Страница 53 из 120
Скачка к столице была просто бешеной. По городу пронеслись с грохотом и криками. Возле дворца ярл гаркнул:
- Берковича ко мне!
Вскоре прибежал Беркович - тот самый малый с неприятным взглядом. Ярл ткнул пальцем в пленных. - Колдуны. Черные. В допросную.
В большой детской комнате обреталась Императорская чета, дети и Айне с придворным магом, да пара служанок. Айне как раз дремала на ковре у ног Императрицы, которая тоже беспокойно спала в кресле у детских кроваток. Сам Император бодрствовал и вскочил, как только через ощетинившуюся пиками стражу пробрался отряд.
- Что у вас? - задыхаясь, шепотом спросил ярл.
- Порядок. Час тому к Рубини влезли. Живыми взять не удалось. В остальном тихо. А как вы?
- Двое пленных уже в допросной. Остальное разнесли вдребезги.
- Заметили. Часа два назад немного потрясло. Обвалилось несколько старых зданий, но обошлось без жертв. Раненых немного, зато напуганные почти все.
Ярл достал из-за пазухи кожаный мешочек. - Береги это. Здесь жизнь твоей средненькой. В крайнем случае - сожги. Но только в самом крайнем случае. Срезанный ноготок. Сильнейшая порча. Снимать буду потом, на свежую голову.
Он повернулся. - Углук, иди спать. А вы, мэм, отдохните здесь.
В комнату ужом влез Беркович.
- Плохо дело. Первый оказался защищен так, что костоломы из допросной ничего не смогли выведать. Смеется только, подлец.
Он перевел дух.
- Другая оказалась Ночной Всадницей. Наемница, исполнительница. Ничего толком не знает. Единственно сообщила, что главный - стигийский жрец.
Император с ярлом переглянулись. Если бы жрецы из храмов Стигии видели глаза отца, они бы подавились от ужаса. Смерть, кровь и пепел увидели бы они в разгневанном взгляде.
Ярл вздохнул. - Вызовите леди Бру. Мне понадобится помощь в проведении обряда. Я сделаю зомби, переведу туда дух того жреца. А уж в новом теле, не защищенном заклинаниями, он расскажет мне все.
Через полквадранса в детскую вошла леди Бру. Узнав, в чем нужна ее помощь, наотрез воспротивилась потворствовать некроманту.
Император яростно сверкнул глазами. - Я вам приказываю!
Леди Бру гордо выпрямилась. - Я... я отказываюсь.
Ярл со вздохом повернулся к начальнику охраны. - Арестуйте эту женщину. Обвинение - неповиновение перед лицом Императора. Завтра она предстанет перед судом.
Он задумался. - Аэлирне, вы-то хоть мне поможете? Поверьте, я не вижу другого выхода.
Волшебница устало улыбнулась. - Я попытаюсь. Но мне будет трудно.
Ярл кивнул головой. Порылся в своей сумке, озабоченно поджимая губы.
- Беркович! Писаря со знанием стигийского - в допросную. Вы, я и госпожа Аэлирне. Самую надежную стражу у дверей. Остальных подальше.
В коридоре у дверей пытошной камеры ярл остановился. Достал из воздуха кувшин и три стакана.
- Держите. - с этими словами капнул в каждый стакан по капле из одного пузырька, по две из другого. Разбавил водой из кувшина.
- Беркович, писарь, выпить! Вы, мэм, тоже.
- А что это? - Аэлирне выпила приторно-вонючее зелье без колебаний.
- Приглушит восприятие, но не помешает выполнять обязанности. Хотя...
Он обернулся к стражнику, - Таз к двери. Наверняка кому-то будет плохо.
* * *
Пока некромант делал свое черное дело, писарь, Беркович и Аэлирне несколько раз выбегали в коридор, с трудом сдерживая позывы.
- Надо же, - ворчала бледная, но с пылающими щеками волшебница, сшивая куски плоти в месте, указанном ей. - Первый раз меня отхлестали по лицу, и я не ответила файрболлом.
- Он точно заговорит? Не зря мы хоть мучаемся? - Беркович уже дважды падал в обморок, но беспощадный ярл каждый раз подымал его.
- Что за помощники! Падают, как барышни при виде дракона. Заговорит, как миленький. Ты уж, Беркович, только успевай направлять разговор да задавай правильные вопросы.
Когда останки жреца накрыли холстиной, а наспех сделанный зомби зашевелился и попытался встать, Берковичу в третий раз сделалось дурно.
Волшебница взглянула на ярла. На его лице не было ничего, кроме усталости и удовлетворения от сделанной работы.
Никакие оковы не удержали бы зомби, но крепче железа держали его заклинания черного мага, и Аэлирне поддерживала эти заклинания. Маг же сотворял Заклятье Подчинения.
- Писарь, Беркович! Приступайте к работе, иначе я с вами сделаю еще похуже!
Недавно черноволосый, а сейчас изрядно поседевший писарь закатил глаза, но привычно приготовил свои принадлежности. Беркович поднялся отчасти сам, отчасти благодаря пинкам ярла, и приступил к допросу. Зомби и в самом деле охотно отвечал на все вопросы глухим безжизненным голосом.
- Я лишил его воли, чувств, желаний. Только память и подчинение, - в полголоса обьяснил ярл Аэлирне, отведя ее чуть в сторонку.
"Бедный, как же тяжело твое ремесло!"
"Мам, держись. Мне тоже очень несладко".
Они одновременно повернули голову к зомби.
- Гувернантка Никкэ? - тихо переспросил ярл.
- С дороги! - загремел уже из коридора голос Аэлирне, - Прочь с дороги, сучьи дети!!!
Стражники разлетались в стороны, как тряпичные куклы.
В детскую влетела волшебница в грязном синем плаще. Одна из нянюшек, увидев ее взгляд, мгновенно все поняла. Взвилась с места, выхватывая из рукава тонкий кинжал, покрытый желтоватым налетом.
Зазвенел лук Айне, и стрела вошла точно в сердце. Однако та, кто недавно была ласковой гувернанткой, лишь покачнулась. Она подскочила к детской кроватке и замахнулась.
Аэлирне через полкомнаты прыгнула кошкой, понимая, что не успеет сотворить заклинание. Медленно; замечая, как Императрица подняла голову со спинки кресла, как Айне вновь натягивает тетиву, как делает шаг Император, вытягивая меч; медленно пролетела и столкнулась с разъяренной фурией. Дальше время опять пошло быстро. Гувернантка оказалась невероятно сильна, и в пару мигов очутилась сверху. Аэлирне с трудом держала ее за руку с кинжалом, слыша, как совсем рядом захныкал ребенок. Еще одна стрела со свистом вонзилась меж ребер. И тут меч Императора с отвратительным хрустом развалил голову предательницы. Тело ее дрогнуло, и постепенно обмякло.
Аэлирне вскочила на ноги. Всю комнату заволокло серым холодным туманом, исходящим из крошечной ранки на ее предплечье. Откуда-то издали услышала голос дочери, - "Мам!". Успела еще удивиться, почему это все закружилось и понеслось вверх, и кому это сверху так надсадно кричит Император, - Ярла ко мне!