Страница 24 из 57
– Ты вчера когда уходил, Пернатый Алекс находился в коробке?
– Да, а ты чего такая озадаченная?
И куда он мог подеваться? Возможно, сюда заходила Оксанка и случайно выпустила его. Или, следуя примеру Стёпки, сочла его мёртвым и отнесла на помойку. Для прояснения ситуации надо бы дождаться Оксанку…
– Да Пернатый пропал. Нигде не могу его найти.
Стёпка пожал плечами, одевая сменную обувь.
– Слушай, Кать, вчера для Тигры нашлась подходящая хозяйка, моя старая знакомая – Ева Аргольда.
Моя озабоченность сменилась долгим смехом.
– Она, должно быть, известная личность!?
– С чего ты взяла?
– У нее выдающаяся фамилия!
Стёпка потонул в бескорыстной улыбке.
– Верно. В школе все звали её – Эдемская.
– Постой, дай угадаю. Ночью она лезла через забор и воровала соседские яблоки!?
Я покатилась со смеху, и Стёпка тоже рассмеялся.
– Нет, она могла обольстить любого Адама.
– Даже тебя? – я скривила ироничную мину. – Стоит предостеречь Лильку. Пускай держит тебя подальше от Эдемских садов.
Я закатилась пуще прежнего, а Стёпка покачал головой.
– До чего ж ты вредная, Кать! Мне итак хватило вчерашней трёпки за белье… Пропади оно пропадом!
– А ты не называй меня по имени. Понадобится целая вечность, чтобы отмыть его от грязных ассоциаций с придурковатым хозяином Барона.
Закрыв шкафчик с верхней одеждой, Стёпка направился ко мне, дружелюбно обнажив зубы.
– Сдается мне, ты снова куда-то вляпалась. Ну-ка рассказывай!
Опираясь на стол, он с любопытством вникал в повествование моего злосчастного приключения, а в последующие часы рабочего дня его одолевал внезапный приступ смеха.
В обеденный перерыв я созвонилась с Лилькой. Она убеждала меня не опускать руки, и тогда мой мужчина отыщется. Её посетил сон, где я выловила большое количество рыбы порванным неводом. Никто не сомневался, что у Лильки был дар предвиденья. Если её вещие сны не сбывались, она заявляла, что наша ошибка в неверном толковании.
Обсудив проблемы насущные с подругой, меня ждал осмотр пациентов. Жура потихоньку ковыляла за мной след в след. Маленькие котята Тигры подросли. Один из них – кипельно белого окраса – подскочил ко мне и принялся тереться о ногу. Я подняла котёнка вверх, а его голубые пуговки напомнили мне бездонные очи Алекса. От воспоминания о нём по телу разлилось неприятное чувство досады и тоски.
Всё-таки он был неплохим человеком. А глаза?! Два океана чистых вод захлёстывали в омут бесподобного очарования! Невероятно, но я, кажется, скучаю по нему…
– Не понимаю, почему куда бы я не пошёл, мне встречаешься ты!?
Да, его голос… Он тоже был необычным. Какой-то мелодичный акцент иностранца присутствовал в нём. Я помню его, как наяву.
– Наверно, ты паршиво танцуешь, потому что плохо слышишь.
Я остолбенела. Нет, этот голос звучит не в памяти… Сердце отчаянно заколотилось в груди, а потом ушло в пятки. Я обернулась. В кожаной куртке передо мной стоял Алекс, держа руки в карманах брюк.
– Ты что здесь забыл? – выпалила я, сама не ожидая такой агрессии со своей стороны.
– Я первым задал вопрос.
– Я работаю здесь.
Его довольное лицо обнажило приторную улыбку.
– Бедные животные, и как они тебя терпят?
Я вспыхнула, чувствуя, как уши наливаются кровью. И что за вздорные мысли засоряли мою голову пару минут назад? Он самый мерзкий и отвратительный тип на всем белом свете!
– А как терпят такого задаваку жена и будущий ребёнок? – сухо ответила я, опуская котенка на пол.
С неизменным лицом Алекс гордо давал отпор.
– Чувство юмора у тебя такое же паршивое, как и чувство ритма.
– Не паршивей, чем вкус у твоей жены.
Он подошёл ближе и крепко обхватил меня за талию.
– Да ты никак ревнуешь! – Алекс притянул моё тело к себе.
– Нет, я ни одной минуты не вспоминала о тебе!
