Страница 12 из 20
— Пренебрежительное отношение к старшему советнику равносильно унижению правителя.
— Вот уж кого я не хотел унизить, так это Адэра. Так пишут в газетах.
— Писали.
— Ну да… отписались. — Каналь провёл ладонью по безупречно отутюженным брюкам. — Великий был таким спокойным, когда обсуждалось её назначение, будто плебейка за столом Совета — привычное в нашем мире дело. Скажу больше: я давно не видел его таким довольным. Вы приложили руку?
Тихонько хохотнул:
— Глупый вопрос. Только вы умеете так виртуозно превращать минусы в плюсы.
Трой продолжал безмолвно взирать на гостя, а в голове звенел тревожный колокольчик. Слишком вольно ведёт себя Каналь. Без козыря в рукаве он бы вряд ли осмелился разговаривать в подобном тоне.
— И вы, конечно же, в курсе всего, что творится в замке Адэра, — добавил Каналь после секундной заминки.
Колокольчик в голове превратился в колокол. Адэр заменил старых слуг (среди них была парочка осведомителей), и теперь из доверенных людей рядом с ним находились только охранители из Тезара. С недавних пор они стали обычными караульными, стоявшими за дверями замка, зала Совета и апартаментов. За дверями… Количество информации значительно уменьшилось, её ценность резко упала.
— Вы подготовили Великого к очередному потрясению? Да или нет? — напирал Каналь.
Трой невольно стиснул зубы и с опозданием понял, что выдал себя движением челюсти.
Каналь усмехнулся:
— Не подготовили… Шпионы проморгали?
Продолжать игру в терпеливого хозяина уже не имело смысла.
— У меня нет времени слушать ваши фантазии, — сказал Трой.
Каналь щелчком сбил с колена невидимую пушинку:
— Не понимаю… Как можно было отправить Адэра в страну, где сказки сплетаются с былью?
— Вы не поняли. Я очень занят.
Каналь сложил руки на животе:
— Великий запер три древних народа в резервациях. И правильно сделал. Однако он забыл ещё об одном народе. Или это ваш промах?
— Малика моруна, — сказал Трой.
Каналь вытаращил глаза:
— Вы знаете?!
— Вам пора домой, дорогой Патрик. Нынче по улицам Градмира стало небезопасно ходить, особенно в тёмное время суток. Слышали о побеге из тюрьмы двух заключённых? На вашем месте я бы носа из дома не высовывал, и уж точно не открывал бы рот.
Каналь резво поднялся, низко поклонился и поспешил к двери.
— Вы затеяли переписку с Орэсом Лаелом? — спросил Трой, глядя ему в спину. — Вспомнили о дальних родственниках?
Каналь резко обернулся.
— Его дед — бастард вашего плодовитого прадеда, — кажется, месил глину с соломой босыми ногами, — продолжил Трой. — Поинтересуйтесь в следующем письме: не желает ли он вернуться к излюбленному занятию своего предка?
Каналь с минуту дёргал ручку, пока сообразил, что дверь открывается в другую сторону.
Дадье прижал пальцы к вискам. Малика моруна! Как могли проглядеть его агенты? Достал из сейфа толстую папку, долго в ней рылся. Вот он, документ, который ввёл его в заблуждение: Мун — смотритель замка, ориент; Малика — внучка Муна, ориентка.
Трой уткнулся лбом в кулаки. Перед внутренним взором промелькнули давно минувшие события. Моган колонизировал Порубежье и прекратил затяжную борьбу местных царьков за трон. В Лайдару стянулись три народа — ветоны, климы, ориенты — и изгнали первого наместника из столицы. За добрыми делами Великого они увидели дьявола, а не спасителя. Ещё тогда надо было показать Порубежью, как выглядит дьявол на самом деле, но Тезар успел создать содружество «Мир без насилия». А как поработить население без оружия? Лишь прибегнув к сильнейшему оружию — к методу ненасильственной борьбы.
