Страница 1 из 4
«Бог есть любовь», учит ап. Иоанн. А Спаситель Сам о Себе сказал, что Он есть жизнь; следовательно, жизнь есть любовь, и наоборот, любовь есть жизнь. Как вечна жизнь, потому что вечен Бог, так, следовательно, вечна и любовь.
Монах Митрофан.
«Загробная жизнь»
Не зная Истины Христовой, непременно скажешь, что душа человеческая берёт начало вместе с зарождением тела. Верующий объяснит, что Господь даёт человеку душу, которая оживляет тело. Неверующий сошлётся на некий химический процесс, создающий при определённых благоприятных условиях жизнь в возникающем организме. То есть и тот, и другой сойдутся во мнении, что жизнь человеческая, а значит и жизнь души, имеет миг своего рождения, до которого ее на свете не было.
Получается, что почти авральным способом Творец создаёт новую душу, чтобы вдунуть её в зарождающееся тело, подобно тому, как Он вдунул душу в земное тело первенца Своего Адама. Но одна из многочисленных граней Истины учит нас, что ничего случайно, стихийно в Божьем мире не происходит. Что всему есть не только причина, но и первопричина.
Первому, кому Дух Святой дал возможность додуматься до этой основы основ, был Платон, живший задолго до рождения Иисуса Христа. Во многих работах он свидетельствует о том, что в вечности существует сфера Божественных идей – идей, замыслов, логосов всего, чему предстоит появиться в мире. Господь продумал всё это в своей безвременной бесконечности, которая имеет, по земным понятиям, невероятную способность совмещать прошлое, настоящее и грядущее, что превращает вечность в подвижно-неподвижный поток. Потоком этим пронизано и наше земное, материально-духовное бытие, которое создано внутри Бога-Духа, то есть всё той же вечности и бесконечности, но только наделённых свойствами пространства, времени и вещественности и, казалось бы, имеющих и начало (шесть дней творения) и конец (Апокалипсис). Однако, поскольку земной, вещественный мир неразрывно связан с миром духовным, Божественным, и целиком зависит от него, необходимо предположить, что вселенная имеет и причину свою и первопричину.
Что является первопричиной? Естественно, Бог. Сами по себе, в непостижимой сложности своей космос и необъяснимая жизнь в нём возникнуть не могут. Мертвец живое родить не может. Не дано. Но и Господь, как мы уже отметили выше, ничего стихийно не создаёт. Продумывает в вечности (а в ней нет ни начала, ни конца) сущность всех Своих творений. Это идеи, замыслы, придумки, логосы. Вот это и есть первопричины мира. И, заметим, каждой души, и той, что еще не осуществилась, и той, которая уже живёт, и той, которой покинула пределы земли. Стало быть, все логосы, продуманные в вечности, не имеют ни мига своего рождения, ни мига смерти.
То же самое надобно сказать и о причинах появления бесконечных разновидностей мира. По воле Бога логосы, внедряемые в материальный мир в строго определённый момент, превращаются в протосы. Иными словами – в души вещей, которые руководят их рождением, развитием и окончанием существования в материальном мире. Но не в вечности. В вечности ничто не рождается и ничто не исчезает. В ней навсегда останется даже вселенская материя, которая сгорит с точки зрения земной во время Страшного Суда, но с точки зрения небесной будет преобразована в вещество, из которого Господь сотворит новую Землю и новое Небо. То есть новую Вселенную, где вечно будут жить души с прежними своими телами, конечно же, видоизменёнными, похожими на тело воскресшего Христа. Этот новый мир мы уже не назовём ни духовным, ни материальным. И ни эфирным. Поскольку для новой материи нет на нашем языке названия.
Таким образом, душа человека имеет первопричину (логос) и причину непосредственного появления в мире материальном (протос), который, по скудости нашего языка, можно назвать душою души. Не совсем благозвучно, зато – точно. После вышеизложенного мы уже не можем говорить о рождении человеческой души в материальном мире: она вечно существует в виде логоса в Могучем Сознании Бога. Не можем говорить и о смерти: после прекращения существования на земле душа обретёт потерянное на время тело, и каждой душе гарантирована жизнь вечная, правда, кому в раю, кому в аду. Но это уже только от нас с вами зависит, от нашего собственного выбора.
