Страница 13 из 15
– А потом?
И на лице парня появляется такая улыбка, что мне-Риане хочется стереть ее кулаком. Или вцепиться когтями.
Негодяи!!! Предатели!!!
Она молчит. И Мих молчит тоже.
Потом Риана всхлипывает.
– Я все понимаю, Мих. Спасибо тебе…
– За что?
– Что позорить не стал.
Риана подается вперед и крепко целует парня.
Моего парня!!!
Что за наглость?
И второй разговор. Риана и моя несостоявшаяся свекровь сидят друг напротив друга.
– Матушка, что мне делать? Мих ни о чем и слышать не хочет!
– Пара лет у нас есть…
– Нету, матушка. Он мне дал время до приезда холопа…
Милава задумывается на пару минут, а потом приходит к верным выводам. Глазки сверкают злостью.
– Ах он… щенок!
– Если они поженятся, то все. Все кончено…
Милава кивает.
– Да… это плохо. Вот, если бы эта дрянь куда-нибудь делась!
– Куда ж она денется?
– Мало ли… может, ей кто-то бежать предложит?
– Кому она нужна, – зло цедит Риана.
– А вдруг? – продолжает намекать свекровка. – Я знаю, как они с Михом списывались…
И рассказывает про наше дерево, про черточки… Мих рассказал матери?
Зачем?
Дурак!
Просто дурак.
Риана слушает и запоминает. И задумывается.
Тогда-то в ее голове и складывается план. А братья помогут. Только не увозить гадкую соперницу, а просто убить ее. Упала в реку, утонула… бывает! Никто и не заподозрит неладного! И найдут-то не сразу, речка у нас коварная, с омутами, с ямами и илистым дном.
Здесь и сейчас меня хотели убить.
Я отпускаю голову Рианы, и та оседает на землю покорной куклой. Больше она не сопротивляется. Наверное, я причинила ей боль…
Это важно?
Нет.
Важно другое – моя сила скоро иссякнет. Это я понимаю отчетливо. А потому…
Разум работает как никогда четко. Могу ли я стереть всю память у этих людей?
Да. Но оставлю их идиотами. Как чистый лист бумаги. Начнутся поиски, поднимется шум… проще избавиться от них навсегда. Нет человека – нет проблемы.
Начнем с Рианы.
Ты хотела меня убить?
Умри…
Я смотрю в карие глаза.
– Поднимись. Сейчас ты пойдешь к реке, разденешься и нырнешь. На дней найдешь корягу, ухватишься за нее и будешь читать про себя все молитвы, которые знаешь. Пока не дочитаешь – не отпускай корягу.
Риана не сопротивляется. Она сломлена окончательно.
Я смотрю на ее братьев.
На младшего.
– Убей своего брата.
Тот послушно достает нож.
Я смотрю на старшего.
– Защищайся.
И отскакиваю, чтобы не попасть между ними.
Двое мужчин сцепляются в жуткий клубок. Хрипящий, дергающийся…
И тут сила покидает меня. Я бросаюсь к кустам, и меня начинает мучительно выворачивать.
На поляну я вышла только минут через двадцать, и то – пошатываясь. Сорвала несколько листьев с куста, пожевала, чтобы горечью отбить мерзкий привкус во рту.
Меня шатало и мутило, но надо же забрать браслет?
По счастью, серебряный обруч лежал там же, где оставила его Риана. Я взяла его, медленно надела на руку.
И – вздохнула.
Хорошо, что у мамы была такая полезная вещь, иначе бы я уже сошла с ума. Мне… то, что получилось, мне очень не понравилось. Это была не я. Это было холодное и бессердечное чудовище, которое с легкостью принимает любые решения. Даже самые гадкие. Даже самые кровавые….
Рианы нигде не было. Я даже не сомневалась, что она уже утонула, а тело… Либо оно на дне, либо ее унесло куда-то.
Следов на теле не останется, даже магических. Вода все смывает.
А ее братья…
Старший был мертв. Младший, раненый в живот, доживал последние минуты. Я перехватила его взгляд…
Смесь ненависти, страха, отвращения…
Как хорошо, что я в блокираторе. Даже смотреть на черно-серо-бурую смесь эмоций – и то гадко, а уж читать…
– Вы первые напали! – зло крикнула я. Оправдываюсь?
