Страница 31 из 36
— Нам сюда, — предупредил Егор прежде, чем ступить под каменный полог. — Надеюсь, темноты ты боишься меньше, чем высоты.
Ответить я не успела.
Честно говоря, и не знала, какой страх оказался бы в приоритете. До недавнего времени я в ровной степени боялась почти всего. Высоты, темноты, болезни, насмешек… И еще целой уймы иных вещей.
Мужчина быстро скрылся в расщелине, потянув меня за собой. Когда глаза привыкли к тусклому освещению, я поняла, что мы оказались в пещере. Вопреки ожиданиям, воздух оставался свежим и прохладным, а не затхлым, каким должен быть, мне казалось, в каменной утробе.
С каждым шагом шум воды становился все отчетливее. Тьма превратилась в сумерки, а вскоре и вовсе рассеялась, когда мы вышли к округлой пещерке. Она заканчивалась глухой каменной стеной, по которой ручейками стекала вода, попадая в маленькое озерцо. Сверху из небольшого, размером с капот иномарки, отверстия в пещеру проникал свет.
— Это мое любимое место, — признался Егор.
Прежняя уверенность, что любая затея мужчины априори мне понравится, пошатнулась. Не желая признаваться даже самой себе, на самом деле я испытала разочарование.
Мы так долго тащились, рисковали жизнями только из-за того, чтобы полюбоваться обычной пещерой?
— Вижу, ты не особо впечатлена, — хмыкнул мужчина, а мне тут же стало стыдно за такое явное недовольство.
— Я…
— Пока здесь действительно нечего смотреть, — с улыбкой отмахнулся он, когда я уже готова была пуститься в оправдания. — Давай, устроимся поудобнее и немного подождем. Все самое интересное только впереди.
Егор направился поближе к озеру, а мне не осталось ничего иного, как плестись следом.
Скинув джинсовую куртку, он расстелил ее на одном из широких плоских камней и жестом пригласил меня присесть. Как только я устроилась, поджав ноги под себя, Егор сел рядом, не потрудившись оставить между нами даже мнимого расстояния. Бедром я чувствовала тепло от его тела, спина же застыла в напряженности от сдерживаемого желания прильнуть к мужчине, вновь ощутить крепость его объятий. Чувство опасности схлынуло, эйфория от пережитого тоже, поэтому заморочки по поводу допустимой близости, хоть и невинной, вернулись. Сейчас я не решалась сделать первый шаг, проявить инициативу, а Егор тоже не спешил как-либо действовать.
Так мы и сидели некоторое время под мирный звук падающих капель, вперившись невидящими взглядами в стену напротив.
— Не замерзла?
Августовские ночи почти всегда были теплыми, но, честно говоря, я и не ожидала, что ночь застанет меня не, как обычно, под одеялом в постели, а с Егором в пещере. Легкий озноб прохладой бродил по спине. Забота мужчины оказалась приятной неожиданностью. Хотя, оглядываясь назад и вспоминая поведение Егора, могла бы к такому уже и привыкнуть. Его забота граничила с излишней опекой.
— Есть немного.
Мой мужественный «нянь» скупо кивнул:
— Опусти ноги в воду, станет теплее.
Я скептически приподняла бровь, сильно сомневаясь, что в сырой пещере озерная вода сможет хоть как-то согреть, но Егор предложил это с такой уверенностью, что спорить не решилась.
Хмыкнув, мужчина закатал джинсы до колен, снял кроссовки, носки и первым свесил ноги в воду. Проделал это он с гордым видом, а после еще и подмигнул, словно таким образом подбивал меня на смелость немедленно последовать его примеру.
— Давай, Катя, не бойся, — подбодрил он, а когда я замешкалась, то проявил инициативу и снял с меня балетки.
Коснулась воды с опаской. Вдруг что цапнет за ногу? Особой любви к водоемам никогда не испытывала, поэтому и плавала аки топорик. Хотя на мелководье, подсознательно помня, что в ситуации чего могу встать на ноги, держалась неплохо. А стоило перестать чувствовать дно, как теряла контроль над телом и начинала паниковать.
