Страница 89 из 92
Вдох-выдох, тяжелые шаги подальше от противника. Разрывая дистанцию с прямо на ходу выстраивающимися рядами выпускников, я мучительно прикидывал, как бы помягче съехать с боя. Что-то такое попадалось же в материалах прошлых битв. Ну и заодно приближался к очередной серебрушке. Метрах в двадцати, впереди, будто одинокий вековой дуб в степи, опираясь на алебарду, стоял тяж-четверокурсник. Похоже, посекло ему ноги, не смог продолжить строевую атаку. Но и ложиться на песок не захотел, гордый. Да еще и аристократ, судя по габаритам. Здоровенный лось, явно уже вкусил божественной благодати.
Мысль зацепилась за аристо. Точно! Пару раз Итоговую Битву останавливали досрочно, когда исход боя уже ясен, и требовалась срочная медицинская помощь дворянам. Айболит перезаряжается достаточно долго, отдельного заряда на страждущего не предусмотрено, вот и ускоряли финальный свисток, чтобы поскорее в кучу собрать пациентов.
Сближаясь с настороженно сгруппировавшимся тяжем, я крутил в голове варианты. Черт, не сходится картинка. Постарался расслабиться и впустить в мысли привычный холод. Пульс начал приходить в норму, на губах заиграла улыбка. Обернулся, догоняют меня выпускники. Тяжи двигались медленнее всего, центр свежевосстановленного построения отставал. И чего ради перестраивались ребята? Быстрее всего двигалась пятерка велитов, именно они опрокинули наш левый фланг, ускорив баталию. Экипированные облегченной тряпичной броней, они не таскали с собой щита, рассчитывая на запас дротиков, мобильность и юркие укороченные копья. Хм, а один из пятерки, наверняка, тот самый Аттила, который три года назад пробовал организовать первокурсников в степное построение. Обычно аристо брезгуют идти в метатели, но тут приятное для меня исключение. План, наконец, сложился. Ух, аж полегчало, приятно, когда есть четкий роадмап дальнейших шагов.
Снова обратил внимание на стоявшего на пути тяжа. Можно было бы сказать, что он преграждал мне путь к отступлению, но на самом деле обогнуть иммобилизованного врага труда бы не составило, тут я скорее сам нарываюсь. Во-первых, серебрушка в копилку лейтенанту лишней не будет. Во-вторых, слишком сильно отрываться от преследователей мне не надо, запланированная точка рандеву находится метрах в тридцати впереди, сильно торопиться не будем.
Неторопливый разбег, шесть метров до столкновения. Бронированный враг перехватил полэкс под колющий удар и вытащил из-за спины собственный щит. Зря, дурашка, я же с одним гоплоном остался, не будет никакого обмена ударов. Три метра, вражеский наконечник смотрит прямо в лицо. Хочется закрыться щитом, но нельзя, в последнюю секунду удар может пойти в ноги. В последний рывок выложился полностью. Капрал, наверное, отчаянно костерил меня с зрительской трибуны, не делают так в строевом бою. Но у тяжа за спиной нет второй линии, а сбоку его не поддерживает плечо товарища, так что можно. Затупленный наконечник полэкса бессильно скользнул по гоплону, щиты с треском столкнулись. Уф, будто два барана по весне. Пришлось подпрыгнуть, чтобы гигант получил удар выше центра тяжести.
Неожиданно для четверокурсника я оказался тяжелее его. Да вот такой я, хоть по виду и не скажешь. И скорость я набрал приличную. И всего равно у меня бы не получилось, если бы не его израненные ноги. Сделав шаг назад и болезненно вскрикнув, тяж опрокинулся в песок. Уфпх, будто в стену влетел с разбегу, я тоже не удержался на ногах. И дух выбило начисто. Но выбрался из вязкого песка я быстрее. Противник все еще барахтался на спине, когда я сбил ударом ноги его левую руку и наступил на щит. Полэкс из положения лежа опасности не представляет. Обернулся, преследователям наши бараньи бодашки не понравились. Заторопились. Аттила, как самый атлетичный из самых легкобронированных, приближался быстрее всех, отлично. Легкий удар ногой по голове лежащего аристократа. Остался в сознании, но щекой по песку распластался. С высоты роста опустил собственный щит ему на скулу. Негромкий треск ломаемой челюсти и крошащихся зубов заглушил яростный рев со стороны рядов выпускников. Ага, дворянская солидарность. Простолюдинам-то, наверное, без разницы. А вот аристо к такому отношению не привычны, вознегодовали. Хотя, может и наговариваю на ребят, возможно, они за всех однокурсников так переживают. Вполглаза контролируя приближающихся врагов, я, не очень торопясь, снова перешел на рысцу. Вдох-выдох, тяжелый гоплон оттягивал руки. А велиты-то, пожалуй, пободрее меня бегут. Этих ребят я в кроссе не обставил бы. Мы уже переместились на половину противника, примерно отсюда вражеские велиты начинали обстрел в самом начале боя. То, что надо.
