Страница 45 из 94
Пауза затягивалась, но, видимо, Рахаб списал выражение моего лица на отупение от своего ментального воздействия.
Брезгливо скривив свое красивое лицо, он вышел, гаркнув на служанок, чтобы поторапливались.
С пола меня подхватили сразу несколько пар рук, обтерли и бережно повели в будуар.
Я только мельком отмечала то, что девушки делали со мной, мысленно практически полностью уйдя в себя.
Я пребывала в состоянии шока.
Как то, что со мной произошло, вообще возможно?
Я так хотела жить?..
Титаническим усилием воли я загнала эти вопросы вглубь, и заставила себя сосредоточиться на более насущном.
Самое важное – это разобраться с воспоминаниями прошлой хозяйки этого тела.
Сейчас у меня в голове витали какие-то рваные обрывки, и их срочно нужно было сложить в единую картину. От этого напрямую зависело мое выживание в этом мире.
Закрыв глаза, я обратилась к воспоминаниям Лайлы.
Итак, сейчас я нахожусь в империи Света, в особняке мужа Лайлы, Рахаба Мелькиа.
Они оба принадлежат к расе крылатых иринов, так похожих на наших земных ангелов.
Вот только, увы, умеют летать только мужчины, а женщины полностью лишены крыльев. Поэтому, их зовут еще бескрылыми или хранительницами гнезда… Мда…
И да, про права женщин в этой империи и слыхом не слыхивали. Жена была полной собственностью мужа. А значит, сейчас я принадлежу Рахабу… Мда…
Ладно, идем дальше.
У Лайлы был единоутробный брат Яхоэль.
«Защитник» – так переводилось его имя с древнего языка иринов, и он действительно был им для сестры…
С самого детства они были очень близки, и…
Чего уж скрывать, Лайла обманывала саму себя, но мне-то со стороны было виднее. К брату бывшая хозяйка этого тела испытывала отнюдь не сестринские чувства.
У них была особая связь, они могли чувствовать друг друга на расстоянии, и это было их самым большим общим секретом, тайной, о которой не знал никто…
И вот, сегодня, во время купания, Лайла ощутила, что брат ушел за грань, и, не долго думая, поспешила к нему присоединиться.
Я прислушалась к себе, и не ощутила никакой связи.
Значит… Яхоэль мертв?
Мда… Судя по воспоминаниям Лайлы, брат был единственным в этом мире существом, которому было дело до ее желаний и чувств.
А еще, он, кажется, тоже любил… Как трагично…
«Уж видно, у любви закон такой,
Что ты тоску мою утяжелишь,
Своим участьем усугубишь лишь.
Любовь от вздохов только лишь туманней.
Она – очей влюбленное блистанье
И целый океан влюбленных слез,
Когда ей огорчиться довелось…»
«Ромео и Джульетта» Шекспир, перевод О. Сороки.
Медленно я открыла полные слез глаза и посмотрела на свое отражение в большом зеркале напротив.
Прислужницы даром времени не теряли, и я была уже причесана, подкрашена и облачена в тонкое нижнее платье.
Из зазеркалья на меня смотрела трепетная лань с огромными блестящими золотыми глазами, совершенно детским носиком и пухлыми розовыми губками. Она вызывала острое желание обнять и защитить ее от бед всего мира.
Вот только защитника уже нет…
Лицо привычно приняло выражение забитой жертвы, и, глядя на это, я рассердилась на Лайлу, и на саму себя в придачу.
Ну, нет! Я не буду такой, как она!
Уж точно не позволю Рахабу вертеть собой, как марионеткой!
Не знаю уж по какой причине, но его магия, похоже, перестала действовать на это тело, и мне открылись все те воспоминания Лайлы, которые раньше из-за внушения были надежно заперты в ее подсознании.
Всю эту новую информацию предстояло еще как следует систематизировать. Ее было очень и очень много.
Зная, что в любой момент может стереть Лайле память, Рахаб совершенно не стеснялся и ничего от нее не скрывал. Жена стала невольной свидетельницей очень многих его делишек, пороков и секретов. И, теоретически, я вполне могла использовать это в свою пользу…
Я поднялась со стула, поднимая руки.
Сверху тут же скользнуло белое с золотым шитьем платье, подчеркивающее хрупкость фигуры, белизну длинных волос и кожи.
Лайла имела телосложение типа «вечный ребенок»: тоненькие ручки и ножки, маленькая округлая грудь, миниатюрные ладони и ступни…