Страница 2 из 53
— Я этого не говорил — ответил военный чиновник из зала. — Но нам стоит шагать в ногу со временем и вкладывать как можно больше сил в обеспечение обороны и собственной безопасности.
— Мы и так это делаем, прилагая максимум возможностей и усилий.
— Видимо этого мало! — раздались одновременно сразу несколько голосов.
— И снова те же избитые лозунги… — проворчал Майкл Абрамс вполголоса, но его всё равно услышали, потому что маленький микрофон, прикреплённый к галстуку, позволял транслировать даже самые тихие звуки.
— Вы должны признать, сэр, что опасность войны сегодня исходит не только от русских. Многие державы обладают ядерными ракетами, и другими смертоносными видами вооружений, способными уничтожить в пекле новой войны всё человечество. И далеко не каждая из них относятся к нашей стране с миром…
В течение следующих пятнадцати минут происходила словесная перепалка между собравшимися членами руководства. Единого мнения по ситуации в мире не было, и обсуждение пунктов военной доктрины явно не находило полного одобрения среди одних конгрессменов в противоположность мнению других. И тогда один из высокопоставленных чиновников из ЦРУ попросил слова, чтобы задать вопрос:
— Как вы рассматриваете вариант с разведывательной миссией на международную космическую станцию, мистер президент?
Все дружно смолкли, потому что вопрос был явно неожиданным для всех.
— О какого рода данных идёт речь?
— Я говорю о технологиях и наработках в сфере альтернативных источников энергии, сэр. Всем давно известно, что как русские, так и индусы с китайцами далеко продвинулись в этом направлении. Было бы неплохо кое-что узнать о том, что они уже используют на борту 'Станции-2'. Например, автономные компьютерные системы или те самые новые рулевые двигатели, про которые несколько минут назад вы упомянули. Мы до сих пор не имеем доступа ко всему этому, в то время как оно у нас, буквально под носом.
— И что конкретно вы предлагаете?
— Через месяц стартует очередная космическая экспедиция. В состав американского экипажа, состоящего из троих астронавтов, мы бы хотели включить нашего человека, который будет обладать подготовкой и необходимыми навыками разведчика. Таким образом, он сможет выяснить много важного, так как будет иметь непосредственный прямой контакт с техникой, представляющей для нас интерес.
Президент некоторое время молчал. Он неспешно потирал подбородок и обдумывал своё решение. Наконец ответил:
— Это неплохая идея, господа конгрессмены, но в таком случае мы все должны осознавать ответственность миссии и предусмотреть все возможные варианты развития событий. Поручаю разведывательному управлению тщательно продумать любые форс-мажорные обстоятельства, чтобы потом на нас с разных сторон снова не посыпались обвинения…
***
Международная Космическая станция никогда не являлась самым удобным местом для жилья. И пускай эта, вторая по счёту орбитальная лаборатория, была гораздо просторней своей первой предшественницы, в космосе всегда всё не так как на земле. Здесь не существует привычной твёрдой почвы под ногами, и потому незакреплённые на положенных местах предметы имеют склонность летать в произвольном порядке с места на место. Если вы что-то когда-то здесь потеряли и уже давным-давно не тешите себя надеждой отыскать, эта вещь может оказаться внезапно обнаруженной совершенно в неожиданном месте, до того, как вызовет неожиданную аварию, замкнув собой какой-нибудь важный прибор или проводку.
Что касается экипажа, то каждый из людей, кто пребывал в невесомости месяцами или даже годами, подвергался здесь всяким рискам для своего здоровья. И речь не только о жёстком радиоактивном излучении, потому что теперь любой человек, работавший на орбите, был более надёжно защищён. Беда тут ещё и в том, что работникам станции приходилось жить в невесомости, что крайне негативно сказывалось на общем здоровье и самочувствии.
Надо отдать должное строителям и проектировщикам новой станции, ведь благодаря их воплощённым идеям, члены экипажей теперь не так сильно страдал от неудобств, чем это было каких-нибудь сорок-пятьдесят лет назад, во времена зарождения космической эры. Нынешним космическим путешественникам повезло значительно больше, чем их предкам — первопроходцам космоса, потому что каждый из астронавтов или космонавтов мог не просто прозябать в невесомости, но и периодически наслаждаться искусственной силой тяготения во время непродолжительных пробежек в специальном колесе-центрифуге, чувствуя себя в прямом смысле белкой в колесе.
Что же представляло собой это новшество, и для чего служило? Вращающаяся конструкция, смонтированная в самом центре станции, создавала силу тяготения ровно в одну земную, и являлась довольно прогрессивным изобретением середины XXI века. В своё время доставка в космос и монтаж этой штуки заставило поволноваться умы инженеров, которые сначала долго разрабатывали, а потом собирали её по кусочкам прямо на орбите.
В конце концов, вышло всё в лучшем виде, когда станция оказалась готова. Новый космический дом получился огромным и очень удобным для работы и жилья, а само колесо-центрифуга, расположенное в центре космического комплекса, вскоре стало своего рода визитной карточкой станции, изображения которой часто печатали на открытках и почтовых марках разных стран мира.
Вот уже четырнадцатый год подряд постепенно обрастающая дополнительными модулями станция, вращалась на орбите Земли, где трудились учёные и исследователи из разных стран мира. Теперь она выросла ещё, обзавелась разными ответвлениями, от которых во все стороны торчали длинные секции солнечных батарей.
Конечно же, у этого космического дома было своё длинное имя, но в обиходе никто им почти не пользовался. Все без исключения космонавты и астронавты коротко именовали своё космическое жилище 'Станция-2', и только в подробных рапортах и отчётах неизменно фигурировало — 'Модульный Международный научно-исследовательский орбитальный комплекс-2'.
Появление второй МКС на орбите было сопряжено с изрядной шумихой. Ввиду сложных политических отношений между разными странами, само существование станции, а также её необходимость вывода на орбиту долго были под вопросом. Далеко не все государства пожелали продолжить совместную деятельность в космосе, да и те, кто выразили согласие, не всегда располагали достаточными ресурсами для этого.
Вместе с тем, сегодня было больше возможностей для исследования ближнего космоса. Постепенно создавались совместные лунные базы, регулярно посылались экспедиции на Марс и Венеру, пусть пока не такие масштабные, как в случае с Луной. С появлением новых ракетных систем делать это стало значительно проще и дешевле.
Наряду с русскими, китайцами и индусами, летать в космос стали Бразилия, Южная Африка и Иран. Каждая из этих стран однажды спокойно и без суеты создали свою космическую программу, оставив позади таких мощных конкурентов, как Япония, Германия и США. Если бы не авария с 'Афросиабом-8', произошедшая несколько лет назад, можно было бы с уверенностью сказать, что сегодня освоение Солнечной системы уверенно шло семимильными шагами и вполне гладко: полёты в космос стали довольно обыденным явлением, почти как трансатлантические рейсы на сверхзвуковых авиалайнерах.
Вообще, в том нашумевшем инциденте с иранской лунной экспедицией было много странного и не находящего логического объяснения. Высланный через неделю спасательный челнок не обнаружил даже следов потерпевшего аварию корабля, точно так же и сканирование ближайшего космического пространства не дало результатов. Поиски прекратили через три месяца, когда стало ясно, что найти корабли и экипаж не представляется возможным.
После крупных экономических потрясений двадцатых годов, мир был значительно перекроен. Многие из мировых держав, которые раньше представляли собой непотопляемые корабли-государства, отодвинулись на задний план, в то время как другие страны поднялись на мировой арене далеко вверх.