Страница 10 из 52
Я вдел нитку в иголку и начал с одного конца неровной раны. Первый стежок всегда болел сильнее. Остальные были только отголоском этого прокола. Я зашивал, несмотря на боль, пока края плоти не были снова соединены вместе в достаточной степени, чтобы затянуться. В это же время я прислушивался к мягкому дыханию Чарли, небольшим движениям под водой.
Покончив с иголкой, я отбросил её и плеснул на неё немного спирта. Я промою рану позже. Мне нужен отдых. Сейчас был не тот момент, чтобы позволить усталости затуманить мой разум. Жизнь Чарли зависит от моего трезвого рассудка. Подставлять её было не лучшим вариантом, особенно после всего, что ей пришлось пережить. Я открыл шкаф, схватил полотенце и повесил его на серебристый полотенцесушитель.
— Что ты делаешь? — беспокойство в её голосе почти заставило меня улыбнуться.
— Я иду в душ, — не глядя на неё, я расстегнул брюки и сбросил их вместе с боксерами на пол. — Если ты попытаешься бежать, я тебя поймаю. И мы оба будем без одежды. Так что подумай дважды, ладно?
Я хотел, чтобы она бежала, отчаянно нуждался в этом, но должен был усмирить свои желания ради неё и того, что нужно ей. И прямо сейчас ей нужно обеспечить безопасность.
Я крутанул ручки и вошел под душ, закрывая дверь за собой. Чарли должна четко видеть меня через стекло. Я был не против, но потратил все силы на то, чтобы не смотреть на неё. Мысль о том, что она наблюдает за мной, подарила мне такой стояк, что это почти причиняло боль, но я старался держаться спиной к ней настолько, насколько было возможно.
Закончив, я стащил своё полотенце и обернул его вокруг талии.
— Ты готова выходить?
— Да, но я не хочу надевать те же самые вещи, — она была расслаблена, её голос звучал как вода, стекающая по гладким камешкам. — Они пахнут как то место. Как подвал. У тебя есть что-нибудь, что я могла бы одолжить?
Мысленный образ её в одной из моих футболок и на голое тело почти добил меня.
— Да. Погоди-ка, — я мягко подошел к гардеробной в дальнем конце ванной комнаты, наблюдая за ванной краем глаза. Чарли не двигалась. Я вытащил футболку из одного ящика и пару штук трусов-боксеров из другого.
— Это должно подойти на сегодня, — я положил одежду рядом с её полотенцем. — Я повернусь спиной, чтобы ты могла вылезти.
Я надеялся, что она скажет, что я могу смотреть, что она не возражает против того, чтобы я видел её.
Вместо этого она сказала:
— Спасибо, что не смотришь.
— Всегда пожалуйста, — я повернулся спиной, как обещал, и она выбралась из ванны.
Через несколько минут она подошла к закрытой двери. Моя футболка закрывала её полностью, и ей пришлось подвернуть боксеры, чтобы они держались, но, черт побери, она была восхитительна. Её ноги сзади были стройными и гладкими, кожа просто умоляла прикоснуться к ней, исчезая под клетчатой тканью. «Господи Иисусе».
Чарли прислонилась головой к двери и зевнула.
— Ты был прав.
Я отбросил полотенце и натянул свои боксеры, заправляя свой стояк под эластичную резинку.
— Да? В чем?
— Я чувствую себя лучше, — она отпрянула от двери. — В том смысле, что все еще хочу уйти домой, и я теперь больше не фанатка подвалов, и моё лицо болит, но я не чувствую такого...
— Холода.
Она повернулась и окинула меня теплым взглядом, который проник внутрь твердого панциря, покрывавшего мое сердце.
— Да.
Её глаза прошлись вниз по моей грудной клетке, обвели рисунки татуировок, затем проследовали дальше на юг. Её щеки опалило прекрасным румянцем, но она внезапно отвернулась, прежде чем ее глаза опустились на мой член.
— Можно мне открыть дверь теперь?
— Да.
Девушка повозилась с замком, прежде чем протиснуться в мою спальню. Приблизившись к постели, она остановилась и пробежала пальцами вдоль черного одеяла.
— Я буду спать здесь?
— Да.
Я подошел к своему 9-ти миллиметровому пистолету на комоде, пытаясь найти что-то другое, на чем сосредоточиться, кроме её изгибов под моей футболкой.
