Страница 30 из 57
– А вы ему нравитесь! – сказала теть Нина.
– Вы думаете?
– Не сомневайтесь!
– Я, наверно, выглядела полной дурой. А всё из-за того, что уши заложило.
– Одна моя хорошая знакомая всю жизнь прикидывалась дурочкой перед мужем. Так я вам больше скажу: он с каждым днем любил её всё сильней, а их брак только крепчал! Мужчины не терпят умных женщин, и женская мудрость состоит в том, чтобы научиться скрывать свою сообразительность. Вы только посмотрите, как он душевно с вами беседовал и улыбался!
Я невольно вздохнула. Мое мнение интерпретировало рассуждениям теть Нины.
– К сожалению, улыбаются они всем, в том заключается их работа.
– Однако, всё ли в порядке он спросил только у вас. Филипп считает великолепный слух моим проклятием. Проходя мимо соседок, я слышу их лживые сплетни, а они полагают, что разговаривают тихо. А потом удивляются, почему я с ними не здороваюсь.
Артём продолжал раздавать еду, а я задумалась над словами теть Нины. Предположим, наша симпатия обоюдна, но меня смущало множество факторов, встающих между нами. Во-первых, его профессия опасна и пророчит долгие разлуки. Во-вторых, мы жители разных городов. Но даже если опустить негативные условности, то как вывести разговор в соответствующее русло? Он на работе, при исполнении должностных обязанностей и может пострадать за долгую болтовню со мной. Да и вдруг теть Нина ошиблась? А его улыбчивость и забота – обыкновенное соблюдение норм этикета? Ладно, будь, что будет!
Самолёт выровнялся, создавая впечатление, что не летит, а стоит на месте. Я выпустила теть Нину в кабину туалета и достала сумочку с верхней полки.
– За слуховым аппаратом полезла, бабуль? – иронично спросил Алекс.
Я скривила лицо в ответ и молча села. Написав на бумаге телефон с именем, я свернула его квадратиком и дождалась, пока Артём пройдёт с тележкой назад. Когда он подошёл к моему ряду, я обратилась к нему:
– Возьмёте мусор?
Я подала пустой контейнер и стаканчик из-под кофе, а затем протянула свернутый листок бумаги.
– Мусор это или нет, решать только вам…
Он разгадал меня, и его янтарные глаза игриво заблестели. Пластиковая посуда отправилась в чёрный мешок, а моя записка была брошена на металлическую столешницу. Алекс подозрительно осмотрел нас, а моё лицо истончало торжествующее превосходство.
Теть Нина снова устроилась в своём кресле и безмятежно задремала. За время изнурительного полёта с одной пересадкой я успела привыкнуть к ней, потому в аэропорте Батмир мы тепло попрощались.
Оттуда наша троица отправилась на автобусе в город Неум. Меня так сморила дорога, что я даже не позаботилась о включении телефона. Алекс на переднем сиденье обнимал белокурую Еву за плечо, а я мысленно преодолевала зону турбулентности с Артёмом. Всё-таки он такой замечательный! Не то что Алекс…
Окружающие пейзажи меня не волновали. Чувствуя, как затекли мышцы, особенно те, что ниже пояса, я снова пожалела о смене обстановки. Меня одурманил сон. Вот я блуждаю в глухой тайге. Впереди показался бурый медведь, стоящий на задних лапах. Треск поломанных сучьев под ногами заставил массивное животное обернуться. Я испугалась, понимая, что пришел мой конец. Пустившись бежать со всех сил, я смотрела вперёд, где виднелась узкая полоска света. Но как бы я не старалась – расстояние между мной и спасительным выходом из чащи не сокращалось. Ноги отказывались сгибаться-разгибаться, а позади раздавался рёв горластого медведя, настигающего жертву с невероятной быстротой. Споткнувшись о большой валун, я упала на землю, а медведь тут как тут! Он уставился на меня голубыми глазами, говоря человечьим голосом.
– Кать, приехали. Проснись!
Я открыла глаза. Надо мной навис Алекс. Фух, какое счастье, что это был сон!
