Страница 19 из 34
Наконец, я задремал, и мне даже начал снится сон, услышав тихий стук в дверь.
Я вылез из кровати и встал, все еще обнаженный. Приоткрыл дверь ровно настолько, чтобы высунуть голову сквозь щель.
Элис стояла за дверью в одной футболке, которая едва прикрывала её ягодицы. У меня член мгновенно затвердел, а сердце забилось чаще.
– Что? – сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал, как можно более раздраженно.
– В моей комнате таракан, – сказала она.
– В самом деле? Таракан в этом чертовом модном здании? Так высоко?
– Это миф, что тараканы не живут в многоэтажных зданиях.
– У меня нет никаких тараканов.
– Это большой таракан, папочка, и я не могу уснуть. Что, если он заберется в мою кровать, пока я сплю?
– Дай мне минуту, – рыкнул я, закрывая дверь у неё перед лицом.
Я натянул боксеры и майку. Мой член был всё ещё таким твердым, что боксеры не могли его сдержать, поэтому накинул на себя еще и джинсы, и вернулся в холл.
Облизнув губы, Элис схватила меня за руку и прошептала на ухо:
– Не нужно одеваться для меня, папочка, я много раз видела тебя голым...
– Тихо, – прошипел я. – Не говори такое под этой крышей.
– Ох, – сказал она, нахмурившись. – Папочка злиться на мой грязный ротик.
– Где таракан, Элис?
Она провела меня в свою комнату. Я старался держать глаза чуть выше, чем на её заднице.
Свет в её комнате был включен, и розовый вибратор лежал на кровати. Притворился, что ничего не заметил, хотя был уверен, что она его оставила там специально для того, чтобы я увидел.
– Где он был? – спросил я.
– Он бегал за моим комодом.
– У тебя есть старая обувь или что–то похожее?
– Да, сэр, – сказал она.
Подбежав к шкафу, упала на колени, наклонившись вперед, и у неё задралась футболка, обнажая голую киску. Отсюда видел, что она мокрая, и посмотрел в сторону.
– Не делай все это еще тяжелее, чем есть, Элис, – попросил я.
– Я извиняюсь, что сделала тебя твердым, Хантер. Могу помочь тебе не быть твердым, если...
– Элис, – вновь воззвал я. – Прекрати.
Она встала и передала мне обувь.
Я проскользнул пальцами за комод и оттянул его на несколько сантиметров от стены. Взглянув вниз, подождал, пока таракан выползет. Ничего.
Схватил за другой край комода и отодвинул его от стены. Никаких тараканов.
– Тараканы умеют хорошо прятаться, – сказала Элис.
– Там действительно был таракан, Элис?
– Ты разозлишься, если я скажу – нет? – прошептал её голос позади меня.
Прежде чем я смог ответить, я почувствовал её грудь, прижимающуюся к моей спине, и её руку обхватившею мой член поверх джинсов.
– Я сделала тебя твердым, – сказал она. – Извини меня.
Я оттолкнул её на кровать.
– Делай то, что тебе нужно сделать, Элис, но не искушай меня. Подумай, что будет, если твоя мать узнает. Думай о любой другой составляющей твоей жизни.
– Вы – единственная составляющая моей жизни, которая меня волнует, сэр...
– Неправда, – фыркнул я, и мне становилось всё тяжелее просто не навалиться на неё сверху. – Голод – лучшая приправа, Элис, просто думай, как будет хорошо, когда...
– Сейчас хорошо, папочка. Достаточно остро.
– Не шути со мной, – сказал я, выходя из комнаты и тихо закрывая за собой дверь.
Глава 8
Элис
Он закрыл передо мной дверь. Этот мудак! Я не должна была ему врать насчет таракана, но это единственное, что могла придумать для того, чтобы заставить его зайти в мою комнату. Глупый охотник, и его тупое фиговое обещание. Почему мужчины всегда должны стараться действовать так благородно и достойно?
Я посмотрела на тупой вибратор на кровати, и схватив его, засунула в ящик. Купила его только для того, чтобы Хантер почувствовал себя плохо. Даже не хотела его использовать. Мне хотелось, чтобы Хантер был во мне, а не какой-то кусок пластика на батарейках.
