Страница 20 из 48
— Мне жаль. Я не смогу помочь тебе. Я неподходящий партнер, — говорю я.
Бишоп сдвигает очки на кончик носа.
— Ты с этой сучкой близок?
Гнев растет внутри меня, и я сжимаю кулаки.
— Не вздумай, — рычу я. — Она вне игры.
— Это как посмотреть. Согласишься сделать, как я сказал, тогда ни я, ни мои ребята твою Анну не тронут. Но откажешься, — Бишоп приподнимает одно плечо и выпячивает нижнюю губу, — и на нее будет открыт сезон охоты.
— Коснись ее, и я тебя, блять, убью.
Бишоп закидывает голову и смеется.
— Вот он Икс, которого я знал.
Больше всего в этот момент я хочу размозжить его голову кулаками, но у меня достаточно ума, чтобы понимать: если я сделаю это — а Коул был свидетелем, как Кай увез меня — то живым отсюда не выйду.
— Вот какова ситуация, Икс. Ты скооперируешься со мной и поможешь запустить клуб. Инвестируешь немного, и твое имя будет значиться на всех бумагах.
Я в ярости, но позволяю ему говорить, прекрасно понимая, что никогда не пойду на его требования.
Бишоп поправляет пиджак.
— Теперь, раз уж мы обо всем позаботились, присядь со мной, давай выпьем и отпразднуем.
— Нет, не стоит.
— Ну что ж. — Он пристально смотрит на Кая, прежде чем вернуться ко мне. — Тебя подвезут.
Я встаю, чтобы выйти тем же путем, что и вошел, и слышу голос Бишопа, от чего замираю, как вкопанный:
— Передай от меня привет Анне.
Я разминаю пальцы, и как бы мне ни было тяжело собираться с силами и уходить отсюда, я вынужден.
Пробираясь сквозь танцующих к выходу, единственное, о чем я могу думать сейчас, это как я рад, что вскоре Анна будет в пути и уедет подальше из этого города. Как бы мне не была ненавистна эта мысль, я признаю, что уж лучше рискну оставить ее рядом с Рексом без меня, чем быть здесь со мной, пока у Бишопа есть виды на нее.
Я распахиваю металлическую дверь, ведущую на улицу, и вижу белый «Мерседес», ожидающий меня с включенным двигателем. Затемненные стекла не дают увидеть сидящего внутри.
Пассажирское стекло опускает вниз, и знакомое лицо выглядывает с улыбкой.
— Привет, Икс.
Энжи Мартинез, девушка, которую я в прошлом трахал, сидит за рулем.
Я потираю ладонью лицо.
— Ты, должно быть, блять, шутишь.
— Садись, — говорит она.
Я оглядываюсь, но других вариантов уехать нет, как бы мне не претило это, я открываю дверь и сажусь рядом с Энжи.
Она улыбается, и я не могу не заметить ее короткую юбку, слишком много демонстрирующую миру. Ее темные волосы свободно спадают на плечи крупными волнами, лицо ничуть не изменилось с тех пор, как мы виделись десять лет назад.
— Куда мне отвезти тебя?
— К тренажерному залу Tough’s.
Машина едет вперед, и взгляд Энжи на секунду скользит по мне, прежде чем вернуться обратно к дороге.
— Прекрасно выглядишь, Икс. Рада видеть, что у тебя все хорошо. Я скучала по тебе.
Я скрещиваю руки на груди, хочется перейти ближе к делу.
— Что ты делаешь с Бишопом, Энжи?
Она чуть ровнее садится в кресле.
— Я не с Бишопом. Я на него работаю.
Я с отвращением качаю головой.
— Что случилось с мечтой выбраться отсюда и поступить в колледж?
Она пожимает плечами.
— Я не видела смысла в сидении за книжками, когда можно было работать на него и получить в четыре раза больше, чем на обычной работе.
— У обычной работы нет изнанки в виде угрозы тюрьмы, — резко возражаю я.
— Все такой праведник, как я погляжу. Ты единственный, кого я знаю, кто действительно смог уехать отсюда и добиться чего-то стоящего. Все остальные пытавшиеся, рано или поздно возвращаются.
— Значит, ты недостаточно сильно пыталась.
Энжи паркуется у Tough’s, и я, не тратя времени, выбираюсь из машины.
Она идет прямо за мной, пока я подхожу к байку.
— Где ты остановился? Может, я заскочу попозже и составлю тебе компанию?