Мы покинули автобус, и взору открылось нестандартное здание «Hotel Don Omar», утонувшее в свете мерцающих огней. Территория отеля искрила чистотой. Многочисленные туристы припадали к пальмам для курортного снимка. По ровненькой брусчатке, минуя два фонтана по бокам и декоративные кустарники у входа, Алекс шёл в обнимку с Евой, а я позади, любуясь видами. Ветерок, ласкающий наши волосы, был приветливо тёплым – никак погода радовалась новым гостям.
Мы вошли в просторный холл, разделенный на два зала, где находились столики, обставленные мягкими стульями. За ними сидели весёлые люди с бокалами в руках, и я сделала вывод, что здесь можно расслабиться вечером. Мы прошли по коридору направо до конца. Там находился ресепшн. Девушка в форме портье приветствовала нас, и Алекс заговорил с ней на английском языке.
– Good evening. We need two numbers, i booked in advance.[6]
Я развесила уши, не понимая ни слова. Как жаль, что в школе преподавали уроки немецкого. Надеюсь, не придётся общаться с местной обслугой.
– Good evening. Allow your passports, – ответила девушка.
– Давайте паспорта, – сказал Алекс.
Пока он решал технические вопросы, я устало села на диванчик сбоку, рассматривая кустистые растения в горшках у стены. Да-а-а, сюда бы Лильку, и веселье было б обеспечено!... Любопытно, Артём в Боснии или уже в небе, на обратном пути в Москву?...
Алекс снова оторвал меня от раздумий, протягивая ключи.
– Пошли заселяться.
Поднявшись в лифте на шестой этаж, мы прошли по плитке, сверкающей лоском. Моя комната находилась напротив номера голубков. Алекс открыл дверь и пропустил Еву вперёд. Вид у неё был необычайно больной. Всю дорогу она не разговаривала и, когда вошла в номер, даже не попрощалась. Алекс завёз внутрь их миниатюрные чемоданы (чего не скажешь о моём тяжеленом багаже). Когда я собиралась закрыться в номере, Алекс обратился ко мне со словами:
– Мастер класс по танцам будет завтра, так что сегодня отдыхай. Вот буклет, здесь расписание завтраков и обедов. А то зная, как ты готовишь, можно и с голодухи окочуриться!
Его ехидное лицо настолько опостылело мне, что я молча взяла буклет и захлопнула дверь.
Обстановка в номере одаривала уютом. Я бросила чемодан и подошла к панорамному окну. Какая красота! Внизу простиралась огромная площадка с бассейном, имеющая форму раскрытого веера; по зелёному периметру полукругом выстроились закрытые зонтики, а за ними на фоне манящих сумерек раскинулось бескрайнее Адриатическое море. Его шумящие волны обнимали песчаный берег частного пляжа. Вдали с двух сторон море сторожили невысокие холмы, поросшие густой растительностью. Похоже, так выглядит истинный рай! Жаль только искупаться не удастся…
Я включила телевизор. Каналы были исключительно иностранные, кроме одного с программой «Вести», на нём и остановилась. Вспомнив сентенцию Лильки, предостерегающую от возможных краж, я спрятала документы и деньги в сейф и по инструкции поставила защитный код. Внезапно услышанная новость приковала меня к полу:
«Пассажирский самолёт авиакомпании „Wings“, следующий из Москвы в Сараево, исчез загадочным образом. По данным СМИ: воздушное судно пропало с радаров через двадцать минут после взлета из аэропорта Домодедово. Известно, что на борту находилось 322 человека. На данный момент проводится поисковая операция, информация уточняется.»
Кошмар… бедные люди! Не зря показалось, что нет ничего страшнее и опаснее, чем оторваться от земли на хрупкой железяке…
Стоп! Это ведь тот самый боснийский рейс в 14:15, на котором якобы должна вылететь я. О нет… Вика!
21
Море накрывает с головой
Я вывернула сумку, лихорадочно перебирая её содержимое. Мой телефон по-прежнему недоступен – представляю, что творится в больнице! После включения мобильника посыпались сообщения о пропущенных вызовах от мамы и Вики, и одно сообщение неизвестного отправителя, полагаю, Артёма. Но мне было не до него. Длинные гудки, а затем робкое «алло», произнесенное убийственно тихим голосом Вики, нагнетали дрожь.
– Сестрёнка, это я! Катя! Со мной всё в порядке!
Угнетающую тишину длиною в секунды сменило громкое всхлипыванье. Вот до чего доводит вранье, с которым необходимо было покончить!...