Страница 30 из 36
Фредерикс пытался сделать все от него зависящее, и написал письмо барону Будбергу, в котором просил помочь госпоже Вульферт. Но вскоре получил от того ответ, не оставлявший сомнений: распоряжение чинить препятствия «разведенке» отдано лично императором, и отменить его может лишь один человек – сам Николай II. Мадам Вульферт по-прежнему имеет право проживать отдельно от законного мужа лишь в Москве. Пусть, мол, будет благодарна за то, что ее не вернули к нему насильно.
К сожалению, барон Фредерикс оказался не в состоянии помочь великому князю Михаилу. Вскоре же он почувствовал, что ситуация еще больше обострилась: Михаил Александрович уведомил его о том, что Наталия Сергеевна ждет ребенка.
Сама Наташа, узнав в декабре 1909 года, что носит под сердцем ребенка Михаила, обрадовалась и разволновалась до слез. Но радость ее несколько угасла, когда она вспомнила, что все еще является официальной женой Вульферта, и по законам Российской империи именно он будет считаться отцом, если их брак не расторгнут до рождения малыша. Судебная практика свидетельствовала, что решение подобных вопросов занимает никак не меньше девяти месяцев. И это говорило о том, что, скорее всего, именно Вульферт будет признан по закону отцом ребенка. Такая перспектива приводила в отчаяние как Михаила, так и Наташу.
Будущая мать очень волновалась, что Вульферт отнимет у нее малыша, и опасения ее были вовсе не беспочвенными. Переживала она и об их с Михаилом будущем. Она любила его безрассудно, отчаянно, но опасалась, что его заставят отречься от нее… или он встретит другую, более чем она, «подходящую» женщину, и вынужден будет жениться на ней. Наташа знала, что для нее это станет концом всего. Михаил никогда, никогда не позволит себе иметь одновременно жену и любовницу. Очень он честный, порядочный для этого.
Он утешал ее как мог. Писал, что встреча с ней, любовь, которую он испытывает к «дорогой маленькой звездочке», полностью изменила его жизнь. И ни одна женщина в целом мире не сможет ее заменить. А вот ее опасения относительно судьбы их будущего ребенка он полностью разделял. Однажды они даже обсуждали возможность аборта. Но Наташа тут же отказалась от этой мысли. Нет, невозможно! Она уже чувствовала, как малыш двигается, дает о себе знать. Убить его она не могла…
Угрозы Вульферта отобрать ребенка мучили ее днем и ночью. Почему великий князь, который беззаветно ее любит, не может защитить свою Наташу? Почему она должна все время жить в страхе?
Для многих борьба между простым поручиком и великим князем казалась непостижимой, не имеющей объяснения. Люди считали, что Михаил Александрович – человек могущественный, с легкостью может защитить себя и женщину, которую любит. Но в действительности это было не так. Он не мог устроить свою жизнь, как того желал. И настоящая помеха этому – вовсе не Вульферт. У влюбленной пары, и особенно у Наташи был действительно грозный, беспощадный противник – император Николай II.
И все-таки Наташа надеялась на ускорение бракоразводного процесса. Конечно, она понимала: для этого придется пойти на подкуп, и немалый… а что делать? Но было и опасение: могущественные враги, узнав об этом, сразу же поймут, что Михаил собирается на ней жениться. И тогда, как писала она любимому, развод будет длиться «не девять месяцев, а три года».
В минуты отчаяния будущая мать думала, что положение ее безнадежно. Она считала, что Михаил слишком оптимистичен по своей природе, чтобы понять, что же происходит на самом деле. Отдавшись страхам, печалям, опасениям, молодая женщина забывала обо всем на свете. Она словно теряла свое собственное «я». К реальности, хоть и горькой, ее вернула телеграмма, в которой говорилось, что Михаил сильно простудился. Она в отчаянии думала: когда они вместе, у Миши все хорошо, а когда в разлуке – обязательно случается что-то плохое. А вдруг… вдруг с ним действительно случилось что-то серьезное? Ведь ей… не разрешат приехать к нему, и это – самое страшное!
