Страница 80 из 106
Кабина была не очень большая. Четыре кресла, широкий пульт, усеянный непонятными надписями с преобладанием углов и треугольников, с парой штурвалов, кучей кнопок и рычагов. По разделённому на сектора лобовому стеклу шла огромная трещина.
Не знаю, что я надеялся здесь увидеть, но повернувшись, подпрыгнул от неожиданности и вскрикнул. Возле двери имелось и пятое кресло, скрытое небольшой переборкой, и в нём кто-то сидел!
«Чувство Жизни» сплелось уже на автомате, но не дало никакого результата. Сидевший был мёртв.
Аккуратно я подошёл ближе и рассмотрел его.
За долгое время труп превратился в иссушенную мумию и словно бы окаменел. Четырёхпалые руки с двумя противопоставленными пальцами, голова вытянутой формы, с усами, как у кита. Правда, лицо превратилось в оголённый череп, но посеревшая кожа, похожая на пергамент, сохранилась. Пришелец был очень высок, выше двух метров, и худ — конечности и тело больше походили на тонкие палки. Глядя на него, стало понятно, почему на корабле такие высокие потолки и узкие проходы.
Если тело пришельца иссохло, то серебристый, металлизированный комбинезон, в который он был облачён, выглядел так, словно его пошили только вчера. Карманы я проверять не стал, отметил только нашивку на левом рукаве — жёлтая полоса, под ней красный круг, и под ним угловатая загогулина, похожая на букву «Z».
Больше мне тут делать было нечего, поэтому я переместился ко входу — снова продираться через завал не было никакого желания — и пошёл в другую сторону. Метров через сто пятьдесят коридор разделялся на два, и тут я снова выбрал левое направление. Правда, по этому коридору далеко пройти я не смог — очередной завал полностью его перекрывал. Под ним виднелся ещё один член экипажа, вернее, были видны только его руки, плечи, покрытые бронещитками, и голова в пластиковом шлеме с расколотым забралом. Тёмно-зелёное пятно, въевшееся в палубу, похоже, было кровью бедолаги. Но помочь ему я уже всё равно не мог, поэтому вернулся к развилке и пошёл по другому пути. Он был свободен и привёл меня к небольшой квадратной платформе и люку в полу. Слева, в переборке, имелась дверь, но как её открыть я не имел понятия. Она была металлической, гладкой, без единого выступа, и наглухо задраена.
Вряд ли силовая установка всё ещё работала, спустя столько времени, поэтому я, напрягая все силы, и помогая себе телекинезом, принялся отворять люк в полу. Со скрипом, сопротивляясь — наверняка открытием довольно тяжёлой плиты управляла какая-то автоматика, гидравлика или иной механизм — люк постепенно поддавался. Приложив огромное усилие, я услышал, как что-то лопнуло, и люк распахнулся уже без какого-либо труда, открывая моему взору лестницу.
Прежде чем спускаться вниз, я решил связаться с Атаем. Вроде бы, времени прошло достаточно.
— Ты внутри? — без предисловий спросил дроу.
— Да. И тут всё в довольно паршивом состоянии. Не знаю, что их сбило, но тут кругом завалы, порванные кабели и трубы.
— Это всё ерунда. Тебе надо попасть в трюм, но в подобных кораблях они запираются тяжёлыми гермодверьми. А значит, сперва тебе надо запустить силовую установку…
— И как я это, по-твоему, сделаю? И за столько лет она ещё разве работает? Топливо не прокисло? И я же тебе сказал, что многие кабели порвало.
— С запуском я тебе помогу. Если её заглушили, то она вполне себе должна быть в рабочем состоянии, а то топливо, что ещё в ней оставалось невыработанным защищено от внешней среды. Силовые линии, идущие к трюму, надёжно укрыты за бронёй, так что с ними ничего не должно было произойти.
— Это прекрасно, но ты уверен, что от крушения установка осталась неповреждённой?
Дроу задумался на некоторое время.
— Ты уже видел кого-то из экипажа? Описать сможешь?
Я, как мог, описал труп в кокпите.
— Погоди немного, мне надо кое-что сопоставить.
Дроу отключился, а я сел на открытый люк. Стоило подождать нового сеанса связи, прежде чем лезть вниз — может быть, оно уже не имело никакого смысла.
