Страница 42 из 123
— Просветили доброжелатели, — буркнула Летта.
— Ящерка, вот скажи мне откровенно: ты можешь вообразить меня на троне?
— Не-а, — с облегчением сообщила девушка. — Ты себе не представляешь, как я рада!
— Отчего же, представляю, — серьезно заявил айт, вставая. — Я тебя предупреждал. Но некоторые из моих воинов прошли ритуал и входят в число претендентов. Так что готовься к паломничеству. Прошу тебя заранее сообщать мне о любых своих передвижениях. Сай Кевен, надеюсь, вы не хотите скомпрометировать сатию Виолу?
— Я уйду через пять минут, — буркнул барон.
— Через пять минут телохранители сатии выпроводят вас из помещения.
Ромариз уже потянул на себя золоченую дверную ручку, когда Летта попросила:
— Ромариз, приставь своего человека к моему брату. Он сын одного высокопоставленного тебба, и у меня дурное предчувствие.
Айт внимательно посмотрел в глаза Летте, она прикрыла ресницы, отвечая на невысказанный вопрос. Ромариз присвистнул и, кивнув, вышел из комнаты.
— Что между вами? — хрипло спросил барон.
— Ничего, — пожала плечами девушка. Больше всего ей хотелось, чтобы ее наконец-то оставили в покое, забраться в ванну и завалиться в постель. Но, глянув на перекошенное лицо барона, она сочла нужным пояснить. — Я познакомилась с Ромаризом во время своего путешествия в замок Луань. Он сопровождал маркизу Варадею. Кевен, между нами ничего нет и быть не может!
— Виола, — барон очень медленно положил на пол меч, некоторое время смотрел на свои руки, не поднимая головы, а затем произнес: — выслушай меня, не перебивая. Я приехал в Луань с определенным заданием его величества и никогда не думал, что не справлюсь с ним. Я был уверен, что ты попадешь в мои сети, но сам запутался в силках. Сегодня на приеме я отчетливо понял, что не могу отдать тебя никому другому. Я, словно бешеный пес, посаженый на цепь, бегаю по кругу. Я бегу от тебя, пытаясь забыть твои губы, твое дрожащее тело, твои руки на моем лице, но память не позволяет. Я бегу от себя. Для меня пытка — видеть, как тебя уводит другой! — Он обхватил руками голову. — Я готов ослушаться короля, я готов принять проклятие Единой, я готов стать изгоем, только бы ты принадлежала мне! У меня есть друзья в соседнем королевстве, прошу тебя, давай уедем! Я смогу вывести тебя из дворца, только согласись!
Летта молчала. Поздно, барон. Три дня назад она, возможно, и согласилась бы на это предложение, но не сегодня.
— Кевен, ты отказался от меня еще на корабле, — тихо произнесла Летта. — Ты сделал свой выбор. А теперь поздно. Я приняла парное кольцо сая Антео, и просто так сбежать мне не позволит гордость и честь. Я не хочу жить изгоем.
Барон молчал, не поднимая головы, и в груди Летты образовался горький ком сожаления и жалости.
— Знаю, что сам все испортил, — глухо произнес Вербахт, — но пообещай мне хотя бы подумать над моим предложением, не говори сразу «нет», прошу тебя.
— Я подумаю, — покладисто согласилась Летта, уверенная, что не изменит своего решения.
В дверь постучали, и в комнату заглянул один из охранников.
— Сай Кевен…
— Ты больше не испытываешь ко мне чувств? — Барон не обратил на воина никакого внимания.
— Когда ты бросил меня, я испытала разочарование от несбывшихся надежд, обиду, горечь. — Летта погладила черный кулон, и ей стало легче произносить эти слова. — Мне было очень больно, а сейчас в сердце пустота. Прости.
— Твои жестокие слова — это месть за то, что я понял все слишком поздно. — Барон подхватил меч и стремительно вышел, бросив на прощание. — Я не отступлюсь!
— Нет, Кевен, это не месть, это разочарование…
Летта вздохнула с облегчением. Никогда не любила расставаться, всегда было больно ранить другого человека. Но… у него был шанс, а он его упустил. Сам виноват!
В дверь заглянул один из воинов. Совсем еще мальчишка, лет двадцати. Златоглазый, со смоляными волосами, в которых была лишь одна белая прядь. Он изумительно смотрелся в черном военном мундире.
— Сатия, куда прикажете поставить цветы? — весело поинтересовался телохранитель, блеснув золотом глаз, и задорно подмигнул зардевшейся девушке.
— Какие цветы? — удивилась Летта, любуясь воином.
— От его высочества Антео.
В комнату начали входить слуги с огромными букетами белых роз. Скоро маленькая гостиная благоухала тонким нежным ароматом. Последним вошел Габриэль с темно-бордовой, почти черной гвоздикой в руке.
— Я встретил барона Вербахта, —задумчиво произнес он.
Летта молча встала с кресла, прошла мимо ухмыляющегося воина-айта, вышла в коридор и посмотрела на обратную сторону двери.
— Что ты там ищешь? —с легким удивлением в голосе поинтересовался незваный гость.
— Да вот, хочу посмотреть, не висит ли здесь объявление, что графиня Луань ведет прием посетителей?
Габриэль тихонько рассмеялся своим леденящим душу смехом и, вручив Летте цветок, слегка поклонился.
— Я только пришел напомнить, что завтра у нас с тобой свидание. Я зайду в полдень.
— Э-э-э-э…
Но страж уже исчез.
— Какие будут приказания, сатия Виола? — Воины из «Золотой когорты», похожие словно братья, с улыбками смотрели на девушку.
Летта улыбнулась в ответ и сладко зевнула, прикрыв рот ладошкой.
— Никого не пускать, даже если это будет сама Единая!
По пути в ванную она поставила гвоздику в узкую длинную вазу и отнесла на прикроватный столик.