Жизнь в раю предусматривала вечное существование Адама и Евы, существование блаженное, радостное, ни с чем не сравнимое. И лишь потом сама земная жизнь была дана им как горькое напоминание о гордыне, о нарушении первого завета Бога и людей, самого простого и лёгкого – не ешьте яблока познания добра и зла, поскольку горе будет после такого познания. Ну что же тут скажешь! Смерти нам захотелось в райском бытии. Правда, и тут Господь проявил великую любовь к нам, грешникам. Смерть по земным понятиям Он заменил вечной жизнью души, и опять же в теле, после воскрешения. Конечно, мы должны сделать свой последний выбор – жить в райской обители или в геенне огненной, мучиться без Бога или радоваться и блаженствовать в Боге.
* * *
Казалось бы, тема нашего эссе – душа человека в вечности – предполагает анализ только того вечного пребывания в Боге, которое не должно касаться жизни земной, случившейся по вине наших предков. Но поскольку она случилась и наложила страшный отпечаток на род человеческий, мы, хотя бы кратко, должны рассмотреть и земное бытие. Без этого нам не понять две небесных дороги – дороги в рай и дороги в ад, две величайших противоположности.
Жизнь в раю до грехопадения предполагала существенные, но всё-таки не противоположные отличия от ангельского и Божьего бытия. Ангелы были такими же духами, как Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух Святой, разве чуть более плотными. Созданы они были по образу и подобию Творца. Обладали разумом и волей, понятно, не такой всеохватной мощи. Могли постигать тайны и закономерности, сотворённые Троицей в шесть первых земных дней. Способны были восторгаться мудростью сотворения и красотой мира. Благодарность их Творцу не знала границ. Они прославляли Его в бесконечных гимнах и песнопениях. Бог был вездесущ. И ангелы могли в одно мгновение оказаться в любой точке вселенной, но только везде быть сразу не могли.
И первые люди были тоже духами, правда, уже с телами неизмеримо более плотными, чем ангелы. Разум и воля несколько уступали ангельским, однако были способны постичь и красоту, и мудрость Божью. Люди уже не могли переселяться, как ангелы, но мысленно могли это делать с такой же быстротой. И чувством благодарности Творцу были наделены без ущерба.
То есть и ангелы, и Адам с Евой могли жить во вселенной и в раю благодатно, счастливо, полной духовной жизнью. И если бы грехопадение и тех и других – нам не пришлось бы отдельно рассматривать жизни земную и небесную. Не было бы причины, необходимости. А они, к несчастью нашему, появились.
Такое уж свойство бытия, что живые существа – и ангелы, и люди – не могут испытать полного счастья, полной благодати, если они хоть в чём-то несвободны, зависят от кого-то, хоть в небольшом, но рабстве находятся от него. Полная радость, полное блаженство – когда всё произошло по воле и желанию ангела или человека. Иного быть не может. И Господь, создавая высшие мыслящие существа, наделил их волей выбора, возможностью насладиться Божественным без малейшего ограничения.
Какова степень наслаждения, блаженства, благодати, может понять только ангел или человек, безраздельно отдающий свою жизнь Отцу Небесному. А чтобы нам, простым смертным, хоть чуточку приблизиться к пониманию, надо, отбросив все предвзятости, почитать откровения Силуана Афонского, одного из сильнейших молитвенников на земле.
«Господь повелевает любить Его всем сердцем и всею душою, – говорит святой, – но как возможно любить Того, Кого никогда не видал, и как научиться той любви? Господь познаётся по действию в душе. Когда Господь посетит, то душа знает, что был милый Гость и ушёл, и скучает душа по Нему, и слёзно ищет Его: «Где Ты, Свете мой, где Ты, радость моя? Следы Твои благоухают в душе моей, но Тебя нет, и скучает душа моя по Тебе, и сердце моё уныло и болит, и ничто более не веселит меня, потому что я оскорбил Господа и Он скрылся от меня».