Когда ступни погрузились в озеро по косточки, я испытала одновременно два чувства: удивление и облегчение. Оба из-за того, что Егор оказался прав, температура воды действительно была довольно высокой. Наверняка мужчина просто знал, что здесь есть подземные горячие источники. По-другому причину такой неестественно теплой воды я не могла объяснить. Прощальных лучей солнца, что проникали в пещеру сквозь отверстие в скале, не хватило бы для того, чтобы как следует нагреть воду за день.
— Ну, вот видишь, ничего катастрофического, — поддразнил Егор.
Я лишь фыркнула.
Мужчина положил руку мне на спину и круговыми движениями стал медленно растирать ее сквозь ткань платья. Тепло плавно разливалось по всему телу.
Это же просто неприлично иметь такие божественные руки!
От усилий не застонать я прикусила нижнюю губу.
— Теплее?
— Угум, — единственное, на что была способна сейчас.
— Знаешь, я часто сюда приходил, когда дома становилось невыносимо. Здесь думается хорошо.
А вот как бы ни так!
Мне рядом с Егором вообще не думалось! Слишком уж он оказался отвлекающим!
— Приходил? — рассеянно переспросила я, нежась в тепле. — У тебя была машина?
— Нет.
— Мотоцикл? Велосипед?
Поглаживания замедлились.
— Почему ты спрашиваешь? — напрягся Егор.
— Не представляю, как ты добирался сюда, — пожала плечами я. — Слишком далеко.
— У меня были кр… — он неловко замялся, словно подыскивал нужное слово, — специальные возможности пробираться сюда.
— Хм-м. Даже так? Значит, ты всегда был особенным? Мажор, значит?
— Солнце почти зашло, — глядя вперед, обронил Егор.
Я даже растерялась. Вместо того, чтобы поддержать подшучивания или опровергнуть их, он так топорно меняет тему?! Еще бы про погоду заговорил!
Лучше буду смотреть в глухую стену, чем на окаменевший профиль Егора! Нахмурившись, резко отвернулась и не смогла сдержать изумленного вздоха.
Озеро окрасилось алым.
Косые лучи закатного солнца пробивались сквозь верхнее отверстие в скале и освещали воду, создавая цветовую иллюзию. Сочные оттенки красного, казалось, были повсюду: бликами на стенах, отблесками в стекающих ручьях, пылью в воздухе.
Феерия цвета оказалась слишком кратковременной. Не успела я разинуть рот, как волшебство прекратилось. Словно солнце, сойдя с горизонта на ночь, опустилось в озеро и спряталось в его глубинах, забрав с собой даже самый тусклый свет.
Пришедшая тьма оказалась настолько беспроглядной, что из глубины души вновь стал подниматься неконтролируемый страх.
— Сейчас ты поймешь, почему я выбрал именно это место, — шепот Егора горячим дыханием коснулся моей макушки. — Смотри.
Я хотела уточнить куда именно. В какую сторону ни глянь — все едино. Чернота. Даже вытяни я руку, уверена, не увидела бы собственных пальцев.
Наконец, впереди забрезжил слабый голубой огонек. Из тусклого сияние быстро превратилось в насыщенное, яркое. Огонек сначала раздвоился, потом расстроился и далее стал делиться так быстро, что я сбилась со счета. Казалось, всего через мгновение пещера была заполнена сотнями мерцающих кружочков. На каменных стенах, земле, воде — всюду царило голубоватое свечение.
И только хорошенько приглядевшись, я поняла, что центр этого необычного явления — озеро.
От восхищения перехватило дух.
Голубые огоньки поднимались со дна, то рассыпаясь, то сливаясь в единые светящие фигуры. Теперь сквозь толщу воды можно было рассмотреть острые рифы и огромные каменные валуны. А еще стайку каких-то мелких рыбок, чья чешуя в этом освещении отливала серебром. Отсветы, что диковинные «светлячки» бросали на стены пещеры отличались нежным голубоватым оттенком, а из-за того, что кругляшки находились в постоянном движении, складывалось впечатление, что стены пещеры плачут голубыми слезами.
Как только огоньки оказались слишком близко к моим лодыжкам, я попыталась быстро вскочить на ноги.
— Тс-ш, — придержал меня Егор. — Не бойся.
— Ты хочешь, чтобы я осталась без ног? Они, конечно, красотой не блещут, но очень мне дороги!
Он засмеялся.
— Ночесветка не сможет цапнуть тебя за ногу, даже если бы и очень захотелось.