Страница 91 из 157
— Что-то ты задержался, — сказал адмирал, явно пребывая в дурном настроении после стычки с Ахарией. Началась она как беззаботная перепалка, но очень быстро превратилась в обмен злобными личными выпадами. — Чего хотел от тебя этот здоровенный олух?
— Сэр… — произнес Кулик, добавив в голос именно столько укоризны, чтобы единственное слово заменило любые упреки; такому трюку он научился у Шаффенбека.
Прайс резко взглянул на него, скривив рот от недовольства тоном капитана.
— Капитан Брусех, — продолжил Рафаль, — достойный офицер, и нам повезло, что он сдерживает выходки адмирала Ахарии.
— Полагаю, ты прав, — с некоторым раздражением отозвался Доминий. — Так или иначе, о чем вы там сговаривались?
Следуя за Прайсом по коридору, Кулик почти дословно воспроизвел беседу с Брусехом. Офицеры вошли на взлетную палубу, где по обеим сторонам посадочной полосы стояли плотными рядами катера, челноки и лихтеры с десятка звездолетов. Транспорт Доминия, в соответствии с его чином, находился ближе всех.
— Полетим на катере с «Колосса», мой лихтер пусть возвращается на «Неустанный», — заявил Прайс, переваривая новости от флаг-капитана.
Летный экипаж, возившийся с челноком адмирала, отступил в полумрак за объемистый корпус судна.
Офицеры молча направились к транспорту Рафаля, который разместили чуть дальше от взлетной полосы, чем полагалось Кулику по званию. Как и в случае с причалами, Крзиил Ахария открыто выказывал свое пренебрежение.
— Мы не полетим в Санктус, конечно же, — сказал Доминий, подойдя к челноку с «Колосса».
Экипаж под присмотром одного из младших лейтенантов, Кабриота, подкатил трап. Забираясь вслед за адмиралом в катер, Рафаль молчал, поскольку не хотел обсуждать вопрос при нижних чинах.
— Думаю, так поступать неразумно, — произнес Кулик, когда дверь в капитанскую каюту закрылась. Теперь он, Прайс и Шаффенбек могли говорить без свидетелей. — Именно этого и хочет от нас Ахария. Если вы не окажете ему поддержку, а прорыв блокады провалится, Крзиил обвинит в неудаче вас.
— Но, если я отправлюсь туда, мы наверняка победим, и все почести достанутся этому самодовольному ублюдку, — возразил Доминий. — Он принял решение, так пусть сам за него и расплачивается.
— А люди, служащие под его началом? Они ведь не принимали решений.
— Они понимали риск, когда шли в Космофлот, — быстро ответил Прайс. — Нам не дано выбирать врагов или место, где придется сложить голову.
Кулик, потрясенный таким заявлением, начал обдумывать ответ. Адмирал, видимо, заметил что-то в выражении его лица.
— В чем дело? Ты будто узнал, что у твоей излюбленной портовой шлюхи сифилис.
— Простите за прямоту, адмирал, но это на вас не похоже. Таких высказываний ждешь от людей вроде Ахарии. Я всегда считал вас командиром, который не разбрасывается людьми. Из-за вражды с Крзиилом вы меняетесь, сами того не замечая. Если мы позволим ему атаковать только с флотом ядра, жертв будет больше. Большая часть кораблей не вернется, и вы знаете, что это так.
Доминий некоторое время сидел молча и смотрел в пол. Заговорил он тихо, с той же скромностью, благодаря которой заслужил уважение Кулика десять лет назад, при их первой встрече.
— Извини, Рафаль. — Посмотрев офицеру прямо в глаза, он перевел взгляд на Саула. — У тебя не капитан, а настоящий резонер, верно? Порой он смотрит прямо в корень.
— Он учился у меня, адмирал, — совершенно серьезно ответил первый помощник.
— Некоторые наши корабли еще пополняют запасы, а «Завоеватель» и «Гнев небес» проходят ремонт в доке, — сказал Кулик. — Потребуется пять дней, чтобы подготовить Краевую армаду, не говоря уже о других соединениях флота. Если Ахария собирается начать переход завтра, нам придется поднажать, чтобы догнать его.
