Страница 5 из 5
Внешне вездеход выглядел как наша земная техника времен конца девятнадцатого и начала двадцатого веков. Те же грубые жесткие очертания без малейших попыток сгладить углы. Зато прочность и тяжесть зашкаливают. Я не инженер, но с почти полной уверенностью могу предположить, что вездеход конструировали те же, кто занимался созданием невероятно надежных тюремных крестов. По сути это пустотелый стальной слиток. Крылья ему обрубили почти под корень, для чего-то оставив их зачатки. Мощное тупое рыло украшено сегментной полосой выпирающего стеклянного кокпита. Чтобы харя не зарывалась в сугробы и торосы, машина поставлена на высокие широкие гусеницы. Само строение траков какое-то странное… я не могу понять в чем разница – я не техник-спец. Ясно лишь, что принцип тот же что и у нас, а вот сами траки и катки выглядят чуть иначе. Гусеницы ничем не прикрыты, так что если на вездеход и можно вскочить во время его движения, то только сзади. А там имелся широкий откидывающийся люк – почти во всю заднюю стену. Тоже удобно. И тоже не ново. К заднице вездехода никаких вопросов не возникло – а вот к рылу были и еще какие. Впрочем, стоило мне вспомнить ничуть не обтекаемую морду своего тюремного креста, и я отбросил все вопросы. Тут над обтекаемостью и аэродинамичностью, похоже, не особо заморачивались. Но летающим утюгам они и не требовались – они особо не маневрировали и не ускорялись. Вот и вездеход выглядит обычным куском металла на гусеницах. И в целом это логично – не такие уж здесь большие расстояния. А в те времена, когда здесь все только начиналось, уверен, что снега и льда было куда меньше, а местность была ровнее.
Допив кофе, я прекратил наматывать круги вокруг машины и забрался внутрь – через боковую широкую дверь, что вела в салон. Третий и последний выход я заметил не сразу – он был расположен в полу. Зато открывался он просто – требовалось лишь отжать на себя по скобе с двух сторон, и стальная плита легко поднималась на шарнирах, открывая доступ к пространству между гусениц.
В самом салоне не было ничего кроме пары приваренных к стенам широких стальных лавок. В кабине управления имелось три кресла. Причем центральное предназначалось для водителя, а два боковых явно отводились для пассажиров или наблюдателей, что в принципе равнозначно. Я так решил по причине отсутствия перед боковыми креслами каких-либо приборов или органов управления. Зато там имелось по небольшому квадратному столику, что идеально подходил для произведения записей. Ну или кофе поставить можно – имелись соответствующие отверстия. Перед центральным креслом – с подлокотниками – два рычага и две педали. Это, не считая еще нескольких кнопок и рычагов на консоли управления. Еще имеются два явно не сенсорных мерцающих экрана, на которых не было изображено ровным счетом ничего – просто желтое ровное свечение. С этим придется разобраться позже – если машина вообще на ходу. Ведь гараж пуст – не считая этого вездехода, все прочие машины исчезли.
За время изучения машины я отыскал несколько отсеков, что явно были предназначены для хранения различных предметов. Всего таких «нычек» обнаружилось пять – все внутри салона. Самые большие расположены в полу, те, что поменьше, под столиками по сторонам консоли и в подлокотниках водительского кресла. Четыре отсека пустовали – там даже пыли не было. А в том, что под моим левым подлокотником, отыскалась прямоугольная деревянная – деревянная! – коробка украшенная инкрустацией из цельного красного круга. Коробка деревянная, круг из како-то минерала – но это навскидку. Но точно не пластик. Простенький откидной запор, а внутри различные коробочки и прозрачные колбочки. Были и почти знакомые на вид блистеры из блестящей фольги. Много поясняющего и явно сложного текста на непонятном мне языке. Аптечка. Тут и думать нечего – штатная аптечка вездехода.
Чуть позднее отыскались еще три отсека – они были снаружи. Два из них скрывались в тех самых обрубках крыла и были самыми большими. Еще один находился на крыше вездехода и представлял собой неглубокий, но широкий отсек, что прикрывался крышкой с тремя запорами. Верхний отсек хранил в себе непонятные запчасти – это я понял сразу. «Крылатые» отсеки несли в себе груз штатного инструментария и запчастей. Все было так аккуратно размещено, что еще оставалось достаточно пространства для дополнительного груза. Опять же машина выглядела такой мощной и крепкой, что вполне могла взять негабаритный груз прямо на крышу – там имелись проушины для крепления троса.
Почувствовав приближение очередного приступа, я забрался в машину и расположился на водительском кресле. Торопливо дернул за синий рычаг и приготовился к худшему – опять провалюсь в бессознанку. Взгляд невольно упал на «чужую» аптечку – там наверняка есть средства помощнее моего парацетамола и аспирина. Но я не в настолько отчаянном положении, чтобы прибегать к столь… крайнему средству.
Обошлось. Накатила ватная слабость, попер пот, но вскоре приступ прошел и я почувствовал облегчение. И радость – ведь я остался в сознании и симптомы были выражены гораздо слабее. Хотя все равно страшновато – нельзя забывать, где я нахожусь и что полагаться могу только на себя.
Окончательно придя в себя, вернулся к делам и первая же посетившая моя мысль была крайне корыстной – отсюда надо вынести как можно больше всего. Не факт, что однажды я сумею сюда вернуться. Поэтому надо тащить то, что поддается, а что не поддается – отвинчивать, отрывать и опять же тащить. Оборудование в приоритете. И ведь я даже дернулся к выходу из салона, но… остановился и тихо рассмеялся.
Наивный, наивный жадный Охотник.
Оборудование? Тащить и тащить?
А на чем? Пока что из гарантированного у меня есть только нарты и собственные ноги.
Вездеход?
Конец ознакомительного фрагмента. Полная версия книги есть на сайте ЛитРес.