я имею дело, но это ничуть не помешало мне влюбиться в парня, как и большинству несчастных девушек школы, которым никогда не перепадет этот великолепный экземпляр. Красавчикам типа Каллена, имеющим любую девушку, которую захотят, никогда не понравится такая серость и зануда, как я. Да я и не искала плотских удовольствий – я мечтала о любви.
- Привет, сделаешь мне домашнее задание? – сходу начал он, едва я села за парту и выложила учебник и тетрадь.
- Прости, что? – холодно отозвалась я, взглянув на него высокомерно. Это оказалось ошибкой, и я тотчас потерялась в пристальных изумрудных глазах и красивом изгибе ухмыляющихся с пониманием губ. Невольно я сглотнула, представив уже тогда, как, должно быть, приятно целовать его губы, ощущать, как они мягко прижимаются к моим полуоткрытым губам, позволять ему языком исследовать мой рот, жадно втягивая при этом его свежее дыхание…
- Сделаешь мне домашку, – повторил он, его глаза смеялись надо мной, как будто он читает все мои пошловатые мысли, и его это забавляет. Видимо, все, о чем я подумала, было написано на моем резко поглупевшем лице: Свон попала в сети так же, как и остальные. Несомненно, он не впервые сталкивался с такой реакцией на него, как у меня. – И тогда будем дружить.
Дружить? Он серьезно? Он что, считает, что я нуждаюсь в его дружбе? Я фыркнула.
- А своих мозгов нет? – презрительно отрезала я и отвернулась, поняв, что этот парень привык пользоваться расположением девушек на всю катушку. Я не собиралась становиться одной из подобных.
- Неа, - признался он, смеясь, и хотел что-то добавить, но нас прервал мистер Баннер, к моему облегчению.
- Мистер Каллен, не соизволите ответить на вопрос вместо того, чтобы тренировать свои способности обольщения на новой ученице?
- Какой вопрос? – Каллен отвернулся от меня неохотно, и я была благодарна учителю, что он спас меня от домогательств местного плейбоя.
- К какому году относятся первые исследования по поведению ядер делящихся клеток?
Каллен молчал, и я посмотрела на него. Он взглянул на меня напряженно, его брови сошлись к переносице, когда он попытался вспомнить что-то из курса биологии. Очевидно, что учеба не была важной составляющей его жизни.
- Может, вы знаете ответ, мисс Свон? – мягко спросил Баннер, переводя взгляд на меня.
- Конечно, - охотно ответила я, поспешно отводя глаза от растерявшегося Каллена, и дала развернутый ответ: - Первые описания встречаются в работе русского ботаника Эдмунда Руссова в тысяча восемьсот семьдесят втором году. Он смог отчетливо изобразить метафазные и анафазные пластинки, состоящие из отдельных хромосом. Годом позже немецкий зоолог Шнейдер еще более последовательно описал митотическое деление на примере дробящихся яиц прямокишечной турбеллярии Mesostomum.
- Спасибо, мисс Свон, я впечатлен, - похвалил учитель, а я осталась удовлетворена потрясением на лице красавчика Каллена, сидящего слева от меня. Вот тебе!
Я всегда вела себя с Калленом очень строго, выдерживая дистанцию, и потому не стала жертвой его обаяния в отличие от многих других. Точнее, стала, но он об этом не знал.
Мне рассказали, что Эдвард с пятнадцати лет зажигал с девушками школы, разбив немало сердец, но с тех пор, как ему ответила взаимностью красавица Лорен, он был только с ней.
Каллен рядом с Лорен смотрелся так же впечатляюще: высокий, ослепительно красивый мальчик-мечта с глазами цвета изумруда. Его медные волосы никогда не находились в каком-либо порядке, поэтому у меня всегда чесались руки пригладить их или, наоборот, взъерошить еще сильнее. Увы, мне это было недоступно. Они с Лорен прекрасно подходили друг другу.
И, несмотря на это, я все равно села в автомобиль и поехала со всеми в Ла-Пуш. Для чего? Может быть, я мазохистка, но я просто не могла прожить без Каллена ни дня. Тем более наше общее время вышло, выпускной закончился, и это последнее совместное лето, после чего каждый из нас отправится в университет, который он выбрал для себя.
Поэтому я и находилась здесь. Это была боль, но такая сладкая – смотреть на него, зная, что он мне не принадлежит и никогда не будет. Но любое время, проведенное с ним рядом, делало меня счастливой. Даже когда он, как сейчас, трогал другую девушку.