Страница 33 из 147
— Ты Гарри Поттер, да?
Мальчик мысленно застонал и обернулся. Возле него сидела невзрачного вида девчонка с бледной кожей и заостренными чертами лица, что сразу же навело слизеринца на мысль о том, что она чистокровная (большинство из них так выглядели, Поттер серьезно подозревал, что на юном поколении таким образом сказывается вырождение рода). Волосы у новой соседки были густые и черные, но едва доходили до плеч, отчего её лицо казалось уже, чем оно было на самом деле, ростом она явно не выделялась и даже в мешковатой, широкой мантии казалась тощей и угловатой. Но больше всего Гарри впечатлили её блекло-карие глаза, потому что по глубине и интеллектуальности взгляда, девочка могла бы посоперничать с инферналом. И несмотря на это, на мантии у неё был вышит герб Рейвенкло.
— Приятно знать, что половина школы знает тебя, а ты не знаешь никого, — проворчал подросток, доставая из сумки пергаменты и чернила.
— А? — прогудела она где-то рядом.
Гарри вспомнил, что вежливым быть полезно и постарался посмотреть на свою соседку менее предвзято. В конце концов, он мог просто навоображать себе гадостей про бедную девочку. Увы, она по-прежнему смотрела на него с унынием травоядного парнокопытного.
— Я имею ввиду, что не знаю. как твоё имя.
— О! — она секунду таращилась на него. — Я Мелисса Хант.
— Отлично, — Поттер выдал самую светскую свою улыбку и отвернулся.
— Я о тебе много разного слышала, — голос у неё был такой же тусклый, как и взгляд. — Ты герой, как бы, да?
— Как бы нет, — неожиданно для себя подросток быстро скатился в ворчливое состояние.
— Нет?
— Нет.
— Не герой?
«Лучше бы я слушал семейные байки Забини», — печально подумал Гарри и покосился на свою новую знакомую, та продолжала таращиться на него, словно пыталась просверлить в нём дыру.
— Так ты что, правда убил Того-Кого-Нельзя-Называть? — после непродолжительной паузы осведомилась Мелисса.
Слизеринец закатил глаза.
— Да, дети в возрасте до года часто убивают могущественных тёмных волшебников, — не выдержав, съязвил Поттер.
Она вдруг хихикнула.
— Ты шутишь, да?
Гарри неожиданно стало её жалко — даже Крэб с Гойлом казались умнее.
— Слушай, скоро урок начнется, так что давай подготовимся...
— А чего готовиться? — она с надменным видом откинулась на спинку стула, — Можно подумать, кому-то действительно нужно это целительство!
— Если тебе не нравится, зачем ты записалась?
Она смерила его оценивающим взглядом.
— Тебе что, незнакома фамилия Хант? — с легкой ноткой недоверия уточнила она.
— А должна? — флегматично отозвался Поттер, вот с этим видом людей Гарри уже научился разговаривать.
— Мой отец — директор больницы Св. Мунго, — сообщила Мелисса. Теперь она разглядывала своего собеседника с таким видом, словно он был каким-то особо мерзким насекомым, — я с детства знаю о целительстве всё-всё, — Хант немного помолчала. — Странно, что ты не знаешь... для одного из лучших студентов ты глуповат, — высказав это предположение, она наконец замолчала и отвернулась.
Наконец Гарри вспомнил, где он слышал это имя. Ну конечно! Мелисса Хант. О ней, впав в очередной приступ аристократического снобизма, рассказывал Малфой, когда читал Гарри лекцию о полезных связях. Из того, что узнал о ней Поттер, получалось, что эта невзрачная девчонка с горошиной вместо мозгов была одной из самых завидных невест Англии, не говоря уже о том, что привередливый Драко Малфой считал её редкой красавицей.
«Чего-то я не понимаю этих аристократов», — тоскливо подумал слизеринец и выглянул в окно, за которым, кажется, собирался дождь. Как можно серьезно хотеть дружить с этой девчонкой? Она же хуже Малфоев!
— Глупость какая-то, — пробормотал Гарри.
— Что это значит? — гнусаво утонили рядом, подросток медленно обернулся.
— Ничего, говорил сам с собой.
— Считаешь, что я не права? — она фыркнула и скрестила руки на груди. — Ну конечно, как кто-то может быть не согласен с героем магического мира!