— Где будешь спать ты? — Чарли подвинулась в сторону изголовья кровати.
— С тобой.
Я подошел со стороны, расположенной ближе к окну, и засунул пистолет под свою подушку. У меня был еще один, спрятанный под прикроватной тумбочкой с удобным доступом в легко открывающейся кобуре, и дробовик в тайнике за рамкой кровати. Не говоря уже об арсенале в моем шкафу и остальных пистолетах, спрятанных по всей квартире.
Музыка доносилась из аудиосистемы в гостиной, сопровождаясь звуками жесткого траха и женских стонов. Нэйт нашел платный кабельный канал. «Великолепно».
Глава 9
Чарли
«Порно?» Я старалась не выглядеть еще более встревоженной, чем была до этого, но уставилась на дверь, когда мужской голос произнес:
— Тебе нравится это в твоей тугой маленькой пи*де?
— Да, папочка, — последовал ответ.
«О, мой бог». Я не могла смотреть на Конрада, поэтому изучала подушку, где он спрятал пистолет. Если бы я смогла стащить его, может быть, смогла бы удержать Конрада, пока не сбегу. Но тогда мне нужно будет пройти мимо Нэйта. Не говоря уже о том, что я не была полностью уверена, что Конрад остался бы на месте просто потому, что я наставила на него пистолет. Я бы не выстрелила из пистолета, но Конрад не знал этого. Или знал? Так или иначе, у меня в руках был бы разгневанный киллер. Я не могла так рисковать.
— Нэйт! Сделай тише! — Конрад стянул покрывало и простыню прочь и нырнул в постель. Он лежал на спине, не спуская с меня глаз.
— Извини, мужик, — звук стал тише. — Но тебе надо видеть эту задницу. Черт. Как две жирные индейки, поджаренные до совершенства.
— Забирайся, — Конрад отогнул простыню и перекинул руку через верх моей подушки.
Легкая дрожь прошла по моему телу, когда я взглянула на него, этого великолепного мужчину, приглашающего меня в постель. Но он был гораздо больше, чем просто картинка. Он был киллером. И даже если он был вежлив со мной, у меня в голове до сих пор раздавался громкий сигнал о том, что нужно бежать.
— У тебя есть гостевая комната?
— Есть, но ты в ней не останешься, — он забросил свою правую руку себе за голову и посмотрел на меня: — Я не собираюсь трахать тебя… — его брови сошлись вместе, затем он продолжил. — В смысле, только если ты сама вежливо не попросишь. Мне просто нужно знать, что ты рядом, что ты в безопасности. И это всё.
Как будто для того, чтобы это доказать, он натянул одеяло повыше и забросил свою левую руку себе за голову. Его разрисованная грудь оказалась выставлена на обозрение, но одеяло укутывало его от живота и ниже.
Я с трудом сглотнула:
— Я ни с кем не спала уже очень давно.
Его ноздри раздувались, когда он взглядом спустился вниз по моему телу, прежде чем вернуться к лицу.
— Почему нет?
— Я говорю не о сексе, — его у меня тоже давно не было, но я пыталась сказать совсем не об этом. — У меня бывают ночные кошмары иногда, и они могут наводить ужас. Иногда я просыпаюсь с криком. Это, как правило, становится проблемой.
Я потянула подол моей футболки пониже, хотя вещи болтались на мне как балахон.
— Не важно. Забирайся.
«Это все происходит на самом деле?»
— Я не думаю…
Его голос стал тверже:
— Или ты залезешь сама, или я затащу тебя. Одно из двух, решай.
Я сжала покрывало, комкая край в руках. Он не собирался отступать, и я знала, что если не подчинюсь, он выполнит свою угрозу. Я села и скользнула ногами под одеяло. Устроившись на своей стороне кровати на самом краю, я повернулась спиной к нему.
Он вздохнул, звук получился глубокий и мужественный.
— Что тебе снится?
— Что?
— Ты сказала, что у тебя бывают ночные кошмары. Что пугает тебя так сильно в твоих снах?
Призрак Брендона, с жестокой улыбкой, навсегда запечатленной у него на лице, летающий по комнатам у меня в сознании. Я никогда не говорила о Брендоне из-за страха, что простое упоминание его имени вслух будет заклинанием, способным вызвать его обратно из могилы. Вместо этого, я солгала: