Страница 60 из 78
— ОНО?! — в голос, синхронно прям, воскликнули и Геннадий, и Толик, еще не успевший убежать. И оба недоверчиво.
— Фиг знает, мужики. Пока не открою, не скажу. Но… Б*я! Ящики с номерами нашей части. Я их узнаю и сейчас. Той, где я служил, а Коршун начальствовал, — пораженно выдохнул Ольшевский, чувствуя какой-то дурной внутренний подрыв и совсем необъяснимое дикое желание расхохотаться. — Давай, Толик. Гони за маслом. И, может, напряги Андрея выяснить, где мы тут, если что, резак раздобыть можем, если не сумеем петли смазать или не в них дело. Хотя, блин, не знаю. Короче, надо выяснить, кого на подмогу тут без шума позвать можем. Чтобы в тех ящиках ни было, нам надо до них добраться и осмотреть. А если там реально оружие, вывезти, и как можно скорее, — поделился с парнями своими мыслями-планами, уже вытащив телефон, чтобы набрать Олега.
Почему-то был уверен, что и Горбатенко еще не спит.
Смазки для петель ушло прилично. Ясное дело, не хватило того машинного масла, которое было у них. И началось такое движение, которое уже не так и просто было скрыть. Первым делом Санек, созвонившись с Олегом насчет людей, которым тут можно было доверять, чтобы подвезли инструменты и материалы, пошел договариваться с охранниками в корпусе больницы. Нормально объяснил, что им же на пользу внезапно оглохнуть и ослепнуть. А еще не выходить на территорию парка. Люди, видимо, зарплатой были не балованные, а потому без вопросов согласились. Да и их задачей было корпус охранять, что там и как в закутках зарослей — сторожей не заботило.
Решив это, Санек вернулся в убежище. Однако, не особо все же веря в честность людей, тем более купленную за деньги, оставил недалеко от корпуса Толика, чтобы присматривал.
Мелькнула забавная мысль в голове, пока ждал у входа приезда людей от Олега, что у него теперь здесь тоже есть к кому обратиться. Уже вон, тесть практически. Интересно, как тот отреагировал бы, если бы Санек позвонил и попросил подсобить? Но решил не подставлять прокурора. Да и им огласка не особо была нужна. А потом не до философии стало — приехали помощники от Олега. Два мужика, такое ощущение, что с какой-то автостанции, притащили двухлитровую канистру смазки, ломик и домкрат… Что-то значит, наши люди!
Собственно, предусмотрительно. Петли действительно заржавели. Они все потратили еще с час, чтобы это все смазать и нормально открыть. И около двух пополуночи Ольшевский все же вступил в это небольшое отдельное помещение в кладовке, чувствуя вовсе несвойственный себе внутренний трепет. Странное ощущение, будто в мавзолей какой-то или склеп зашел. И хоть знал, что Коршуновского не здесь убили, а чудится, словно Миха за спиной стоит и смотрит на него. Блин! Вот вроде и не суеверный, а мороз по затылку прошел. Обернулся, делая вид, что просто проверяет, где парни.
— Дайте ломик, что ли, — типа иронично хмыкнул, стряхнув это иррациональное восприятие.
Генка подал «инструмент», и Санек, сосредоточившись уже на ином, осторожно начал поддевать крышку ближайшего ящика, хоть по виду и так мог поспорить, что там автоматы. А все равно, открыв, не удержался, выматерился.
— Ну, *****! Сказал бы кто, никогда не поверил бы! — ошеломленно покачав головой, Ольшевский рассматривал смазанные, покрытые пропитанным влагозащитой материалом стволы, из-за которых они с Олегом когда-то едва не потеряли все. — Это же невероятно почти…
Парни рядом с ним также ошарашено молчали, пялясь на эти коробки. Наверное, и им было сложно представить, что такое количество оружия можно «потерять», а потом нежданно обнаружить спустя двадцать лет.
Ольшевский вытащил смартфон и сфотографировал, обещал же котене. Сбросил эти фотки Кате:
«Ты привела нас к кладу, малышка», поставил подмигивающий смайлик.
Для Горбатенко не нашел ничего лучше, как лаконично подписать фото «О**ренеть»… И получил в ответ такой же «содержательный» комментарий, видно, Горбатенко сидел и ждал новостей.
