Тропический нуар

Макс медленным шагом дошёл до своей машины, сел в неё, завёл в двигатель, и направился к человеку, который по его мнению если не поможет, то просто проконсультирует по одному вопросу — к доктору Эрнхарду.

Уже наступил вечер. Солнце начало медленно утопать в океане. На остров начали карабкаться сумерки. Макс включил фары, и надавил сильней на газ.

Не то чтобы скорость была большой, но Макс мог различать людей в свете фар на приличном расстоянии. Так и случилось. Проезжая по прямой дороге, он увидел впереди сломанную машину, возле которой крутились два пирата. Один пират, заметив Макса, встал посреди дороги, и начал махать руками.

«У них плохо со зрением? Или из-за того, что сейчас уже стемнело, они не видят, что я далеко не из их коллектива?» — Макс решил остановится и узнать в чём проблема.

Когда Макс остановился, к нему подошёл один пират. Никакого оружия у пирата не было. Более того, он встал перед Пэйном, слегка задрав руки вверх.

— Слушай мужик, мы не знаем кто ты, и убивать тебя не собираемся, — сказал пират, — Мы оказались в такой жопе, что нам сейчас просто пришлось стать хорошими. Наша ёбаная тачка сломалась, и ты сам видишь что уже стемнело. Нам не охота быть сожранными каким-нибудь тигром. Нам бы починить эту рухлядь, да и на аванпост вернутся. Не волнуйся, мы никому не скажем, что видели тут эмм… не пирата. Мы тебе даже деньжат дадим, если ты нам поможешь. А то мы тут уже слышали рёв тигра, и мой друг уже успел слегка испугаться. Да, Джонни? — пират повернулся к своему другу, который возился под капотом.

— Заткнись, мудак! — раздражённо крикнул второй пират.

— Так что, сделаешь доброе дело? — пират обратился к Максу.

— Доброе дело? — Макс посмотрел куда-то в даль, — Да, это я могу.

— Ништяк! — обрадовался пират, и подошёл к своему другу, — Эй, мудила! — он обратился к другу, — вылезай, ща профессионал во всём разберётся.

— Конечно разберусь. — Макс вышел из машины, подошёл к пиратам, вытащил пистолет из кобуры, и нацелил его на пиратов. — С вами! — после этого он сделал два точных выстрела.

Пираты, с пулями в головах, замертво упали.

«И что я только что сделал?» — Макс опустил пистолет и посмотрел на трупы.

Потом он посмотрел на ночное небо, резко развернулся, сел в машину, надавил на газ, и поехал дальше.

«Теперь я стреляю в безоружных. Да они были пиратами, но они не желали мне зла. Наоборот, они попросили у меня помощи. А меня вновь переклинило. Боюсь, до конца своей операции я либо не доживу, либо окончательно съеду с катушек и буду стрелять во всё, что движется», — рассуждал Макс.

В скором времени Макс прибыл на место. Бросив машину у ворот, он пошёл в особняк Эрнхарда.

Войдя без стука, Макс зашёл на кухню, и увидел как доктор Эрнхард сидит в кресле, и что-то читает.

— Доктор Э., мне снова нужна ваша помощь, — Макс стремительным шагом зашёл на кухню, и сел в соседнее кресло.

— Что Макс, снова поймали шальную пулю? — Эрнхард не отрывался от чтения.

— Если бы! — ответил Пэйн, — Скажите, доктор, вы разбираетесь в человеческой психике?

— Ну, немножко да, — Эрнхард оторвался от чтения, — Перед тем, как начать создавать наркотики, я читал много литературы на тему психики. Мне нужно было знать, как-то или иное вещество повлияет на человека.

— И вот походу от вашей таблетки, которую вы мне дали в тот раз, крышу то у меня и снесло! — сказал Макс.

— В смысле? — заинтересованно спросил Эрнхард.

— В общем, за последние четыре дня я начал замечать в себе приступы неконтролируемой агрессии и жестокости, — сказал Макс.

— Интересно! И что же вы такого натворили за эти четыре дня? — спросил док.