В Порубежье проживали тринадцать национальностей — не страна, а мозаика. Самыми многочисленными были ветоны, которые считали себя хозяевами Лайдары и её окрестностей. Климы ютились в середине этнического списка, ориенты его замыкали. Спецслужбы перерыли архив, изучили жалкий остаток недогоревшей истории некогда процветающей страны и выяснили, что заставило эти народы собраться вместе и почему никто из доморощенных самозванцев не осмелился занять дворец Зервана. Ветоны, климы и ориенты были первыми, кому моруны разрешили поселиться на своих землях, но не это было главным. Четыре народа, включая морун, объединяла священная книга «Откровения Странника» — писание, которое таило в себе серьёзную опасность.
Моган не хотел рисковать, а потому пошёл лёгким и простым путём — решил поиграть с непокорной троицей в демократию: чей язык признать государственным, какой религии отдать предпочтение, как распределять средства из казны и кто, в конце концов, будет наместником? Три народа вздорили, а десять наций бухтели до тех пор, пока наивные климы не предложили вернуть из-за долины Печали морун. Против климов ополчились все. На одного игрока стало меньше.
Вскоре из игры вылетел ещё один игрок. По «непонятным» причинам сгорел единственный трёхмачтовый корабль морского народа. Голословно обвинив ветонов в поджоге, ориенты отогнали свои утлые рыболовные шхуны подальше от Лайдары и, затаив обиду, укрылись в пещерах и гротах на побережье Тайного моря.
Потеряв союзников, ветоны обрели противников — национальные меньшинства, доныне обделённые вниманием и уважением, вдруг стали большинством, зашипели, заскрежетали и прониклись злорадством, когда Великий издал Указ о создании трёх резерваций и лишил самонадеянных глупцов свободы, воли и защиты. Правда, пришлось пожертвовать древней столицей — ветоны пригрозили поджечь леса и торфяные болота на границе с Тезаром и Бойвардом, если их выдворят из края дедов и отцов.
Затем на заборах в селениях и городах появились карикатуры на богослужителей различных вероисповеданий, изображённых пастухами, погоняющими стадо баранов, коров или свиней. На воротах и калитках расплодились оскорбительные надписи то на одном, то на другом языке. Кто-то нашёл себя в доносительстве, кто-то в клевете. И трудности исчезли: в стране, где царит недоверие и попрание чужих языков и религий, никому нет дела до иноземного правителя. Вместо того чтобы сказать Могану «спасибо за мир и спокойствие» и взлететь до высот Тезара, Порубежье опустилось на самое дно.
Трой Дадье знал, что ориенты — отличные пловцы и ныряльщики, климы собирают невиданные урожаи с бесплодных почв, ветоны заставляют «петь» изделия из камня. А в сказки о ненормальных способностях этих народов Трой не верил. Чем же славятся моруны — законные хозяйки юга Краеугольных Земель и бессменные советчицы королей династии Грассов? Древнейший народ исчез из поля зрения всего мира около века назад. Его загнали за долину Печали, вырезав перед этим большую часть. Раньше у Троя не было времени и желания разбираться в причине геноцида морун. А зря… Какой-то Орэс Лаел знает о таинственном народе намного больше, чем он, старший советник Великого! И теперь этот Лаел подсовывает Каналю, своему родственнику, козырные карты.
Трой застегнул пиджак. Выйдя из кабинета, бросил дворецкому:
— Я в архив. Потом во дворец.
Пролетела ещё одна ночь, наполненная не греющими душу и сердце стонами блудницы. Ещё одна ночь, в которой смешались неудовлетворённость и похоть. Адэр откинулся на меховой плед, постеленный поверх ковра. Вельма прижалась к его плечу щекой, защекотала волосами шею.
— Уйди.
Схватив с кресла платье, Вельма выскочила из спальни.
Адэр подошёл к окну. Солнце окрашивало небо в безмятежный розовый цвет. Осмелевший ветер перебирал раскидистые ветви деревьев, шелестел атласной листвой. Щебет птиц набирал силу. А вот и Малика… Встретила рассвет и возвращается в замок. И откуда у неё глупая привычка жаться к каждому дереву?
В дверь постучали:
— Мой правитель! — прозвучал голос Гюста. — Вы не спите?
Адэр прикрыл обнажённые бёдра гипюровой занавесью:
— Что ты хотел?
Секретарь шагнул через порог и уставился себе под ноги:
— Охранители сначала не поняли, откуда этот звук. Потом разобрались. Это звонит телефон.