— Да при чем тут это? — снова стал раздражаться мальчик. — Я что, сказал что-то против...
— Целительство — бесполезный предмет! — визгливо перебила его Мелисса, Поттер моргнул, гадая, как прекратить весь этот цирк, хотя с другой стороны было довольно забавно наблюдать, как кто-то настолько маленький и серый пытается спорить и требовать.
— Целительство необходимо, — тихонько ввернул он, с интересом ожидая следующей реакции, Хант цокнула языком и надменно вздернула подбородок.
— Для кого? Бес-по-лез-но! Маги не болеют, а если и болеют, то так, что им уже никакое целительство помочь не может! Хотя... — её губы изогнулись в презрительной насмешке: — Я совсем забыла, что грязнокровки умудрились протащить в магический мир свои маггловские болячки, так что, наверное, таким как ты и вправду нужна помощь колдомедиков. Только вот тратить магию на тебе подобных, достаточно слабых, что даже с простудой справиться не можете, просто отвратительно. Поэтому я презираю целительство, единственные, кому оно нужно, это слизняки вроде тебя!
Это была такая всеобъемлющая ересь, что Гарри даже забыл, что хотел оскорбиться и пересесть. Он даже открыл рот, чтобы сообщить бедняжке Хант, что глупее девочки никогда не встречал, но тут на их парту упала пара капель густой тёмно-красной жидкости, и в эту же секунду кто-то на соседних партах испуганно вскрикнул. Гул голосов в аудитории мгновенно стих. Гарри посмотрел на Мелиссу. Девочка сидела, вжавшись в спинку стула, и в ужасе смотрела на кого-то прямо перед собой. И без того бледное лицо приобрело зеленоватый оттенок. Очень медленно, словно он оказался где-то глубоко под водой, Поттер повернул голову, и взгляд его уперся в край рукава синей мантии. Мальчик очень долго разглядывал этот рукав, испачканный чем-то красным, прежде чем глянул выше на жилистую руку, которую пересекал длинный, глубокий порез от запястья до самого локтя. Из раны текла кровь, густыми вязкими каплями падая на их с Мелиссой парту. Поборов приступ тошноты, подросток медленно посмотрел выше, его взгляд скользнул по предплечью, сгибу локтя и плечу, пока не остановился на совершенно спокойном лице.
В расписании было написано, что преподавателя по целительству зовут профессор Клаус Айскальт. Гарри видел его пару раз в Большом Зале, этот волшебник с первого взгляда не производил особого впечатления. Очень высокий, худощавый, с узкими скулами, впалыми щеками и бледной кожей. На вид ему было лет пятьдесят, возможно больше, он носил исключительно светло-серые и бледно-синие форменные мантии, которые обычно одевали целители в Св. Мунго, говорил медленно и размеренно и никогда не улыбался. Сегодня Гарри впервые оказался так близко к профессору и смог отметить ещё одну его черту — льдисто-голубые глаза, очень внимательные и пугающе спокойные. Сейчас эти глаза были обращены к соседке Гарри.
— Мисс Хант, — голос профессора был тихим и ровным под стать внешности, — я случайно услышал, как вы обмолвились, будто знаете о целительстве всё, — мужчина медленно положил на парту продолговатый нож, который, как оказалось, держал в другой руке. Мелисса и Гарри как по команде уставились на острое лезвие, испачканное кровью. — Пожалуйста, продемонстрируйте нам свои познания, — он чуть протянул к ней руку, и девчонка с полупридушенным всхлипом отодвинулась на стуле подальше от профессора, того её реакция ничуть не смутила, он только едва приподнял брови. — Что же вы так испугались, мисс Хант? — поинтересовался он.
— Ваша... ваша рука, — она всхлипнула, по её щекам потекли слёзы.
— А если бы это был кто-то другой? — вкрадчиво поинтересовался Айскальт, Поттеру почудилось безумие в его холодных глазах. — Если бы кровью сейчас истекал ваш отец? Или брат? Если бы кто-то из них умирал, что вы, со своим эгоизмом могли бы им предложить? Как бы вы спасли их? — неожиданно прожигающий насквозь, ледяной взгляд метнулся к Гарри и на долю секунды задержался на его лице, после чего вернулся к рейвенкловке. — Что если бы ваш друг истекал кровью у вас на глазах, а вы ничего не смогли бы с этим поделать?