Страница 58 из 94
— Эйбль! — истошно выкрикнул папаша. Он обернулся и вытащил топор из-за пояса. Эдик врезал ему кулаком в солнечное сплетение, и тот улетел в темноту.
Женщина истошно завизжала, достав блестящий в темноте кинжал. Увидев его, Эдик сразу же отпрыгнул назад, причём совершенно неудачно. Он упал на холодные листья. Но даже не заметив их холода, перевернулся и вскочил.
Женщина побежала к мужику и, поставив фонарь рядом с ним, приподняла ему голову.
— Тёрд, ты жив? — орала она, тряся его за плечи. Но изо рта крестьянина хлестала кровь. Эдик пошёл к ней. В отблеске света, он увидел лежащий на опавших листьях топор.
«Нельзя, чтобы кто-то из них выжил!» — пронеслось в его голове.
Стараясь не шуметь, он подошёл поближе и поднял топор.
Женщина, почувствовав, что кто-то стоит за спиной, потянулась к кинжалу. Она успела схватить его, и вскочила на ноги.
— Ублюдок! — заорала она. — Ты убил Тёрда! — помчавшись на Эдика, она махала кинжалом. — Мразь! Как ты посмел? — кинжал рассекал воздух, и Эдик только и успевал, что отпрыгивать от неё. Женщина продолжала истошно кричать. — Дрянной мальчишка! Урод! Чудовище! Чмо!
В этот момент Эдику, уклонившись от кинжала, удалось нанести ей удар в грудь. Топор вонзился в тело, и женщина, истекая кровью, упала на осеннюю листву.
Эдик задрожал, и, вынув оружие из трупа, уронил его. Он дрожал, сам не зная от чего: не то от ужаса, не то от холода.
«Верь теперь людям! — пронеслось у него в голове. — В каждом их поступке было заложено зло. Мерзкие лживые твари. Они готовы были убить меня — голодного мальчика, чтобы достичь своих тёмных целей!»
Он ещё долго размышлял, пребывая в шоке от случившегося и промерзая на холоде.
Его вывел из беспамятства волчий вой, и Эдик подобрал уроненный топор. Всё же лучше встретить зверей с ним, чем без него. Мальчик с отвращением посмотрел на окровавленное тело женщины и её мужа. Подойдя к телу крестьянина, он забрал фонарь и пошёл к колдуну.
Посмотрев на его скрюченное тело, он сразу догадался, что он уже труп. Худощавый пацан лежал на земле недалеко от жертвенного алтаря.
Эдик пошёл к тому месту, где колдун делал краску, и нашёл там свою одежду. Одевшись, он по следам на листве дошёл до дома. Внутри хаты по-прежнему стояло тепло и пахло вкусной едой. Похоже, колдуны собирались перекусить после жертвоприношения.
Эдик посмотрел на глиняный кувшин с вином. Во рту пересохло, и он чувствовал сильную слабость. Жажда потянула его к кувшину, и, выпив его до половины, Эдик дошёл до заправленной кровати и рухнул на неё.
Когда он проснулся, уже светало. Мальчик оделся и, испугавшись, что его найдут местные защитники порядков, нашёл своё золото. Так же он решил взять побольше припасов, перед тем как покинуть это место.
Он осмотрел дом и сараи. В подвале хаты хранилось множество корнеплодов: картошка, репа, редька. В сараях висели мешки с мукой и зерном. В одном из глинобитных домиков кудахтали куры, в другом находилась лошадь.
«Жалко будет всё это оставлять!» — пронеслось в голове у Эдика.
Но другого выхода кроме бегства он не видел.
Мальчик сходил на поляну и посмотрел на трупы. Они всё ещё лежали на тех же местах. После побега он весь день прятался по окраинам, в ожидании того, что кто-нибудь приедет сюда. Но никто не приехал, и ночью маленький беглец переночевал на чердаке дома.
Так же Эдик поступил и на следующий день. Целую неделю он болтался по округе, исследуя местность, но не решался уходить от такого склада провизии.
Убедившись, что сюда никто не приедет, Эдик поселился в доме. Он протопил его, припасёнными внутри дровами, набрал воды из ближайшей криницы, помылся. Все эти блага настолько понравились ему, что Эдик решил побыть здесь какое-то время. За время его метаний туда-сюда конь, оставленный в конюшне без еды и питья сдох. И всё, что сделал Эдик, это поплотнее закрыл туда дверь, чтобы запах тления ни выходил наружу.
В доме нашлось несколько книг, посвященных магии, читая их, Эдик понял, что пацан пытался принести жертву, чтобы вызвать призрака из мира теней.
День шёл за днём. Эдик топил дом, варил картошку, ел запасённые семейкой припасы. Их тела так и остались на поляне, и туда он больше не заглядывал. Поляна стала под запретом. Исследуя местность, Эдик нуждался в подспорье. Он обыскал весь дом, но не нашёл даже намёка на карту.
Дни тянулись ужасно скучно. Чтобы их как-то разнообразить он практиковался в магии. Научившись вызывать огненный шар, он целыми днями стрелял им по деревьям.
Наконец-то выпал первый снег.
Начало рано темнеть, и Эдик много проводил в доме. В темноте он боялся ходить по лесу, поскольку до его ушей доносились различные неприятные звуки диких животных и монстров.
День летел за днём. Скука была просто ужасной. Привычный к различным развлечениям Эдик постоянно скучал. Он жалел, что здесь нет компьютера, ну или хотя бы телевизора. Живя у лесника, целыми днями напролёт он работал, здесь же у него оставалось достаточно свободного времени. Эдик слонялся по дому, кормил курей зерном, которое быстро кончилось. Куры постоянно разбредались в поисках пищи и скоро все подохли.
Без яиц Эдик перешёл на картофель. Днём он учился махать деревянной палкой, прыгал, перекатывался по снегу, делал сальто. Потом он ещё начал лазать по деревьям, осматривая окрестности. Магия тоже продвигалась: теперь он научился метать огненные шары и быстро исцелять легкие травмы, типа порезов и ссадин. С каждой практикой заклинания уменьшали расход энергии.