– Так и не вспоминала!? – лазурные глаза испытующе прожигали меня. – Даже тот день, когда принял у тебя душ и смутил своей наготой?
Моё тело заразилось огнем, и от этого я разозлилась ещё больше.
– Конечно. Ведь это всё, что ты можешь показать!
Распахнулась дверь, и в комнату влетел радостный Стёпка со словами:
– Кать, я нашёл Пернатого Алекса в шкафу с одеждой!
Ой, как не вовремя… Как не вовремя! Алекс перевёл смеющийся взгляд с лохматого Стёпки на меня.
– Не вспоминала значит?
Я отвела стыдливые глаза в сторону, и он отпустил меня.
– Вы, должно быть, от Евы? – Стёпка протянул руку Алексу. – Она предупредила по телефону, что сама не успевает заехать за кошкой.
Так-так, в голове совсем всё смешалось…
– Совершенно верно.
Алекс ответно пожал его руку.
– Сейчас принесу её, – сказал Стёпка, отходя к углу, где Тигра вылизывала шерстку в гимнастических позах.
Алекс шагнул ко мне.
– Признавайся, ты искала меня?
– Нет, – соврала я, не понимая, что ложью загоняла себя в тупик.
– Ты ведь поднималась ко мне. И открыла тебе упитанная девушка. Не так ли?
– Беременная, а не упитанная! – выпалила я.
– Ага! Значит, ты всё-таки приходила!
Хитро придуманная ловушка Алекса захлопнула железные тиски (в Лилькином сне явно перепутаны роли мои и сетей, раз я так легко попалась на вранье).
Я посмотрела на Стёпку, несущего Тигру в закрытой переноске, которая лапами старалась вернуть себе свободу, просовывая их между толстых прутьев.
– Вот и ценный груз, – сказал Стёпка, отдавая переноску Алексу. – Обещайте её не обижать?!
– Обещаю.
После рукопожатия Стёпка направился к выходу, а за ним Алекс. У двери он нахально обернулся.
– Я продал квартиру в том доме, а эта беременная девушка – твоя новая соседка. Если захочешь найти меня, я каждый день бываю в школе с шести вечера до девяти.
Я продолжала стоять на месте. Ненависть и лютая злоба вывернули мою душу наизнанку. С каждым днём становилось яснее, что обещание, данное Вике, превращалось в непосильную для меня ношу. Казалось, я только обрела покой и даже заимела хорошее мнение о танцующем Павлине. Но встречаясь лицом к лицу с Алексом, я всякий раз теряю над собой контроль…
18
Четыре чуда света
Спустя две недели я ждала Лильку за столиком в кафе «Три ложки» с целью поведать свежие новости. Активные похождения на свидания привели моё сознание в ужас, и я зареклась больше не знакомиться на сайтах, где подробная анкета пользователя имеет далёкие представления о том, кто на самом деле сидит по ту сторону монитора.
В голове крутился разговор с бабушкой. Вика сообщила родственникам о конкурсе во Франции, и теперь мне не отвертеться.
– Ты приглядись к парню-то, – говорила бабушка. – Вика так расхвалила его. Глядишь, чего и сложится у вас.
Эх, Вика… Она не только превратила полгода моей жизни в сущий кошмар, но и просватала меня Павлину в глазах уважаемой родни. А подобные действия в нашей семье бесследно не проходят!
Я открыла меню. Кафе «Три ложки» являлось фаворитом среди других заведений, где прекрасно кормили, а для меня и Лильки – излюбленным местом, где можно устроить праздник живота и спокойно посудачить.
Проходящий мимо официант обратился ко мне:
– Готовы сделать заказ?
– Нет, я дождусь подругу. А пока сделайте мне стаканчик апельсинового сока.
Паренёк, улыбаясь, кивнул и подошёл к соседнему столику. Было время ланча, и свободных мест оставалось немного; да и на тех табличка «Зарезервирован» отпугивала новых едоков, норовивших примоститься на мягком диванчике. Спиной ко мне сидела ухоженная дама. Вся во внимании она слушала бородатого мужчину в деловом костюме, развалившегося на стуле подле неё.
Пока я разглядывала посетителей, показалась Лилька. Без особых трудностей она отыскала мою рыжую голову посреди толпы. Её коронная прическа и ярко-алые губы навивали ощущение, что я проживаю один и тот же день, который никак не закончится.