Страница 24 из 43
Маршрут выбирает он. А когда я интересуюсь, куда мы поедем, говорит, что хочет показать мне кое-что интересное. Но что именно – молчит.
В метро людей тоже мало – практически нет. И Дастин наслаждается этим – он может особо не скрывать свою внешность. Я вижу, что он радуется тому, что может просто так, без особой маскировки, находиться в общественном месте, и понимаю, что это не напускная радость, а искренняя.
Мне нравится, когда Дастин искренен, без маски высокомерия и усталости, без желания быть лучшим. Мне нравится держать его за руку, идти следом за ним, разговаривать о какой-то ерунде и изредка останавливаться, чтобы поцеловать. Мне нравится быть рядом с ним, хотя я понимаю, что завтра все это может растаять как дым. Я хочу наслаждаться тем, что есть сейчас, и ни о чем не думать.
Кажется, мы оба дорвались до чего-то, чего нам обоим не хватало. И время бежит с небывалой скоростью.
В нашем вагоне пусто. Несколько мужчин, модно одетая девушка, залипающая в телефон, и пожилая женщина – все они явно возвращаются домой. На нас с Дастином никто не смотрит. Мы сидим рядом – плечом к плечу – и разговариваем. Романтики в наших разговорах не так уж и много, зато это весело. И мне безумно нравится то, что даже сидя мы держимся за руки, словно настоящая пара.
– У тебя веснушки, – замечает Дастин.
– И что? – спрашиваю я. В детстве я гордилась, что они у меня есть, лет с тринадцати начала стесняться и пыталась замазать дешевыми тональниками, а в пятнадцать послала все к черту и объявила самой себе: «Мне плевать».
– Я раньше не замечал, – Дастин касается моих щек. – Забавно. У меня никогда не было рыжей девушки с веснушками.
– Как так? – ехидно спрашиваю я. – За всю твою карьеру великого соблазнителя ты ни разу не подцепил рыжую? Какой позор, Лестерс. Ты меня разочаровал.
– У тебя странные представления обо мне, Франки, – отвечает он. – По-твоему, я интересуюсь исключительно женщинами?
– Как знать. Кстати, почему ты расстался со своей последней подружкой? Как же ее зовут?.. – Я щелкаю пальцами в воздухе, пытаясь вспомнить имя актрисы. – Ну той, у которой впечатляющее седло.
Дастин закатывает глаза.
– Марго.
– Да, точно, Марго Белл, – радуюсь я. – Так почему ты ее бросил?
– С чего ты решила, что я ее бросил? – ухмыляется Дастин.
– Так сказала Лилит, – припоминаю я. – А она узнала из новостей.
– Больше верьте этим новостям, – смеется Дастин. – Мы никогда и не встречались с Марго.
– Как же так? – удивляюсь я. – Я же сама читала про тебя – ты встречался с какой-то моделью, а потом с Марго.
– Ты искала обо мне информацию? – растягиваются его губы в довольной улыбке. – Как мило, Франки. Это потому что я сразу тебе понравился?
– Это потому что я хотела понять, кто ты вообще такой, – хмурюсь я, чувствуя себя глупо. – Свалился как снег на голову. Ну, давай, говори, что там случилось с твоей Марго!
– Ничего, – убирает Дастин с моего лица волнистую прядь. – Я же сказал уже, что мы не встречались. Мы делали вид. Чувствуешь разницу?
– Зачем? – изумляюсь я.
– Реклама фильма, – отвечает он. – Ничего особенного. Не хочу тебя шокировать, но большое количество «звездных пар» – это постановка чувств.
– И почему же ваша «постановка» закончилась? – спрашиваю я.
– Потому что закончился срок действия нашего договора, – отвечает Дастин. – И продлять его мы не собирались. Знала бы ты, какая Белл высокомерная задница! – вдруг выдает актер. – Тошнотворная стерва. Балуется коксом. И ненавидит всех остальных актрис мира.
– Вот оно что, – кладу я голову ему на плечо. – А с моделью тоже были договорные отношения?
– Нет, мы действительно встречались.
– А почему расстались?