Он сводит меня с ума, особенно, когда прав. Хантер является самой захватывающей вещью в моей жизни, но не могу сказать, что мне плевать на мои уроки или стажировку. Если мама узнает о нас..., что будет?
До сих пор я избегала, слишком серьезно задумываться об этом, в основном, из-за наивного предположения, что нас никогда не поймают, и не важно, как часто мы необдуманно будем трахаться друг с другом. Если бы он подцепил мою удочку, я бы сто процентов дала ему трахать себя на столе в конференц-зале. Оглядываясь назад, это было весьма опрометчиво и глупо, но я хотела его так сильно, несмотря ни на что.
Если мама узнает о нас, я наверняка потеряю стажировку. Она может даже уволить меня и развестись с Хантером. Это будет очень плохо, но я заставила себя рассмотреть другие вещи. Она наверняка выгонит меня из квартиры, тогда я все еще смогу посещать занятия, но не смогу позволить себе жить в городе.
Хантер старше и мудрее меня, и он действительно всё обдумал. Он защищает меня, я это поняла. Он хочет меня так же сильно, как я хочу его, но знает, что наши отношения могут разрушить мою жизнь.
Я заявила ему, что он беспокоится только о собственной репутации, но Король Мидас может легко восстановить её из чего-то подобного. Он все еще богат и удивителен в том, что делает, по-прежнему может делать всё, что хочет в этой жизни. Это моя жизнь разрушится, если нас поймают, а не его.
Я вела себя, как маленький избалованный ребенок. Отвратительный и ужасный человек.
У меня задрожали губы, и я прикусила их, чтобы сдержать слезы. Они все равно хлынули теплыми и влажными дорожками по щекам. Я вжалась лицом в подушку и рыдала в течение нескольких минут. Вдруг стала чертовски ненавидеть себя и ненавидела, какой эгоисткой я была. Если действительно хочу быть со взрослым мужчиной (на самом деле, быть с ним, а не просто переспать), мне нужно вырасти и перестать вести себя, как ребенок.
Когда я перестала плакать, комок в горле никуда не делся, и дыра в сердце все еще не затянулась, поэтому я прижала к себе подушку и поудобнее устроилась на кровати. Казалось, прошла вечность, а я все еще надеялась, что засну. Но не смогла заснуть, просто лежала и чувствовала себя все более и более виноватой.
Я встала и вышла в холл. Остановилась у дверей Хантера. Мне хотелось вернуться, но почувствовала себя одинокой и несчастной и заставила себя постучать в его дверь еще раз. Ничего не произошло в течение минуты, и я постучалась снова, в этот раз чуть громче.
Дверь открылась, и выглянул хмурый Хантер. Его сильная челюсть и хмурый взгляд не могли скрыть сострадания в его глазах.
– Что? Не говори только, что опять таракан.
Я почти снова разрыдалась. У меня скривилось лицо, и губа задрожала, но я пришла в себя, прежде чем начала плакать.
– Хантер, я могу поговорить с тобой? Просто поговорить. Хочу кое-что сказать. Ты можешь просто послушать... Обещаю, не сделаю ничего плохого.
– Уходи с холла, – шепнул он, кивком головы пригласив в комнату.
Я зашла внутрь. Он был в одних боксерах, без рубашки и джинсов. На короткий миг взглянула на его тело и встретилась с ним взглядом.
– Хантер, – сказала я. – Сожалею о том, как вела себя. Я... Я поняла, что ты делаешь это для меня... для нас.
– Делаю что?
– Твое обещание, – пояснила я. – Ты заботился обо мне. Защищал меня.
– Я знаю, как устроен этот мир, Элис. Ты быстро разобралась в ситуации, но не ожидал, что ты будешь совершенна – не делая никаких ошибок.
– Просто хотела сказать, что все поняла, и перестану быть стервой. Хорошо?
– Ты не стерва, – сказал он, и выражение его лица смягчилось.
– Знаю, это тяжело для нас обоих, – сказала я. – Я осознала это. Если мы будем играть свою партию, нам будет легче. Если будем бороться с искушением. Я заставляла тебя делать эту работу за нас двоих. Если буду уговаривать тебя, как пыталась сделать, то переложу все это на тебя, как на более взрослого и мудрого.