Да, наверное. Не перед ними, а перед собой. Мне не понравилось то чудовище, которое глядело из моих глаз?
Мне слишком понравилось это чудовище.
Голова кружилась все сильнее и сильнее… надо присесть хотя бы ненадолго. На пару минут. А потом я пойду домой.
Нашел меня Корс.
Мама спохватилась, что меня долго нет, попросила братика поискать, а Корс проявил смекалку.
Увидел тела на берегу, нашел меня, лежащую практически рядом…
Братик у меня умничка и молодец. Он тут же бросился за мамой, и вдвоем они кое-как, на волокуше, дотащили меня домой. Потом мама отправилась заметать следы, а Корс остался сидеть со мной.
Отец вернулся вечером, я пришла в себя только утром. Тогда и рассказала все родителям.
Скрывать что-то мне и в голову не пришло. Это же мама и папа! Самые мои родные и близкие люди! Кому еще и знать все, как не им?
Я понимала, что меня будут ругать, что поступила плохо…
И не удивилась, когда открыв глаза, увидела над собой грустное мамино лицо.
– Шани, Шани… что же ты наделала, детка?
– Я защищалась.
Говорить было сложно, но я хотела, чтобы мама знала. Я никогда бы первая не нанесла удар.
Меня хотели убить, с меня сняли браслет. Не я, нет… У кошки есть когти, а у меня когтей нет. Я дралась тем, что дала мне судьба.
Но я никогда не применю это против своих родных. Я люблю их!
Мама качала головой. Она все понимала, но… ее тревожило нечто другое?
Что?
– Ты не понимаешь, детка. Ты просто не понимаешь…
С другой стороны подошел отец, сел рядом с матерью, обнял ее. На кровать взобрался Корс.
Мои родные. Мой мир.
На что я пойду ради них?
Странный вопрос. На все.
Папа тоже был непривычно хмур и сосредоточен.
– Шани, ты использовала свою силу?
– Да, пап…
– Расскажи, как это было. Подробно расскажи.
Вспоминать было неприятно. Но – необходимо. И я честно вспоминала все. От слов Рианы до своих ощущений.
Отец достаточно долго сидел молча, потом вздохнул…
– Шани, повтори еще раз, как из тебя выплеснулась сила?
– Как будто кто-то окрасил мир в золотистые тона. И все стало простым, понятным и… холодным.
– Холодным?
– Как будто не совсем я думала. Кто-то другой, более спокойный, жестокий…
– Это неудивительно, – вздохнула мама. – Я знаю, когда применяешь эту силу, все чувства отключаются. Остается только разум. Шани… сестра рассказывала.
– И это так – всегда?
– Ты просто не умеешь себя контролировать. Все выплеснула, вот тебе и плохо стало.
– А сейчас станет еще хуже, – пообещал отец. – Вы с Корсом через два дня уезжаете.
– Папа?!
Отец тряхнул головой.
– Да, Шани. Выбора у нас нет.
– Но почему?!
– Все-то ты продумала. Риана на дне, ее братики друг друга прирезали, только одного не просчитала. Ты выплеснула силу. Сразу нас не найдут, но спустя какое-то время… уж поверь, такой всплеск никто не пропустит.
Я замотала головой.
– Пап… но кто?
– Храм, к примеру. Хочешь всю оставшуюся жизнь молиться?
Я замотала головой. Нет, не хочу. Но…
– Или хочешь поглядеть в глаза Миху?
А вот этого я не хотела – втрое.
Глядеть в любимые глаза, и знать, что я убийца…
Вины я за собой, кстати, не чувствовала. Оправдываться… да, я пыталась объяснить, что произошло, но не винила себя. Хотя и убила. Почему?
– Потому что эти люди хотели убить тебя. Ты ударила первой – вот и все, – спокойно разъяснила мама. – Или тебе так хотелось умереть?
Мне хотелось жить. Но…
– Так просто?
– Нет, Шани. Не так и не просто. Сколько людей в такой ситуации промедлят, начнут сомневаться, пожалеют негодяев, не найдут в себе сил убить… и рано или поздно умрут. Основной закон – убей врага, пока он не убил тебя.
Я поежилась.
– Они ведь не были врагами?
– Были. И ты сама это понимаешь. Разве нет?
Я понимала.