Страница 8 из 125
— Посоветовали, значит? — удивленно спросил Искатель, цокнув языком. — Кто ж это такой добрый человек, который захотел заковать меня в колодки?
— Тебя это не касается! — Диани постаралась произнести это не слишком грубо, но плохо контролируемые эмоции не оставили ей на это шанса. После этого чародейка глубоко вздохнула, борясь с внутренними демонами, и уже спокойно произнесла: — Тот человек не из тех личностей, с которыми хочется встречаться дважды. Поэтому мне неприятна даже мысль о нем.
— Понимаю, — кивнул Вимас, будто прочитав что-то в душе у Первой чародейки. — Тогда, пожалуй, нам стоит закончить разговор. Я вижу, как нервничают твои солдатики, они явно хотят кинуть меня в этот каменный мешок и поскорее убраться отсюда.
Гвардейцы удостоили Искателя уничтожающими взглядами. Но не один из них не высказал свои мысли в открытую. Много чего можно сказать про жителей Мерсина, в частности про наемников и солдат регулярного войска короля, но они знали толк в субординации. А так как в данный момент гвардейцами верховодила Диана, то они не смели перечить своему начальнику, или прерывать ее разговоры с заключенным.
Хлебушек коротко кивнула, открывая двери камеры и проводя Искателя внутрь.
— Располагайся, — тихо произнесла чародейка, указав на скромную, но весьма добротную постель, укрытую чистым одеялом.
— С превеликим удовольствием прилягу, — подмигнул чародейке Вимас. — Быть может и ты…
— Нет, не может! — отрезала Диани.
— Как знаешь, — улыбнулся Искатель, развалившись на лежаке. — А я всегда готов поспать лишний часок. Жизнь такая интересная штука, что никогда не знаешь, когда тебе удастся заснуть в следующий раз.
— Наслаждайся, — бесцветно ответила Хлебушек, запирая замок стальной двери. Вскоре ее шаги затихли в глубине коридора, оставляя заключенного наедине со своими мыслями. Хотя, вероятнее всего, за дверями все же осталась пара стражников, чтобы сон пленного мага никто не потревожил, ну… или чтобы этот самый маг вдруг не сбежал через узкую щель под дверью. От Искателей можно было ожидать чего угодно, и гвардейцы короля знали об этом.
Пленник осмотрел свое новое пристанище. В сущности — ничего особенного: каменные стены, семь локтей в длину и десять в ширину, покрытый замызганной плиткой холодный пол, отсутствие окон, одна кровать, маленький деревянный столик, широкое углубление у дальней стены, явно призванное быть туалетом. Вместо магических светильников здесь была "вечная" свеча, поставленная на рассохшуюся столешницу. Фитиль из толстой нити был свернут в спираль и помещен в глубокую чашку с жиром. Такой источник огня весьма сильно коптил и давал мало света, зато он исправно работал в изолированной от магии камере, в то время как "рунический фонарь", по причине отсутствия в воздухе энергии, попросту погас бы на третьей секунде своего существования.
Вимас втянул носом затхлый воздух, пожав плечами. В этом каменном мешке не было ни крупицы магии, что поставило бы в тупик любого мага. Однако Искатели были не обычными чародеями. Но сейчас еще не настало время действовать. А потому Вимас поступил так, как и хотел ранее — просто распластался на кровати, приготовившись вздремнуть. А уже спустя всего пару мгновений по камере распространился могучий храп.
Диани тоскливо смотрела в окно одного из нижних этажей замка, постоянно ощупывая свой медальон. Время от времени чародейка закусывала губу, попеременно теребя серебряные локоны волос. Солнце уже вновь клонилось к горизонту, предвещая теплый вечер и прохладную ночь. Массивные ворота замка были закрыты, решетка опущена. Серый Бастион готовился ко сну.
Чародейка вдруг впервые подумала о странном названии замка. Почему именно Серый Бастион? Ведь стены и внутренние постройки выложены из белого Келиского камня. Возможно, это имя идет со старых времен, когда на этом месте располагалась застава одного из древних кланов варваров, что впоследствии объединились и стали называться королевством Мерсин?
Отогнав от себя назойливую мысль, Диани снова закусила губу и решилась. Чародейка спустилась в одну из кухонь, набрала в поднос еды, поставила рядом кувшин с квасным напитком, с трудом подняла эти яства над столом, а затем осторожно, чтобы никто не увидел, вышла в коридор.
По пути чародейке все же встретилось несколько слуг и стражников, но они не обратили на нее ни малейшего внимания, попросту пройдя мимо. Но Диани облегченно вздохнула только тогда, когда свернула к широкой лестнице, ведущей к подземной тюрьме.
Не доходя до камеры Искателя три десятка локтей, Хлебушек остановилась и прислушалась. Возле массивной двери дежурили двое гвардейцев. По их лицам было понятно, что эта работа доставляла им мало удовольствия. Окружающая сырость и мрак любого довели бы до белого каления, а скука довершила бы начатое. Но солдаты стойко переносили эти тяготы, лишь изредка бормоча под нос тихие ругательства.
Осторожно поставив поднос с едой на каменную ступень, Первая чародейка шепнула заклинание, указав пальцем поочередно на каждого из гвардейцев. Бравые вояки тут же поникли, медленно съехав по стене на пол. Глаза их затуманились и закрылись, а громкий сап явственно намекал на то, что они сейчас путешествуют по царству сновидений.
Подняв яства, Диани спустилась по последнему проему лестницы, на секунду задержавшись возле усыпленных стражников. Оба находились в глубочайшей спячке, один даже весело подергивал ножкой, будто ему снилась крепкая заварушка в составе одной из наемных бригад Мерсина.