Страница 55 из 94
Интересно, далеко ли унёс его от хижины троль? Может быть, он сможет туда вернуться? Может быть, там его ждёт Джейн. Она уложит его на кровать и позаботься о нём, пока он не выздоровеет. Она будет ухаживать за ним, как старшая сестра, как мать… Воображение уже рисовало такие оптимистичные картины.
«Хотя бы троль не унёс меня далеко!» — думал Эдик.
Тогда бы всё можно было бы исправить. Он бы спасся! Его бы вылечили. У него был бы угол куда приткнуться. Ладно, он уже готов быть ассасином братства тьмы, только пускай его не бросают. Он будет убивать каких-нибудь бомжей. Ведь и для таких целей нужен киллер. Он будет работать за копейки. Только не надо оставлять его здесь одного.
На душе стало противно. Неожиданно Эдик понял, ведь если он даже и убежит от троля, то не сможет выжить в этом лесу. А если он пойдёт к людям? Если он найдёт людей? Может быть, его всё ещё ищут солдаты барона? Может быть, он уже обречён? Может быть, к людям идти совершенно нельзя? Кто знает…
Ясно одно — тут он не протянет.
Сухая листва шуршала под ногами, зелёная хвоя пахла смолой. Эдик переставлял ноги, смотря на метр перед собой. Он ничего не знает о лесе и ему не быть великим охотником. Так что жизнь тут отпадает сама собой. Он не сможет найти себе пропитания, он не сможет найти себе кров. Лес для него совершенно враждебная среда.
Надо убраться отсюда!
Между деревьев он увидел скелет. Обычно он боялся мертвецов, но блеск топора, висящего на поясе, заставил Эдика подбежать к нему из последних сил. Он упал на колени рядом со скелетом. По размерам Эдик сразу же догадался, что это скелет гнома. К тому же на нём была ржавая кольчуга.
Вытащив топор из петли на поясе, Эдик открыл кожаную сумку скелета. Там лежала труха, в которую превратилась бумага. Он высыпал её на траву. Некоторые листы хорошо сохранились, но мальчишка не обратил на это внимания. Он расстегнул пояс и стащил его со скелета. На кожаной полоске висела маленькая сумочка. Открыв её, Эдик нашёл там кошелёк, зажигалку и странный значок.
— Мир меня любит! — вскричал он. Открыв торец зажигалки, он смотрел на вырывающийся оттуда огонь.
Затем вытряхнув из ржавой кольчуги кости и ветошь, в которую превратилась одежда гнома, Эдик протряс броню из последних сил. А они, силы, уходили. С каждой минутой их становилось всё меньше и меньше.
Нужно было что-то делать. И первым делом Эдик решил обработать раны магией. Приложив правую руку, он принялся ощущать силу исцеления. К кисти прилило тепло, и оттуда появился слабый свет. Боль в боку начала медленно отступать, вместе с силами. Слабость стала ещё сильнее, но Эдик продолжал лечение. Если рану сразу же не обработать, то она может загноиться. И ещё неизвестно какой болезнью может заразить его троль? В игре их было предостаточно.
Надо надеяться, что это не вампиризм. Быть вампиром ему не очень хочется.
Когда рана исчезла, Эдик с трудом оставался в сознании. Из последних сил он надел на себя кольчугу, а потом перепоясался гномьим поясом. Засунув в петлю топор, он попробовал встать. Это удалось с трудом.
Был уже полдень. И осень всё сильней и сильней охлаждала эти края. Солнечный день обещал быть погожим, только что теперь Эдику до этого? Если бы он пришёл в деревню, то смог бы заказать в трактире себе еду. Но после всего случившегося есть почему-то не хотелось. Хотелось просто лечь в тепло и заснуть. Но тепла не было. Ах, если бы он нашёл ту хижину, и если бы там его ждала Джейн…
Но он прекрасно понимал, что хижину он не найдёт. Для него лес, это одно большое месиво из деревьев. Он не видит ни тропинок, ни дорожек, и вообще никак там не ориентируется. Он ничего не знает о нём. Это лабиринт, созданный природой.
Нужно найти людей! И как можно скорее. У него теперь есть деньги. Так что можно будет, по крайней мере, купить еду.
«А всё же почему этот скелет лежит здесь? Гном да в лесу? Что-то не то! — думал Эдик. — Да какая разница? Главное у меня есть оружие и деньги!»
Собравшись с силами, он поднялся и поковылял между высоких деревьев. Через час он набрёл на кустарник чёрной ягоды и, пройдя мимо, вспомнил про горький опыт.
Лес не кончался, Эдик с трудом шёл на трясущихся ногах. Уже не раз он проскальзывал мимо кабанов, но дороги всё не было и не было. А уже начинало темнеть. А нет ничего хуже, чем остаться в лесу одному ночью…
Воздух становился холоднее и холоднее. Эдик уже практически не мог стоять, когда заметил огромный дуб с большущим дуплом в нескольких метрах от земли. Он поковылял к нему. Цепляясь тонкими пальцами за выступы в коре, Эдик подтянулся и полез вверх. Он буквально упал в дупло на что-то твёрдое и хрустящее.
Кутаясь в плащ и свернувшись в позу эмбриона, он заснул тревожным сном. И этот сон не нёс сновидений, он больше напоминал морскую пучину, куда тонут корабли. Идя ко дну, они уплывают в мир вечной тьмы, в котором никогда не будет просвета. Луч солнца больше никогда не коснётся их гладких боков, а теплый ветерок больше не наполнит их белые паруса. Это мир мрака и тоски. Мир, где нет жизни. И жизнь многих-многих людей была таким же мрачным сном, в котором никогда не случиться просвета. В котором они всего лишь статисты и не занимают главных ролей. Они там существуют лишь только для того, чтобы тем, кто находится на главных ролях, было удобно. И спящие не могли прервать этот кошмар и продолжали его смотреть. Они продолжали жить в этом сне, не зная выхода из его бесконечного повторения. Сне, длинною в жизнь.