— Сначала я убил двух пиратов из-за желания немного подзаработать, — начал рассказывать Макс, — одному в горло я воткнул «розочку», а второго убил выстрелом в голову. А сегодня я убил самого Бака Хьюза. Причём весьма безумным способом. Я заманил его на плот, отплыл с ним на плоту на приличное расстояние, и потом проткнул его насквозь саблей! А по дороге сюда, я расстрелял безоружных пиратов, которые попросили у меня помощи. Доктор, мне начинает казаться что это только начало.

— Ну, Я думаю, что в этом виноваты факторы. Скажите, Макс, после того как вы уволились из полиции, и до момента прибытия на остров, вы в кого-нибудь стреляли? — спросил Эрнхард.

— Ну, Я жил спокойной жизнью в течении девяти лет. За это время мне даже казалось что я забыл как стрелять. — ответил Макс.

— Так, хорошо, — Эрнхард покивал головой, — и вы как-то говорили мне, что ваши жена и дочь давным-давно скончались?

— Да, это было четырнадцать лет назад, — Пэйн с грустью опустил голову.

— Вот мы почти и ответили на ваш вопрос, Макс, — улыбнулся Эрнхард, — Похоже, после смерти вашей семьи, у вас началась депрессия. Потихоньку у вас началась просыпаться агрессия. Она постоянно требовала жертв, крови. Вы это компенсировали службой в полиции. Всё-таки вы боролись со злом, и каждый день какого-нибудь негодяя, да пристрелите. Потом вы ушли из полиции. Ваша агрессия начала голодать. За девять лет она уснула. Но после того, как вы совершили первое за девять лет убийство, жестокость внутри вас проснулось, и выплеснулось с огромной силой. Ну и учитывая обстановку на этом острове… ничего удивительно. Приехать сюда с таким грузом на душе, и попытаться сохранять спокойствие — это безумие!

— А ещё, я последние девять лет злоупотреблял болеутоляющими и алкоголем, — признался Макс, — но после прибытия на остров, я не сожрал ни таблетки болеутоляющего.

— Алкоголь относим в сторону, от него вред есть, но не такой сильный как от депрессии или от этих ваших болеутоляющих, — сказал доктор. — Видите ли, в некоторых болеутоляющих содержится маленькая доза морфия. А это как известно — нарктоик. При злоупотреблении болеутоляющими, может появиться некая зависимость. То, что вы резко перестали их принимать, это в какой-то степени хорошо. Но вот эта бурная смесь: продолжительная депрессия и болеутоляющие, сыграли важнейшую роль в пробуждении в вас зверя.

— И как это дерьмо можно вылечить? — спросил Макс.

— Вы будете смеяться, — ответил Эрнхард — но самый лучший способ предотвратить дальнейшее развитие этой болезни — отправится отдохнуть на тропический остров.

— Какая ирония! — Макс с серьёзным взглядом посмотрел на Эрнхарда. — А что будет, если я запущу эту болезнь?

— Этого вам делать не стоит, — сказал доктор, — Если сейчас вы можете просто вернутся домой…

— Не могу, — перебил его Макс, — И не спрашивайте почему.

— Хорошо! — кивнул головой Эрнхард. — Так как у вас нет возможности вернутся домой, вам придётся с этим либо смириться, либо терпеть. В скором времени ваша кровожадность сможет дать фору самому Ваасу.

— Лучше бы вы мне это не говорили, — Пэйн встал и направился к выходу.

Подойдя к двери, Макс развернулся и посмотрел на доктора:

— Но всё равно спасибо за консультацию, доктор Эрнхард.

— Не стоит. — Эрнхард уже успел начать дальше читать, и лишь махнул Максу рукой на последок.

«Стать таким как Ваас? Этого я и боялся. Бывший коп, некогда боровшийся со злом, теперь сам будет класть ни в чём не повинных бедолаг штабелями? Такого мне и в страшном сне никогда не снилось. Похоже, мне просто надо закончить свои дела и быстро свалить с Рук-Айленда», — Макс направлялся к своей машине.

— Макс! — крикнул Джейсон в тот момент, когда Макс уже собирался жать на педаль газа.

Макс повернулся, и увидел как Джейсон выходит из пещеры. Вид у него был неважный. Джейсон шёл опустив голову, с потухшим взглядом, и весь бледный.

— Ебло по проще, Броди! Никогда не видел тебя таким кислым. Это на тебя не похоже.– ответил Макс, взглянув на Джейсона.