Прошла целая неделя, а Наташа все еще была подавлена, и порой ей казалось, что бороться за свое счастье нет смысла, ей следует признать поражение. В одном из писем тех дней она писала Михаилу: возможно, ребенку лучше дать фамилию Вульферта, по крайней мере, у него будет в таком случае официальный отец. Все равно им с Михаилом не дадут быть вместе, будут чинить препятствия с разводом. Ведь недоброжелатели понимают: если она станет свободной, у них останется меньше препятствий, чтобы официально связать свои судьбы.
В ее взгляде на происходящее прослеживалась определенная логика. Ведь действительно, пока Наташа оставалась женой Вульферта, она не могла выйти замуж за Михаила. А он не мог жениться на ней тайно, как пытался когда-то обвенчаться с Диной. А, учитывая тот факт, что Наташа ждала от Михаила ребенка, императору было очень выгодно, чтобы она не получила развод.
Настроение ее ничуть не улучшилось, когда на следующий день она увидела Вульферта в Большом театре – впервые с тех пор, как вернулась в Москву. Она сидела в ложе, он – в партере. Наташа не была уверена, что Владимир заметил ее, и все же сильно расстроилась. Если раньше она в глубине души жалела бывшего мужа, испытывала перед ним чувство вины, то теперь, после его бесконечных угроз, преследования, Наташа его просто возненавидела. Даже его бледность, длинные усы – все теперь раздражало ее в этом человеке.
Михаил думал, как же ему приободрить любимую. И однажды отправился в Гатчину, чтобы привезти оттуда любимую Наташину дворнягу – Джека, который все это время жил у друзей. Она нашла когда-то эту бездомную, полуголодную собаку на улице, и была очень рада вновь увидеть своего любимца. Правда, в первую же ночь в Москве с Джеком случилась неприятность. Он «опозорился», как рассказывала Наташа впоследствии Михаилу, и сделал большую лужу на диване в спальне. Но хуже всего то, что хозяйка постелила на диван одеяло, и оно полиняло. Диван же стал пятнисто-голубым. И, тем не менее, рядом со старым другом она чувствовала себя намного лучше…
И вот, наконец, долгожданная радость – Вульферт согласился на развод! Владимир стал «джентльменом» после того, как ему была передана «некоторая сумма». У Наташи словно выросли крылья, она теперь была по-настоящему счастлива, что носит под сердцем ребенка Михаила, и думала о будущем малыше с бесконечной нежностью.
Но когда же именно состоится развод? Не слишком ли поздно? Ведь если упустить время, то именно Вульферт будет считаться официальным отцом ребенка. Она умоляла Михаила опять написать барону Фредериксу – пусть он окажет влияние на Владимира, еще раз серьезно поговорит с ним, и тот откажется от прав на это дитя. Нет, она вовсе не стремилась дать ему известное всему миру имя, не искала приключений, хотя… именно в авантюризме и подозревали ее окружающие, и имя ее… вечно будет смешано с грязью. Наташа понимала это, но защитить себя никак не могла. Людей не переделаешь. Как бы тихо и скромно она ни жила, о ней все равно будут думать плохо. Видно, такая уж судьба… Но все же… возможно, Фредерикс прислушается к словам Михаила, к его просьбе. Барону нужно обязательно написать и все объяснить.
Под влиянием великого князя барон Фредерикс сделал все, что от него зависело, чтобы ускорить бракоразводный процесс. Но даже через месяц дело практически не сдвинулось с места. Михаила Александровича это очень волновало, и он вновь написал Министру двора, настаивая на том, что развод должен состояться ко времени рождения ребенка. Он подчеркивал, что обещал императору не жениться на Наталии Сергеевне Вульферт, и единственная причина настаивать с его стороны на разводе: он не хочет, чтобы его ребенок носил имя Вульферта и тот имел на него законные права.
А через неделю он написал непосредственно старшему брату. Михаил просил «дорогого Ники» помочь с ускорением бракоразводного процесса лишь ради будущего ребенка. Он уверял императора: «У меня нет намерения жениться на ней, даю тебе в этом свое слово».