Страница 34 из 80
***
Когда они закончили завтракать, и Джагхед позвонил одному из своих бывших членов банды за дополнительной информацией, а затем вызвал такси в ближайший госпиталь.
Удобно рассевшись на задних сидениях старенького седана, Джагхед максимально близко прильнул к девушке, рассматривая пейзажи в окне, сменяющиеся точно кадры в старинном кино.
— Все будет хорошо, Джагги, — тихо прошептала Купер, мягко обхватывая его руку, обволакивая ее своим теплом, успокаивая. Однако в его изумрудных глазах без труда можно было прочесть нагнетающую тревогу, что не давала ему спокойно усидеть на месте, потому он молчаливо опустил свою голову на ее покатое плечо, как бы пытаясь перенять у нее спокойствие.
— Я не разговаривал с ним уже три года, — спокойно признался ЭфПи III, — В последний раз, когда мы говорили, я отказался от членства с «Змеях», а он, не сумев совладать со своими эмоциями, просто ответил, что я отныне мертв для него.
— О, Джагги, — у блондинки тоже были колоссальные проблемы с семьей, но они еще не достигли до такой точки апогея. Эти родители, которые, как предполагалось, должны были быть их самыми большими болельщиками, причиняли им боль ради собственной выгоды.
Она коснулась его щеки, мягко притянула к себе и поцеловала.
— Я буду рядом с тобой, обещаю.
Серьезное выражение лица Джага заставляло ее сердце пропустить не один удар. Сейчас не было никакого намека на ухмылку, непристойный флирт с его стороны. Неужели этот парень действительно может так сильно переживать какие-либо проблемы? Значит, и с ней он не играет, а просто напросто дурачиться.
Его смуглая рука удобно обвила ее тельце сзади, и Бетти прижалась к нему еще пуще, делая вывод, насколько же идеальны они друг для друга.
Почти так, будто бы были половинками чего-то одного целого.
***
Они прибыли в больницу, в которой находился его отец, и, узнав номер палаты, молча подошли к лифту. Брюнет нервно прижался к руке девушки, и она в ответ успокаивающе погладила его по плечу, чтобы хоть как-то постараться подбодрить перед предстоящей встречей.
Двери лифта медленно распахнулись перед ними, открывая обзор на просторные, белые коридоры больницы, где практически не было народа. Только лишь изнуренные ночными сменами медсестры, не находящие себе места, бегали от одного больного к другому.
— Знаешь, я не разговаривал с ним уже три года, после того, как он не смог принять моего решения, — с придохом сказал Джаг, понимая, что его сердце выбивает сумасшедший ритм. Господи, как же сильно он волновался. — Интересно, что привело его сюда?
— Не стоит придумывать что-то заранее, — быстро ответила блондинка, заставляя своего собеседника взглянуть прямо в ее бездонные глаза. — Просто глубоко вдохни и выдохни, а затем мы войдем вместе.
— Ладно, — согласился он и нерешительно открыл дверь в солнечную палату своего отца.
Человек, лежащий в больничной койке, удивленно посмотрел на них, когда они вошли, и если бы она не знала, кто он, Бетти с полной уверенностью сказала бы, что он никак не связан с ее соседом по квартире.
Этот мужчина средних лет выглядел довольно неплохо для своего возраста.
Он пристально смотрел на своего сына, а затем и на девушку, которая от такого внезапного внимания слегка сжалась и инстинктивно приблизилась к Джагу, что вызвало еще больше любопытства.
— Здравствуй, сын, — проговорил мужчина низким голосом, однако его грубое лицо не выражало практически никаких эмоций.
— Эй, папа, — ответил на пресное приветствие ЭфПи III, приближаясь к кровати с Бетти. Она осталась рядом с ним, крепко держась за руку.
Джагхед почувствовал себя еще более неуверенно, чем минутой ранее, ведь его собственный родственник не то, чтобы не был рад видеть его, так и вовсе, будто бы не удивился столь неожиданному приходу.
— Свит Пи и Фэнгс уже донесли мне о том, что ты оказался тут… Ты не просил их?
— О, нет, я этого не делал, — честно признался пожилой человек. — Я был уверен, что ты в любом случае не придешь.
— Так что произошло?
— Старею, я думаю, у меня был сердечный приступ.
— Ты не стар, — вздохнул Джагхед. — Ты все еще пьешь? Не принимаешь наркотики?