Ждать пришлось минут десять, по прошествии которых, Атай сам вышел со мной на связь. Я не выпускал передатчик из ладони, поэтому смог ощутить, как тот сперва нагревается, а потом начинает вибрировать. Надавив пальцем на его середину, я ощутил, как установился ментальный контакт.
— В общем так, если я правильно всё понял, то это раса тэлсу. Свои силовые установки они защищают особенно толстой бронёй с компенсаторами. Она даже прямое попадание крупнокалиберного крейсерского орудия выдержит. Так что, скорее всего, с силовой установкой всё в порядке. Тебе надо попасть на третью палубу с верха. Как доберёшься, свяжись со мной, я пока изучу спецификацию на реакторы тэлсу.
Связь прервалась, а я, хмыкнув, поднялся и пошёл вниз по лестнице.
Первое, что я увидел, попав на вторую палубу — это кубрик и камбуз. В первом не было ничего интересного и примечательного, разве только то, что он никак не пострадал, а на камбуз я бросил только беглый взгляд — заходить внутрь не хотелось.
Повернувшись спиной к кубрику и пройдя в дверь, я попал в коридор и осмотрелся. Всё моё внимание привлекло тело поперёк коридора, ближе к его дальней трети. По сторонам коридора шли двери, в общей сложности десять штук. В дальнем конце была ещё одна дверь и спуск дальше вниз.
Раз живых тут нет, а мёртвые подниматься не спешат, ничто не мешало мне хорошенько тут всё осмотреть.
Ближайшая левая дверь вела в медблок, который я смог рассмотреть через щель между перекошенной, заклинившей дверью и косяком. Почти все остальные двери, кроме двух, были наглухо задраены. Открытые двери вели в каюты. В одной на полу лежал труп со сквозной дырой в груди, сантиметров пять диаметром. Края дыры были обуглены. Тело лежало, раскинув руки и ноги звёздочкой, рядом валялись осколки пластика, а на стене напротив входа я чётко различил тёмное горелое пятно.
В следующей каюте было сразу три тела. Одно лежало на боку спиной ко входу. Половина головы у тела отсутствовала, вторая половина была сильно обожжена. Второй мертвец лежал на круглом столике, раскинув руки в стороны. Его ноги свисали почти до пола, а в груди зияла такая же дыра, как у мертвеца в первой каюте.
Третий сидел в кресле, склонив голову на прожжённую грудь.
Кто их так всех перестрелял и, главное, зачем, оставалось загадкой.
У тела, лежавшего в коридоре дальше по ходу, также имелась дыра в районе груди. Этого бедолагу, судя по тому, что лежал он на животе, застрелили в спину.
О чём это могло говорить? Бес его знает. Я не стал забивать голову пустыми и лишними предположениями и дошёл до дальней двери. Судя по логике, здесь должна была бы быть каюта капитана, и вот в ней-то наверняка можно было найти много чего интересного. Тот же судовой журнал, к примеру. Другое дело, что прочитать его я, может быть, не смогу. Но с этим можно будет разобраться и попозже.
Дверь, естественно, была задраена, но желание попасть внутрь стало настолько сильным, что я начал искать способы, чем открыть треклятую металлическую плиту. Нужна была хоть небольшая щель, чтобы было за что схватиться.
К сожалению, дверь моих желаний не разделяла, оставаясь холодной и монолитной. Я опять остался ни с чем.
Спуск в машинное отделение пришлось открывать точно так же, как и на жилую палубу. Правда, этот люк поддался быстрее, и открылся легче. Спустившись, я попал в очередной коридор, по сторонам от которого располагались небольшие открытые комнатки, уставленные каким-то оборудованием. По стенам шли толстенные жгуты кабелей, с мою руку толщиной, и трубы. А в дальнем конце, в отдельном помещении, располагалась силовая установка.
Низ её походил на постамент с несколькими регуляторами, кнопками и рычагами. В боковых стенках были круглые пластиковые люки с ручками.
На постаменте покоилось в жёстком фиксаторе ядро в виде шара, диаметром в метр. Верхняя часть также имела целую кучу разных кнопок и ручек и доходила до потолка. Получалась этакая колонна в форме песочных часов с шаром в центре.