Я оборачиваюсь, собираясь сказать, что ни за что на свете этого не случится, но не успеваю открыть рот, как она целует меня в щеку.
Я хватаю ее за запястье, и она не успевает коснуться моей щеки.
— Нет, Энжи. Этого не произойдет.
Она выпячивает нижнюю губу.
— Ты никогда прежде не говорил мне «нет».
— Я кое-кого встретил, — говорю я.
Она изучает мое лицо, принявшее серьезное выражение. Затем медленно выбирается из моей хватки.
— Ты любишь ее?
Я киваю.
— Да.
Энжи поправляет голубой топ, уголки ее губ опускаются.
— Ей повезло, — она делает шаг назад. — Прощай, Икс.
Я стою и смотрю, как Энжи садится в машину.
Несомненно, мой отказ ранил ее. Прежде она ясно давала понять, что я не единственный мужчина в ее жизни, поэтому я никогда не воспринимал ее всерьёз. Мы никогда не любили друг друга.
Я не знал, что такое любовь, пока не встретил Анну. Она в моем сердце.
Глава 14
Анна
— Идеально. Очень по-девичьи. Тебе нравится?
Квинн выбирает из волн тюля, устилающих стол, два цвета — фиолетовый и бледно-желтый, и прикладывает их друг к другу.
Тетя Ди улыбается ей.
— Да, они прекрасны. Не могу дождаться, когда увижу их в сочетании с твоим платьем.
— Мое платье! — возбуждение Квинн невозможно не заметить. — Господи, Анна, погоди, пока ты увидишь его. Мы должны выбрать время и сходить подогнать твое платье по размеру.
Я кладу ткань обратно на стол.
— О, если только в середине следующей недели. Мне нужно лететь в Сиэтл на подготовку к воскресному шоу, и я должна буду остаться до вторника.
Квинн смотрит на меня с удивлением.
— Сиэтл? Серьезно? Ты осознаешь, что когда находишься так близко к Портленду, из-за любого угла может выскочить дядя Саймон?
Я вздыхаю.
— Знаю, но если он покажется, я с ним справлюсь.
— Я не сомневаюсь, детка, — произносит тетя Ди, поправляя намотанный на голову шарф. — Я слышала, что ты не дала ему спуску в Атланте. Он не был готов к тому, что ты так рьяно кинешься отстаивать свои отношения с Иксом. Моему братцу трудно осознать, что его маленькая дочка выросла.
— Нужно быть реально смелой, чтобы повести себя, как ты тогда в Атланте, сестричка, — добавляет Квинн. — Я не была уверена, что ты способна справиться с дядей Саймоном, учитывая, что ты сбежала от него, как черт от ладана, но поздравляю, ты отрастила зубки.
— Спасибо.
Мне было очень сложно перечить отцу, но я рада, что смогла донести до него, что люблю Ксавьера. Отец должен понять, я не собираюсь возвращаться в Портленд и выходить за Хорхе. Ксавьер полностью завладел моим сердцем.
Я смотрю на свой мобильный.
— Не могу поверить, что уже пять часов.
— Пять? Вот черт. — Квинн, как ужаленная, подскакивает со стула. — Я должна быть на работе через сорок пять минут. Дай мне переодеться, и я подвезу тебя, Анна.
— Как скажешь.
Стоит Квинн покинуть комнату, тетя Ди устремляет свой взгляд на меня.
— Знаю, что говорю об этом каждый раз, но ты не думала позвонить отцу? Мой бедный брат сходит с ума от мысли, что ты связалась с нищим борцом.
— Он рестлер, — поправляю я ее.
— А есть разница?
— И большая. Не только в том, что Ксавьер должен быть в определенной форме, но и в том, что он следует сценарию и создает для фанатов шоу. А борцы просто выходят на ринг и сосредотачиваются на том, чтобы причинить противнику как можно больший вред. Рестлинг же… это смесь спорта и актерского мастерства.
— Квинн рассказала мне, что ты тоже теперь участвуешь в шоу. Ты тоже бьешь кого-то на ринге? Твой папаша прилетит как ракета, если увидит такое по телевизору.
— Меня этому не учили, так что до такого не дойдет. — И тут я осознаю, что именно она произнесла. — Хочешь сказать, папа смотрит «Напряжение»?
— Каждый эпизод. Говорит, что его это в какой-то степени успокаивает. Он переживает за тебя.