Сандра

Тот усмехнулся в бороду и поинтересовался:

- А ты себе ничего не хочешь?

Я критически осмотрела прилавок с оружием.

- Нет уж. Боюсь, порежусь, - мысленно добавив: "мне бы пистолет".

Я пониже надвинула капюшон, пока мы ходили вдоль прилавков – иначе каждый назойливый продавец начинал усиленно рекламировать свой товар, уверяя, что "пекнай дзяўчыне" его товар очень к лицу.

Сэранок задержался возле прилавка, заваленного грудой тканей. Это были плащи самых разных оттенков черного и серого из материала, напоминающего плотный шелк.

- Дивьи накидки, - возвестил продавец, заметив интерес Сэранока к своему товару. – Вы на себя аль на дочку приглядываете?

Я запоздало спохватилась, что капюшон почти сполз, пока я, запрокинув голову, изучала плащи, развешанные на деревянном каркасе, служившим скелетом навесу, под которым расположился продавец.

- На прыгажуню маю, - добродушно пробасил Сэранок, приобняв меня за плечи. 

- Чудесно, посмотрите, думаю, этот будет как раз.

Продавец скрылся за прилавком и вынырнул оттуда, держа на весу черный плащ, по краю расшитый серебристым узором.

Сэранок накинул его на меня, нахлобучил капюшон, полностью скрывший лицо.

- Бяру, - согласился он.

Пока я выныривала из-под капюшона, Сэранок успел расплатиться и тянул меня дальше по ряду.

- Спасибо, папочка, - пробормотала я. – И почему меня все принимают за твою дочь?

- Есть несколько причин, - вполголоса пояснил мне Сэранок, критически осматривая оружие, в котором я узнала арбалет. – Никуда не годится, - бросил он продавцу. – Раз под дождем постреляешь, аж глянь – уже рассохся. Так вот, - продолжал он, поворачиваясь ко мне. - Первая – ты много видишь вокруг черноволосых?

Я честно огляделась по сторонам, но кроме нас, действительно, никого не наблюдалось.

- Вторая, - Сэранок загнул палец, - по возрасту я вполне подхожу. А третья – где это видано, чтоб порядочная девица по кирмашам без батьки шастала?

Еще немного побродив по рынку (Сэранок нашел-таки себе арбалет, устроивший его), мы вернулись к лошадям. Гред уже ждал нас там. Одобрительно присвистнул, глянув на мой плащ, и легко прянул на лошадь.

На этот раз тракт был действительно пустынен.

- А что, кроме нас в Менск никому не надо? – поинтересовалась я, привстав в стременах и оглядывая горизонт.

- Надо, но они либо выехали на заре, либо покинут деревню к обеду, когда разойдется кирмаш, - пояснил Гред, придержав коня.

- Кстати, где Валек? – словно проснувшись, поинтересовалась Лика.

- Бегает где-то, - пожал плечами Гераден. – Догонит он нас, не переживай.

Некоторое время ехали молча.

- А кто в Менске у власти сейчас, князь? – поинтересовалась я.

Сэранок кивнул.

- Князь и Верховное вече, - уточнил он.

- Слушай, давно вот хотела спросить… - я замялась, не зная, с какой стороны подступить к интересующему меня вопросу. – В нашем мире – наука, прогресс, демократия… А здесь – магия, раннее средневековье по техническому развитию и княжеская власть. Но миры-то параллельные. Как это объяснить? И как объяснить то, что вы о нас знаете, а мы о вас – нет?

Сэранок задумался, поглаживая бороду, по которой давно плакала расческа.

- В вашем мире нет магии, - наконец ответил он, - но это компенсируется техникой. А у нас маги сознательно тормозят всяческий прогресс. В любые времена чудеса базируются на вере, то есть на общей энергетике. Не будет энергии, не будет магии… А техника и ее законы убивают веру. Естественно, что маги знают о параллельных реальностях, но помалкивают о них. Меня как раз поражает тот факт, что хоть крохи сведений о нашем измерении каким-то образом нашлись в вашем мире, далеком от магии.

Размышляя о сказанном Сэраноком, мы пообедали, не спешиваясь, тем, что захватили в корчме на дорогу.

Осенью темнеет рано, особенно в такую пасмурную погоду, так что не прошло и пары часов, как мы ехали в серых сумерках.

Внезапно моя лошадка резко затормозила и, всхрапнув, попятилась. Не понимая, в чем дело, я наклонилась к ней, успокаивая, да так и осталась в полусогнутом положении – где-то надо мной свистнула пуля. Стрела, поправила я себя, но легче от этого не стало. В лесу замелькали трепещущие алые огоньки – факелы, догадалась я. Спереди на дорогу высыпало с десяток людей с зажженными факелами и мечами наголо. С боков и сзади наблюдалось какое-то движение – нас грамотно брали в кольцо. Вот-вот прозвучит знакомая по рассказам о Робине Гуде фраза "кошелек или жизнь", но что-то подсказывало мне, что здешний криминальный авторитет вряд ли Робин и уж точно не Гуд.