Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 36 из 57

Моя челюсть чуть не выпала на столешницу. Надо выучить иностранный язык, нет – лучше три! А то мало ли какие ещё поездки мне предстоят в жизни…

– Не переживай, я их убедил в обратном, – Алекс продолжал ухмыляться, сверля меня взглядом. – Что у тебя случилось?

Я выложила суть проблемы, потупив глаза в пол. Неужели я так и буду позориться перед ним вечно? Алло-о-о! Небесная канцелярия, может, хватит уже издеваться?!

Спустя пятнадцать минут мои документы перекочевали из сейфа в чемодан благодаря мастеру, с которым ни обмолвилась, а то мало ли что…

Обзвонив Вику, Лильку и маму, я ещё раз посмотрела в окно. Суровое море заитало воспоминания того вечера, проведенного на пляже, когда щетина Алекса вновь цепляла мою нежную кожу. Где ты... та волна, что накрыла нас, согревая теплом наших тел?!...

Артём просил написать, как сяду в самолёт. Его забота трогала меня до глубины души. Неужто на сей раз я сорвала куш в кредитном банке жизни?...

25

Сюрприз среднего роста

В четыре часа утра, получив опоздавший багаж, мы проследовали к выходу. Влюбленная парочка шла позади, а я тащилась впереди, зевая на каждом шагу. В отличии от них, я так и не смогла сомкнуть глаз. На этот раз в самолёте меня не развлекала добрая теть Нина. А вместо неё моим соседом был пузатый потеющий бородач, который с треском втиснулся в кресло, раскидывая мясистые локти на оба подлокотника. Он спал, открыв рот. А его стойкий храп заставлял меня вздрагивать всякий раз, как я закрывала глаза и начинала погружаться в сон.

Покинув зону прилёта, взор мой упал на огромный букет в руках статного парня. Белая середина хризантем и красные края из роз смотрелись восхитительно. Я посмотрела на молодого человека; им оказался Артём. От вида его мраморного лица и бермудского треугольника родинок на щеке моё сердце затрепетало.

– С прилётом! – сказал Артём, приближаясь ко мне. – Решил сделать тебе сюрприз.

Он протянул мне шикарный презент, очаровывая своей улыбкой. Алекс приостановился, наблюдая, как я благодарю Артёма поцелуем в особенную щеку с родинками. Артём узнал моего попутчика. Они обменялись коротким рукопожатием: равнодушно, молча и сурово, и Артём потерял интерес к наблюдателям.

– Не против, я довезу тебя до дома? – спросил Артём.

– А вдруг я живу очень далеко? – посмеялась я.

Артём издал короткий смешок.

– Этот континент под силу моей машине. Для остального существуют самолеты. Так что, доставим!

Ева восхищенно пялилась на букет, а мимика Алекса изменилась. Он нервно ждал, что отвечу Артёму, а когда я озвучила согласие – мы попрощались. Необъяснимое волнение помыкало мной. Теперь главная задача – ничего не испортить!

Мы дошли до парковки, сели в салон Шевроле и покатили прочь от здания аэропорта. Он спросил, не голодна ли я, но мне было не до еды! В голове мигал проблесковый маячок красного цвета, звучала сирена, а заправляли всеобщей тревогой основательные переживания. Я поделилась новостью о победе в боснийском конкурсе.

– Ого! – воскликнул он, не прекращая следить за дорогой. – Поздравляю! Значит, ты профессионально танцуешь?

– Не совсем так… Это невероятно длинная история, давай оставим её на потом?

Артём улыбнулся.

– Подозреваю, не обошлось без крови и страсти?

– У тебя, похоже, превосходная интуиция.

– По крайней мере, она меня не подводила.

Из оживленной беседы я узнала, что Артём – коренной москвич. Надеюсь, он не имеет особого сходства с другими коренными жителями, такими как Вадик и его славная мама. Кстати, о мамах…

– Ты живёшь с родителями? – бесцеремоннно спросила я.

– Нет, я купил квартиру в центре. Одному в ней ужасно одиноко, – он подарил мне теплый взгляд. – Я родился в Москве, и для меня этот город не просто сердце нашей родины – он моя слабость! Я не могу жить вдали от суеты нашей столицы.