Сделав вид, что окончательно выбился из сил, я остановился и развернулся лицом к приближающемуся врагу. Впрочем, не особо то и претворялся, и правда умаялся. Воздух со свистом вырывался из легких, обессиленно воткнув щит в песок, я устало облокотился на него. Обозленные недавним шоу выпускники приближались, разорвав строй. Вот ведь дурашки, им бы построиться в фалангу, да задавить меня обстоятельно и не торопясь. Но нет же, оставили тяжей далеко позади и растянулись по всему полю.
Местный Аттила, чуть замедлился. Я и сам недавно перед столкновением с тяжем перешел на легкий бег, подгоняя разбег. Так что обманчиво неторопливое приближение противника выглядело отнюдь не успокаивающе. Укороченное копье в руках аристократа смотрелось игрушечным, ну да, росту-то в дядьке за два десять. Умные глаза на породистом лице цепко следили за моими движениями. Двадцать метров, остальные велиты постепенно нагоняли, но не успеют. Я зачерпнул горсть песка и растер его между влажных от пота пальцев. Тьфу, липко и противно. И чего Максимус Деций Меридий, командующий северными армиями, генерал легиона Феликс, верный слуга истинного Императора Марка Аврелия в этом пафосном жесте находил? Пятнадцать метров. Вдох-выдох. Приятный холод в голове, привычная улыбка нашла место на губах. Два неторопливых шага в сторону, и в моих руках оказывается поднятый с земли дротик — вещественное последствие стартовой перестрелки велитов. Восемь метров, Аттила, глядя на меня, сбился с шага. Взгляд аристократа заметался, а руки перехватили короткое копье двуручным хватом. Отбить, что ли попытается? Наивный деревенский юноша. Хоть и благородный.
Теперь, главное, в голову не попасть, труп нам совсем не нужен. Дротик удобно лег в правую ладонь, как бы наискосок. Хват большим и указательным пальцами, чтобы средним осевое вращение придать, как и учил инструктор. Правая рука отведена назад на четыре пятых длины дротика. Короткий подшаг, резкий стопор левой ногой, поворот корпуса и финальное хлесткое движение кистью. Ух.
Будь на степняке кожаный доспех, его бы просто смело, переломав ребра. Эффектно, но бесполезно. Но велитам полагалась броня попроще, чтобы не мешало собственным броскам. Так что даже тупой наконечник учебного дротика глубоко ушел в брюшину аристократа, втащив туда и ошметки тряпичной брони. Энергии броска хватило, чтобы при этом еще и отбросить местного Аттилу на несколько шагов, опрокинув его под ноги приближающимся товарищам. Бедолагу скрутило в позу эмбриона, Странно заскулив, он закатил глаза. Изо рта хлынула кровь, но вроде жив. А теперь ходу.
Легкая передышка добавила сил, так что снова легко оторвался от вражеских велитов, без гоплона бежалось гораздо легче. Мне в спину полетело пару дротиков, без особого труда уклонился, сам метать больше и не пытался. Приближающийся строй щитов отжимал меня все дальше, и я уже заволновался, когда мечущаяся возле границы поля недалеко от лежащего Аттилы фигурка, наконец, замахала грязной тряпкой, и над ристалищем разлетелся спасительный звук горна. Отдышался, окунулся в привычный холод мыслей. Ну что же, все прошло неплохо.
Покинул ристалище подальше от обозленных выпускников, чтобы не вводить хмурых бойцов в соблазн. Инциденты нам ни к чему.
Глава 21. Койот
Дежурная смена VIII легиона несла свою вахту лениво и обстоятельно. Лениво, потому что тут тебе не боевой поход, вокруг раскинулись не пограничные леса, а вполне себе мирная Лойская Пехотная Академия. А обстоятельно, потому что разводящий офицер откровенного небрежения службой не потерпит. Это только на гражданке фраза "два наряда вне очереди" кажется забавной. В реальной службе отстоявших эти самые наряды обессиленных легионеров товарищи выносили с поста на руках. Еще более серьезное наказание — три наряда, гарантировало, в лучшем случае, попадание на магическое излечение. В худшем — в карцер, потеря сознания на посту согласно устава императорского легиона считалась достаточно серьезным преступлением. Так что злить дежурного офицера никто не собирался, часовые только слегка перетаптывались, пытаясь сбросить зябкость уходящей ночи, тихонько обсуждали впечатление от вчерашней Итоговой Битвы рекрутов, да позволяли себе редкие взгляды в сторону обители серорясников.