— Господи, мы можем обойтись без изнурительных допросов на этот раз?! — его отец засмеялся, затем вздрогнул и раскашлялся. Он внезапно показался таким старым и измученным, и Джаг грустно опустил свой взор в пол, чувствуя прилив накатившей грусти. Раньше ему казалось, что его старик практически бессмертен и способен покорить весь мир.
— Это твоя девушка? — с любопытством спросил ЭфПи II.
— Она моя… мы просто… — брюнет впервые услышал подобный вопрос и не понимал, как ему действовать и что отвечать.
— Это сложно, — тихо дополнила Бетти, нежно сжав его холодную ладонь, и парень удивленно уставился на нее. Она сказала, что все «сложно», даже не то, что они друзья или же хотя бы соседи по квартире. Обида пронзила его, и ему стало практически невыносимо находиться в этом душном помещении, где даже стены давили на него.
— Ну, чем сложнее, тем интереснее, — с легкой ухмылкой произнес отец Джага, подмигивая.
— Хорошо, мы здесь не для того, чтобы говорить обо мне, — грубо отрезал Джонс-младший, потому что ему ужасно не нравилось, когда кто-то пытался смутить его. А какой же уязвленной себя сейчас чувствовала девушка.
— Да почему бы и нет? Я хочу вести беседу хоть о чем, так как мне тут рассказывают лишь о вероятных болезнях сердца. Чертов образ жизни, мать его!
— Просто не думал, что я вызову какой-то интерес с твоей стороны, ведь в прошлый раз, ты…
— Сказал, что ты мертв для меня, — тихо закончил ЭфПи II, и Джагхед не увидел никак желаемых изменений в мимике своего отца.
— Джагги, — вмешалась в разговор блондинка, видя, как руки Форсайта непроизвольно сжались в кулаки. — Может принести кофе? — она решила, что этим двум упрямцам стоит остаться наедине, возможно, именно так им удастся разрешить свои разногласия. — Меня зовут Бетти. Я скоро вернусь, — продолжила Купер, прежде чем покинуть палату, не дожидаясь согласия от всех участников напряженного разговора.
— Мне кажется, она прекрасна.
— Просто остановись! — огрызнулся Джаг, вставая на оборонительную позицию. Он привык действовать импульсивно. — Прекрати вести себя так, будто тебя это волнует, — отец лишь вздохнул и на мгновение плотно закрыл глаза.
— Почему ты здесь, Джагхед? — спросил он.
— А как ты думаешь? Мне донесли, что у моего отца случился сердечный приступ, и я подумал, что будет правильным навестить тебя.
— Значит, не потому, что ты действительно хочешь быть здесь?
— Зачем мне хотеть быть здесь? — язвительно поинтересовался Джонс-младший, нервно потирая свои ладони об брюки. — Ты, черт побери, отрекся от меня, потому что я не захотел тонуть вместе с тобой в этом безграничном море разврата, наркотиков и крови.
— Знаю и мне очень жаль…
— Подожди, что?!
— Мне жаль, Джагхед, — снова произнес Форсайт, и его нижняя губа слегка вздрогнула. За всю свою сознательную жизнь брюнет ни разу не видел, чтобы его родитель о чем-то сожалел или же показывал на всеобщее обозрение свою уязвимость. — Честно говоря, за последний год довольно много произошло, поэтому я решил наладить отношения со своим сыном. Когда у меня был сердечный приступ, то первая мысль, что посетила меня — мой близкий человек ненавидит меня всем сердцем. А ведь так могло бы и продолжаться дальше, не оказался бы я здесь. Прости меня, Джаг, это все моя чертова гордость не давала мне под правильным углом посмотреть на сложившуюся между нами ситуацию, — парень отрезвляюще моргнул, подумав, что все это лишь сон или же хорошо поставленный спектакль.
— Ты же даже не собирался говорить мне, что был госпитализирован.
— Я сказал, что не отправлял за тобой Свит Пи и Фэнгса, а также, что не ожидал увидеть тебя здесь, однако не было ни слова том, что я хотел немного оправиться и самостоятельно пригласить тебя на разговор, — ответил пожилой мужчина, и ЭфПи III снял свою шапку-корону и сел на край кушетки. — Господи, парень, мне действительно стыдно за нашу последнюю встречу, просто поверь, что без тебя я чувствовал себя опустошенным, брошенным, как тогда, когда ушла твоя мать.