Страница 81 из 147
— Откуда ты знаешь, что приходил Снейп? — удивился Поттер.
— Я слышал, как кто-то из слизеринцев говорил о том, чтобы позвать декана, — отмахнулся Арчер, — ну так и?
— Да ничего мы ему не сказали, — пробормотал зеленоглазый слизеринец. — Он теперь думает, что Драко по собственной глупости упал в камин.
Том от души рассмеялся.
— Спорим, он ни на секунду не поверил в это?
— Ну, он ничего не сказал, — безразлично бросил Гарри, — а Малфой сейчас в таком ужасе, что вряд ли расскажет кому-то правду. Насчет остальных я не уверен, — он почесал затылок и нахмурился, думая о том, что стоило как-то прояснить ситуацию с другими слизеринцами.
— Не бери в голову, — спокойно посоветовал Том, — они ничего не расскажут.
— Откуда такая уверенность? — скептически уточнил Поттер.
— Последователи Салазара любят из всего делать секреты, — иронично заметил Том, — они никогда не выбалтывают попусту интересные сведения. Только если хотят получить какую-нибудь выгоду из этого. И то, в девяти случаях из десяти они скорее наврут с три короба и оставят при себе всё самое нужное. К тому же Малфой нанёс мне серьезное оскорбление, — напомнил Том, — по мнению большинства, он всё это заслужил.
— Как скажешь, — Гарри оставил в покое изуродованные манекены и с восторгом глянул на друга: — К слову, ты шикарно выполнил этот трюк с камином! — признался он. — На свечках это не так здорово смотрелось. Только я не понял, как тебе удалось поддерживать огонь, когда Блэйз облил Драко водой.
— Сконцентрировался и не дал огню погаснуть, — Том сделал вид, будто ничего особенного в этом нет, хотя про себя, конечно, страшно гордился такой похвалой, — это было несложно.
— Круто, — искренне признал Гарри, его друг всё же раздулся от гордости, а по его губам расползлась зловещая усмешка:
— Теперь они трижды подумают, прежде чем открывать рот.
— О, да.
Гарри сосредоточился, глядя в пол, и через минуту испорченные манекены по желанию мальчика были полностью восстановлены магией комнаты. Том наблюдал, как лучший друг вытаскивает волшебную палочку, чтобы попрактиковаться, и чуть помрачнев, отвернулся к окну. Несмотря на внутреннее удовлетворение от того, что он сегодня преподал Малфою блестящий урок, он понимал, что это нисколько не решает изначальной проблемы — конфликта между Люциусом и Гарри. Драко сам по себе ничего особенного не представлял, но у него была достаточно громкая фамилия, и очень часто она говорила за него, какую бы чушь ни нёс сам наследник древнего магического рода. Даже если сейчас Том несколько переключил всеобщее внимание с лучшего друга на себя, это не значило, что завтра ситуация не изменится. В одном Драко был прав — Гарри испытывает терпение своих сокурсников и рано или поздно оно иссякнет. Арчер прекрасно осознавал, что это может означать, учитывая, что половина слизеринцев — дети Пожирателей Смерти. Нельзя было допустить, чтобы кому-то из них всерьёз пришло в голову навредить Поттеру. Сейчас они воспринимали его скорее как некую экзотическую зверушку, и, упаси Мерлин, они решат, что Гарри представляет угрозу.
Вся эта история со старшим Малфоем была только началом, и необходимо было срочно положить ей конец. Нравится это Гарри или нет, но с ним враждовать нельзя. По крайней мере, не сейчас. Но как донести это до упрямого Поттера? Том знал, что Грейнджер всем силами пытается помочь Хагриду в деле с чёртовым гиппогрифом, и он подозревал, что рано или поздно эта глупая заноза втянет в свои дела Гарри, и если он открыто выступит против Люциуса, это будет конец. Дьявол! Арчер был готов сам прикончить идиотскую зверюгу, если бы это могло как-то решить проблему.
Том вздохнул.
Всё это было так... хлопотно.
*
Гермиона пораженно уставилась на Арчера:
— Ты поджег Малфоя?! — в полном шоке переспросил она.
Гарри, сидящий напротив неё, весело подмигнул:
— Ты бы его видела! Весь Слизерин окосел, — похвастался он. Грейнджер качала головой, продолжая рассматривать Тома со смесью неверия и ещё какой-то эмоции, определения которой слизеринец найти не смог.
