Полюбить Ареса

...И этот старый образ на задворках сознания: Василиск... Паша. Лед в карих глазах, страшные обещания шепотом... Он стал картонным воспоминанием. Она перестала просыпаться по ночам с тошнотворным чувством, что убила его, или что он ее нашел и сейчас стоит у кровати, глядя, как она спит... Не осталось больше жуткого страха. Был только Стас, его ровное дыхание вместо таблетки успокоительного.

...На часах – почти шесть вечера, рабочий день в NewTek уже закончился, и Арес вместе с Цербером должны были приехать с минуты на минуту.

Цербер после возвращения из Штатов снова возглавил московский головной офис, а Стас был у него заместителем и вел отдел стратегического планирования.

На улице стояло «бабье лето», навешивая паутину на прохожих, и хотелось танцевать. А вот беременная Настя постоянно хотела спать и есть – и от этого злилась.

– А еще у меня грудь стала ого-го, Цербер не нарадуется. Теперь я понимаю, почему мужчины в таком восторге от беременных женщин. Потомков они хотят, как же… – фыркнула она и присела на широкую ступеньку у входа в модельный дом.

Саша спустилась на тротуар и по привычке осмотрелась. На ней был хлопковый костюм: широкие брюки и цветастая туника, защищающая от ветра. Не холодно, но по телу прошелся озноб, и она подумала, что тоже, как и Стас, стала параноиком.

– Алё, Дань, я тебя плохо слышу... Что? – раздался за спиной громкий голос Насти, а Саша впилась взглядом в дорогу, зная, что это он – тот самый момент. Две секунды, которые определяют жизнь, и которых ей на этот раз не хватит.

Рев мотоцикла, выброшенная вперед рука байкера, несущегося по направлению к ней... Саша даже усмехнулась. Все-таки не сумасшедшая. И мысль в висках молотком: «Слава богу, от Насти отошла».

***

– Ну и долго мы будем в пробке стоять? – Арес быковал весь день, все валилось из рук. Хотелось быстрее забрать из модельного дома Сашу и доставить домой. Он уже не мог вспомнить тот период жизни, когда был спокойным. От нервов скоро останется только хлопающий звук.

– Погоди, сейчас объеду. Девчонки нас уже на улице ждут. – Цербер вырулил из общего потока и одним колесом поехал прямо по газону, а потом свернул в переулок, и скоро они выбрались к району, где находился модельный дом. – Ты какой-то совсем буйный в последнее время. Как девственница перед брачной ночью.

– А они разве буйные?

– Такие, как Настя, просто звери… Слушай, и тут пробка.

Здание «Фрэнки&Макс» уже виднелось в конце торговой улицы, и Стас не выдержал:

– Я пешком, а ты подъезжай. – Он захватил телефон, сунув в задний карман, и выбравшись на улицу, обтянул вязаный свитер.

– Ага, ждите. Буду через два часа, – уныло ответил Цербер, глядя на неподвижную цепь машин перед собой во всех полосах.

Не успел Стас сделать и шагу, как раздался звонок. Высветилось имя сестры, что удивительно. Она никогда сама не звонила.

– Лиза?

– Стас, на Сашу заказ! Хватай ее и бегом в убежище. Она с тобой?

– Нет. – А у самого руки ледяные и сердце: бух-бух-бух.

– Где она? В каком районе?! Стас, ты понимаешь, что я тебе говорю? Капишь? Ферштейн?! – орала Лиса, и он ответил, назвал адрес, видя мир в тумане.

В какой-то непонятной прострации набрал Саше – не ответила. И тут его прошибло.

– Звони Насте, пускай убираются в безопасное место! – закричал он Церберу и бросился бегом, пробираясь мимо машин, перескакивая через капот. Он несся по улице, не давая себе достаточно вдохнуть, налетая на прохожих, видя только цель.

«Саша, Саша, Саша», – грохотало сердце, и он увидел ее издалека. Совершенный силуэт его мечты. Она смотрела в другую сторону, а он не мог даже закричать. В груди нестерпимо жгло, как будто сердце оплавилось от нагрузки, когда он, заметив черный байк, сбил Сашу с ног, ощущая, как распарывают спину пули.

Успел, Господи, успел…

– Наконец-то… спас тебя, – прошептал он, сминая под собой тонкую фигуру.

Угроза миновала, завыли сирены, но встать не было сил. Рот сухой, ни слова не выдавить. Только упрекнул:

– Ты звук в телефоне выключила.

Саша крепко обнимала его и в ужасе смотрела ему в глаза, и казалось, она хотела только одного: остановить момент, чтобы не узнать, убили его или нет.

Где-то рядом кричала Настя, но Стасу было плохо, он чувствовал, как кровь сочится из его раны в плече.

– Все хорошо, – тяжело дыша, между вдохами сказал он.

Он откатился в сторону и задрал на себе свитер.

– Я в бронежилете. Помнишь? Твоя голова на уровне моей груди. Ты слышишь меня?

Но она молчала; у нее дрожали руки и губы, и казалось, она провалилась в свой внутренний мир, чтобы найти выход из отчаяния.