– Не сошлись характерами. Если честно, мы даже ни разу не ссорились. Дорогие отели, отличный секс, утреннее селфи для инстаграма – каждое свидание по одному и тому же сценарию. Иногда – совместный выход в свет. Красные ковровые дорожки, заранее обговоренный костюм – чтобы подходил ее платью, интервью. Как-то мы вместе ездили в отпуск на Багамы на три дня. Все три дня она снимала видео и делала фотографии. Это ужасно раздражало. После пары месяцев вместе я понял, что нам даже не о чем поговорить, – рассказывает Дастин. – А еще она хотела сделать меня вегетарианцем. Это меня добило. А после нее, пожалуй, серьезных отношений и не было.
– А кто такая Сальма? – задаю я следующий вопрос и чувствую, как Дастин вздрагивает.
– Моя первая любовь, – нехотя отвечает он спустя несколько секунд. Я не отстаю от него, и Дастин рассказывает, как они познакомились. Он был начинающим актером, а она работала в журнале, специализирующемся на современном искусстве. Они понравились друг другу на интервью, и Дастин пригласил ее на свидание. Сальма согласилась. С тех пор они и стали встречаться. Их отношения были пылкими, но недолговечными. И закончились некрасиво. В один день она просто исчезла, прихватив его деньги. И больше не появлялась. Это и смешная и грустная история одновременно. Но я молчу. Просто слушаю его и молчу.
– И знаешь, что мне от нее осталось? – с усмешкой спрашивает Дастин и достает из-под рубашки кулон-пулю – тот самый, который я должна была выкупить на аукционе. Несколько движений, и Дастин раскручивает его – кулон полый, и внутри лежит бумажка.
– Знаешь, что там? Там все мои пароли, – смеется он, вертя кулон в пальцах. – От карт и социальных сетей.
Дастин соединяет половинки кулона и закручивает его, а после снова прячет под футболкой.
Слушая это, я не могу сдержать праведного возмущения:
– Лестерс! Я так старалась найти этот кулон, потому что думала, что он для тебя много значит, а ты хранишь в нем свои пароли! Просто пароли от карт!
– И что? – пожимает он плечами. – В наше время пароли – это самое ценное, что у нас есть.
– Ценнее, чем люди? – спрашиваю я. Дастин косо смотрит на меня и продолжает:
– Это еще и напоминание о том, что людям доверять нельзя. Доверишься – а они тебя кинут. Исчезнут из жизни. И больше не вспомнят.
Мне остается только вздыхать.
Я так не сделаю. С тем, кого люблю, – не сделаю.
Глава 4
Пламя под звездным небом
Я думал, что чудо – грандиозная квинтэссенция небывалого, нарушение законов природы, волшебство.
А потом просто встретил тебя.
Поезд делает остановку, и в вагон заходят несколько молодых парней и девушек. Один из них пристально смотрит на Дастина, но тот успевает отвернуться и прикрыть лицо. Это срабатывает – парень не признает в нем популярного актера и отворачивается. Лестерс облегченно вздыхает. А я с иронией смотрю на него. Он вроде бы остается все той же заносчивой звездой, которую порою мне хочется прикончить, но что-то в нем незримо меняется.
Я ловлю себя на мысли, что просто хочу смотреть на Дастина Лестерса, касаться Дастина Лестерса, слушать Дастина Лестерса.
Мой пульс бьется часто. А виски легонько покалывает от странного, плохо еще осознаваемого чувства радости.
– А какой была твоя первая любовь? – вдруг спрашивает Дастин. Я поднимаю голову с его плеча.
– Да никакой, в общем-то, – отвечаю я. Говорить о личной жизни мне не очень нравится.
– Серьезно? Да ты, наверное, кружила парням головы со средней школы! – не верит он. Кажется, подначивает меня.
Что ж, откровенность за откровенность.
– Если бы, – хмыкаю я. – Я никогда не принадлежала к популярным ученикам, не тусовалась с ними на вечеринках «для своих», плевать хотела на чирлидинг, не беспокоилась о лучших местах на стоянке и не стелилась перед учителями. В общем, я была далека от звания Королевы школьного бала.