— Это... это просто... — она шумно выдохнула.
Арчер закатил глаза:
— О, Мерлина ради, избавь меня от нотаций, Грейнджер, — скучающе протянул он, предупреждая дальнейшие обвинительные реплики от гриффиндорки.
— Нотации? — девочка на мгновение опешила, а потом вдруг расплылась в веселой улыбке: — Да ты что? Я не собиралась тебя отчитывать!
— Правда? — в унисон удивились оба слизеринца.
— Конечно! — беззаботно кивнула Грейнджер. — Я хотела сказать, что впечатлена. Я бы сама подожгла этого самодовольного недоумка, если бы у меня была такая возможность.
— Хах? — Поттер вытаращился на неё.
Гермиона чуть смутилась:
— Конечно, это было довольно опасно, но оно того стоило! — она с невольным восхищением взглянула на Тома. — Малфоя давно пора было поставить на место.
— Гермиона? — Гарри не верил своим ушам. — Ты ли это?
— Мне думается, мы на неё плохо влияем, — шепнул ему на ухо Арчер, не особенно впрочем заботясь о том, чтобы она его не услышала, гриффиндорка возвела очи горе.
— О, да прекратите вы паясничать! Малфой не давал мне прохода с первого курса, особенно после того, как я начала общаться с тобой, Гарри, — она поморщилась. — Он всё твердил, что таким, как я, не место в этой школе и... прочие гадости... — она покачала головой и с признательностью посмотрела на Тома. — Сама мысль о том, что кто-то смог до чертиков напугать белобрысого болвана, приводит меня в восторг.
— Я это не ради тебя сделал, ты в курсе? — сухо напомнил Том.
— А мне все равно, чем ты руководствовался, — пожала плечами гриффиндорка, — важен результат.
Арчер хмыкнул и скосил глаза на лучшего друга:
— Мы определенно плохо на неё влияем, — повторил он, Гарри задумчиво покивал.
— Гермиона становится такой же кровожадной, как и ты, Том, — прокомментировал он.
— Я не кровожадная! — защищаясь, воскликнула девочка, и, опомнившись, понизила голос, быстро глянув в сторону мадам Пинс, но та вроде бы не обратила на неё внимания. — Я бы никогда не смогла причинить вред человеку, но я и не святая...
— Это уж точно, — насмешливо вставил Том, Грейнджер опалила его рассерженным взглядом.
Между ней и Арчером вспыхнула очередная несерьезная перебранка, а Гарри оказался предоставлен самому себе и принялся без особого интереса листать лежащую перед ним книгу. Они провели в библиотеке почти час, в течение которого больше болтали, чем действительно занимались поисками нужного материала. И весь этот час Гарри придумывал новые и новые темы для разговора, чтобы отвлечь друзей. Удивительно, но ему это удалось, и теперь Том с Гермионой увлеченно спорили на тему своего проекта по рунам, который, как оказалось, у них был почти одинаковый. Они уже дошли до того, что вот уже месяц не могли поделить между собой одну и ту же библиотечную книжку, которую каждый раз мстительно таскали друг у друга из под носа. Гарри искренне ждал того мгновения, когда они, наконец, сообразят, что вместо того, чтобы тянуть одеяло на себя, проще объединиться и совместить их темы в одну, тем самым расширив границы исследования. Только вот Арчер на это никогда в жизни не согласится.
Третьим уроком у слизеринцев было окно, и это время мальчики обычно тратили на написание своих эссе в библиотеке и просмотр книг по целительству. Вскоре к ним стала присоединяться Гермиона. Гарри ничего против не имел, но однажды сообразил, что согласно её расписанию в это время у гриффиндорки должно быть Прорицания, которые, к огромному удивлению Поттера, она прогуливала, объясняя это тем, что профессор Трелони — пустоголовая шарлатанка и терять на неё время — почти преступление. Арчер же, узнав о прогулах самой примерной ученицы, злорадствовал ещё две недели. Это, впрочем, ему быстро надоело, хотя он и не мог отказать себе в удовольствии с присущей ему издёвкой изредка сетовать на то, что он теперь никогда не сможет узнать своего будущего, так как Грейнджер оказалась недостаточно талантлива, чтобы освоить Прорицание. Гермиона его комментарии стойко игнорировала, хотя порой Гарри замечал тень улыбки на её губах, словно ехидные замечания Арчера её скорее смешили, а не обижали.