— Да, но не могу же я отправлять звездолеты мелкими группками. — Прайс сложил руки на груди, закрыл глаза и откинулся на спинку кресла. — Разделим флот на два эшелона. Все корабли, готовые на данный момент, кроме «Колосса», передадим в подчинение Ахарии, и пусть отбывают немедленно. Мы поведем отставших во второй волне.
— Вы отдадите свои космолеты под командование Ахарии? Но разве не этого он хочет? — спросил Саул.
— Вы же понимаете, что он поставит их в авангард и бросит на орков, а свои корабли придержит позади, — добавил Кулик.
— Под временное командование, господа, — сказал Прайс, открыв глаза. — Но хорошо подмечено, Рафаль. Я прикажу отправляться через двое суток, так флотилия Крзиила неизбежно окажется впереди.
— Вас не беспокоит, что Ахария вынудил нас к таким действиям? — спросил флаг-капитан. — Мне начинает казаться, что Брусех меня использовал. Возможно, Крзиил счел, что унизит себя, лично попросив вас о помощи в атаке на Порт-Санктус. Наверное, он рассчитал, что вы по доброте душевной последуете за ним в битву и при этом будете выглядеть как подчиненный, а не как равный ему.
— Согласен с каждым твоим словом, — ответил Прайс, вытаскивая что-то из кармана кителя. Кулик увидел серебряную флягу с выгравированной эмблемой «Наилучшей винокурни Неошотландии». Рассмеявшись, адмирал подмигнул ему. — Удалось стянуть у одного из стюардов. Скромная компенсация, но сгодится.
Отхлебнув виски, Доминий торжественно поднял флягу.
— Насладимся плодами интриг! — произнес он с ухмылкой.
Рафаль принял сосуд и тоже рассмеялся, но внутренне остался серьезен. Из-за адмиральских интриг скоро погибнет множество людей. Кулик надеялся, что их жертва не будет напрасной.
Глава 6
Неструм — точка Мандевиля
— Невозможно возложить на кого-либо вину за твои потери на Ардамантуа. — Подхватив клешней регицидную фигуру, Лаврентий переместил руку-кран над доской и с громким щелчком опустил добычу на новое место. — Чтобы предсказать стремительную эволюцию орочьих технологий и стратегий, потребовались бы почти безумные допущения при экстраполяции.
— Только помешанный мог бы догадаться, что произойдет на Ардамантуа? — перевел Курланд, изучая игровую доску.
После перехода к Неструму, занявшего шестнадцать суток, «Субсервий» ждал встречи с другим кораблем. «Ахилл» должен был вскоре появиться, чтобы забрать космодесантника на Терру. Коротая дни в медотсеке, Резня сыграл с Фаэтоном тридцать восемь партий в регицид и проиграл каждую. Во время последних техножрец уже предлагал отключить свои вспомогательные процессоры, но Имперский Кулак не нуждался в таких послаблениях. Триумф над противником, который не стремится к победе всеми силами, — вообще не триумф. Хмыкнув, второй капитан передвинул фигуру.
— Вполне исчерпывающее резюме. — Лаврентий занес клешню над доской, лязгая хваткими пальцами. — Мы могли бы прийти к последующему выводу, полагаясь лишь на собственные наблюдения, но информация, напрямую полученная другими кораблями Адептус Механикус, всецело подтверждает его. Итак, орки поднялись на совершенно новую ступень технологического и общественного развития.
— У зеленокожих всегда имелось ненадежное, но разрушительное оружие — проекторы поля, энергетические излучатели и так далее. В чем необычность штурмовой луны? Просто кто-то из их технобезумцев набрел на способ управления гравитацией.
— Если бы мы столкнулись с одной-двумя подобными боевыми станциями, я бы согласился, — произнес Фаэтон и поставил фигуру на позицию для убийства правителя. Курланд нахмурился и еще внимательнее осмотрел поле. — Судя по широкому распространению данных технологий и развертыванию штурмовых лун согласно заранее разработанному плану, пусть и не в абсолютно эффективной и скоординированной манере, взаимодействие чужаков находится на очень высоком уровне.
— Орки обрели разум?
— Орки всегда были разумными, капитан, — сказал Лаврентий. Модуляторы искусственного голоса не вполне удачно передали его неодобрение. — Также они были многочисленными и целеустремленными, но руководители наших с тобой организаций, как теперь очевидно, в последние столетия игнорировали этот факт.