Я почувствовала себя невероятно убогой, а разум пленился смятением. Артём – единственный ребёнок в семье, и в нём отсутствуют видимые недостатки. Что если родители Артёма, узнав о незавидной невесте, не согласятся с выбором сына? А причина тому есть, причём достаточно весомая – квартира в центре Москвы. Наверняка, они сочтут, что в первую очередь я позарилась на дорогое жилье. Мои сужденья меркантильны, но ведь именно подобные страхи возникают у родителей, имеющих такого сына как Артём…

– А ты родом из какого города?

Формулировка его вопроса поставила меня в тупик. Значит, ему и в голову не пришло, что я родилась не в городе. Вот и первый указатель того, что Артём не станет водиться с отребьем...

– Страховец.

Что я несу? Какой ещё Страховец?.. А тот самый, что у меня в штанах! Оказывается, одолеть страх куда сложнее, чем ненависть! И на горизонте показалась первая абсурдная ложь. Надо сказать, что я сильно утомилась, язык заплетается, а родом я, к примеру, из Самары. А что? Хотя бы созвучно несуществующему Страховцу.

Он оторвался от дороги, взглянув удивленными глазами.

– А где у нас такой город?

– В Сибири, – немедля ответила я.

Что происходит? Вранье на начальных этапах – ужасный союзник. В конце концов, я не в блиц опросе участвую, надо думать прежде, чем говорить. Возьми себя в руки, трусиха! Спокойствие – главный путь к успеху...

– Серьезно?! Да ты сибирячка! А в свой город попала какими судьбами?

– Переселение.

О-о… Похоже, внутри сломалось ручное управление речью, и включён режим автопилота... Я не могла усмирить в голове внутренний голос отчаяния. Моя фраза смутила его. На милом лице появилась озабоченность, а между бровями – две глубокие морщинки.

– А что там случилось?

Ну теперь выкручивайся, трепачка! Самым разумным будет сказать горькую правду, пока нелепое вранье не зашло слишком далеко. Признаюсь, что пошутила, и мы вместе посмеемся над моим дурацким чувством юмора…

– Надеюсь, ты меня не разыгрываешь? – серьёзно добавил Артём, и мой план чистосердечного признания мигом улетучился.

– Нет. Наш дом накрыло лавиной.

Худшего вранья не бывает! Пожалуй, бессонная ночь даёт о себе знать…

– А ты с родителями живёшь? – уточнил он.

– Нет, они остались… там.

– В Страховце?

– Да…

– Как здорово, что тебе дали квартиру. Я думал, наша страна больше не делает таких щедрых подарков. Собственная квартира – это великолепно.

Ага. Собственная… До тех пор, пока Антонина Григорьевна не заберет ключи…

– А у тебя были серьёзные отношения? – поинтересовалась я.

– Сложно говорить о серьёзности, если закончились они расставанием, – спокойно рассуждал он. – Она так и не смирилась, что я не могу жить без неба.

Он замолчал. Его рассудительный ответ показался мне искренним. Останавливаясь на светофоре, он заботливо предложил.

– Ты такая уставшая. Подреми немного, а я разбужу, когда доберёмся.

Я последовала дельному совету. Стоило только прикрыть веки, как крылатый Морфей забрал измотанное сознание к себе. Сквозь сумрачные мысли в голове мелькали свежие отрывки: аэропорт, встреча с Артёмом, поцелуй Алекса, наш страстный танец – всё это переплелось в клубок, который невозможно распутать. Не могу сказать точно, спала я или просто витала в облаках, но спустя некоторое время мы добрались до улицы Октября.

Николай Петрович следил за происходящим с балкона, медленно растягивая удовольствие от сигареты. Моё сердце ушло в пятки – Николай Петрович говорит всё, что вздумается, а вздуматься ему может всякое, и чаще всего то – неподложная правда. А мои автобиографичные рассказы далеки от истины.

Артём помог занести вещи, и я вернулась его проводить. Николай Петрович по-прежнему курил на балконе. Я ждала, что он обязательно со мной заговорит, навлекая крах. Но к величайшему удивлению, Николай Петрович не проронил ни слова, лишь изредка поглядывал на нас.

– Отдохни, как следует, – сказал Артём. – Тебе надо выспаться. Перелёт – штука непростая, особенно с непривычки.