«Вывозите. Сразу грузитесь и дуйте сюда, в Киев. Думать будем потом», — распорядился Олег, и в сообщениях чувствовалось его повеление и шок при этом.
« Здорово! :-)», — с кучей восторженных смайлов отозвалась Катюша, которой тоже не спалось. «Когда ты вернешься?», — тут же добавила его котена.
И так приятно, горячо в груди стало, что, даже на фоне таких новостей и открытий, она просто его скорее увидеть хочет.
«Сейчас загрузим и сразу выедем. До обеда вернусь», — пообещал Санек. Спрятал смартфон и посмотрел на свою команду.
— Ну что, кладоискатели, грузимся, — чувствуя не особо уместное веселье и какой-то подъем, хоть ни фига не понятно, что с этими стволами делать-то теперь и пригодны ли они, Александр взмахом руки обвел ящики. — И побыстрее!
Конечно, он погорячился, пообещав Кате быть до обеда. Это стало понятно, когда они загрузили все и расплатились с помощниками, еще и подогнавшими им машину с нормальным водилой. Выехали только в четыре утра. Очень надеясь, что Катя все же легла, Саша написал ей последнюю информацию, очертив, что прибудет уже ближе часам к четырем вечера, вероятно. Еще и к Горбатенко надо же с этим всем богатством заехать, разгрузиться, спрятать.
«Ок, я тогда схожу на занятие музыкальное. И там еще курсы по распеву начинаются, не мое совсем, но голос хочу немного проработать. Как раз подряд можно попасть», — тут же отозвалась ни фига не спящая Катерина.
«Ты хоть выспись для начала, котена!» — велел Сенек, немного даже рассердившись, но, в целом, не злобно. «Тебе уровень стресса надо снижать, а не просиживать ночи напролет над телефоном», — напомнил так, непаливно.
«Больше не буду. Сейчас лягу», — отозвалась Катя со смайликами. «Люблю тебя»
«И я тебя, малышка», — написал в ответ Санек, помня о том, как для нее важно все время это слышать… ну, или читать. По крайней мере, пока.
И пялился с широкой дурацкой улыбкой в темное окно авто еще часа два точно, но никто, ясное дело, ему ничего не говорил. Да и ехали они какими-то тропами, ей-богу. Видно, чтоб на патруль не нарваться, если что, потому не до разговоров, трясло так, что как бы зубы до дома довезти.Вот особо и не болтал никто в дороге.
— Твою ж налево! Я не верил до конца, даже когда ты фото скинул! — Горбатенко покачал головой и растер затылок, явно разминая уставшие мышцы.
Спать сегодня им обоим не довелось, и это сказывалось, не юнцы уже.
— Я до сих пор не верю, — понимающе хмыкнул Ольшевский, вместе с Олегом наблюдая, как парни заносят ящики на склад, у которого их, само собой, «не было» сейчас. — Это нечто настолько запредельное для меня, что я еще перевариваю нашу находку.
— Да уж, — Олег тоже следил за тем, как освобождали машину. — Это реально в голове уложить нужно.
— Что мы с этим богатством теперь делать будем, лучше скажи? — полюбопытствовал Санек, глянув на часы. — А то меня Катюша ждет, я бы уже домой двинул.
— Для начала проверим, рабочее ли оно, — понимающе усмехнулся Горбатенко. — Если да… Елки-палки! Не знаю, кому нужно такое оружие сейчас. Устарело, как ни крути. Но можно поговорить и продать тем, кто работает на иностранные каналы. Сам знаешь, есть страны, где такие автоматы будут с руками и ногами отхватывать. Нам уже таким неинтересно и не по чину промышлять, но вполне прилично можно заработать, перепродав посредникам.
— Лады. Я не против. Проверяй, — улыбнулся Санек, хлопнув Олега по плечу. — А я домой. Марии привет передавай.
— Давай. Спасибо, и ты Катерине, — подмигнул Горбатенко, показывая, что Санек и правда может ехать.
И Ольшевский со спокойной душой и совестью пошел к машине, на которой за ним уже сюда приехал Кирилл. У Кати сейчас должно было быть то самое занятие по распеву, что ли. Они созванивались два часа назад, он пил кофе, купленный на заправке одним из парней, она дома пила из кофе-машины. Этакий «совместный» завтрак по телефону.
—Лучше бы секс, — пошутил Санек, когда Катя это заметила.