Страница 49 из 157
Сержант Хок шел по стене звездного форта. В инфракрасном спектре пробоины и следы ударов на броне ветерана, оставшиеся после разведывательной вылазки, выделялись особенно четко. Воин двигался от одного космодесантника к другому, каждому выражая одобрение или высказывая замечания касательно занятых ими позиций, состояния оружия и выправки. С почти отеческой любовью и бранью сержант раздавал своим бойцам подзатыльники и тыкал в темноту заключенными в керамит пальцами.
По воксу Тейн слушал, как технодесантники читают литании, заклиная духи машины пробудиться ради войны и разить врага без осечки. Наконец первый капитан Гартас дал приказ открыть огонь. Зубчатые блоки, горгульи и статуи, в которых скрывались мегаболтеры и многоствольные бластеры, разразились оглушительным грохотом пальбы. Вспышки огня окрасили ложные цвета брони сержанта Хока и остальных десантников Второй роты в оттенки красного. Сквозь линзы тепловизора казалось, что стволы их орудий пылают ярким пламенем божественного гнева.
Капитан Тейн окинул взглядом черные дюны. Багряные силуэты, угловатые и несуразные, постепенно формировали сплошную стену, надвигающуюся на их позиции. Мускулистые великаны украсили броню шипами и зубцами, а очертания грубо высверленных стволов, чудовищных тесаков и механических клешней предвещали жестокую бойню. Тейн с радостью ощутил, как весь его организм вибрирует в такт орудийным залпам крепости, и с немалым удовольствием проследил за тем, как очередь из мегаболтера врезалась в ряды наступающих врагов, разрывая чудовищ на куски горячей плоти и превращая первые шеренги в кровавый туман. Чудовища гибли, по мере того как залпы автоматических пушек вгрызались все глубже и глубже в их ряды.
А затем капитан почувствовал, что пушки одна за другой начинают замолкать, вхолостую щелкая опустевшими обоймами. Почти сразу началась процедура перезарядки. Но за несколько секунд тишины, пока эхо выстрелов все еще разносилось над пустыней, Тейн успел разглядеть, как восстанавливается строй ксеносов. Прорехи в рядах авангарда быстро затягивались, звери чуть ли не дрались друг с другом за право бежать впереди всей орды. Они топтали ногами искалеченные останки павших сородичей и ревели — радостно и издевательски. Спустя всего несколько секунд не осталось никаких следов орудийного залпа.
— Ну разве не замечательно? — заметил Реох.
— Ты это видишь? — Максимус Тейн открыл канал связи с тактическим ораторием.
— Вижу, — мрачно ответил первый капитан Гартас. Тейн услышал, как он обращается к одному из своих офицеров: — Запускайте корабли.
Как только мегаболтеры и бластеры снова принялись за не приносящее никаких результатов выполнение заложенных в них протоколов обороны, датчики силовой брони Тейна зафиксировали тепловой выброс от реактивных двигателей: «Громовые ястребы» и «Грозовые орлы» вырвались из распахнувшихся за спинами космодесантников пусковых шахт. Когда корабли с яростным воем пролетели над головами защитников стены, знамя в руках брата Аквино затрепетало и забилось в поднятом ими воздушном потоке. Тейн наблюдал за тем, как эскадрильи Кулаков Образцовых, отливая оттенками ярко-голубого на фоне иссиня-черных небес Эйдолики, заходят на врага для атаки. Их тройные двигатели пылали белым, словно звезды, и оставляли за собой светящийся в инфракрасном спектре след выхлопа.
Корабли сменили построение: загруженные бомбами «Громовые ястребы» поднялись вверх, а «Грозовые орлы» перешли на бреющий полет, готовясь к атаке. Этот танец был встречен радостной пальбой со стороны дикарей. Они не могли видеть эскадрильи, но вполне хорошо их слышали. Выпуская в небо снаряды из своих грубых пушек, орки яростно рычали в сторону источника рева.
Заходящие на атаку «Грозовые орлы» ответили им залпами носовых мультимелт и лазерных турелей на крыльях, испарив тысячи монстров. Как только штурмовики, качнув крыльями, разлетелись в стороны, «Громовые ястребы» сбросили свой смертоносный груз — зажигательны бомбы. Ночь на пустынной планете отступила перед яркими вспышками взрывов, превративших орды жутких ксеносов в горы трупов.
И хотя в эпицентре даже самые громадные из их представителей превратились в пар, многие сотни врагов просто вспыхнули, словно спички. Эффект усилился за счет прометия, разлившегося повсюду из разрушенных колодцев. Вскоре черные пески стали сплошным костром, настолько ярким, что в его языках тяжело было разглядеть силуэты орков.
Переключившись обратно на обычный спектр, Максимус Тейн увидел полночно-черные дюны, возвышающиеся в океане пожарища. Подобный тактический прием мог переломить ход битвы с практически любым соперником. Очень немногие виды в Галактике имели способность успешно противостоять экстремальным изменениям температуры. Большая часть известных органических форм жизни сгорела бы в пламени битвы, и, по идее, орки тоже должны были входить в этот список. Однако, глядя на то, как захватчики продолжают бежать к стенам, освещенные огненными языками, змеящимися по пластинам их грубой брони и по грубой коже, Тейн решил, что они, вероятно, все же стоят особняком от других.
Помимо размера, зеленокожие мало чем отличались от других видов диких племенных варваров, с которыми доводилось сражаться капитану. Возможно, все дело именно в габаритах, подумалось Тейну. Не исключено, что данный вид — громадные мускулистые чудовища с толстой кожей и крепкими костями — не нуждался в сложной нервной системе и мозге, способном осознать агонизирующую боль, которую испытывало сжигаемое заживо тело.
Пробежав сквозь пламя, враги продолжили атаку. Страх не сковал их движения. На клыкастых мордах не было видно ни следа паники. Концепция смерти не воспринималась примитивным разумом этих созданий. Они шли толпой на штурм «Альказар Астры». Над пустыней разносились рев огня и вопли зеленокожих. Космическая крепость отвечала стрекотом многоствольных бластеров. Среди безудержного хаоса битвы, возле изогнувшихся при падении шпилей крепости-монастыря, высоко над кольцом пламени в море зеленой плоти второй капитан Максимус Тейн и его Кулаки Образцовые стояли молча, неподвижно и спокойно, точь-в-точь как декоративные горгульи над их головами. Однако статуи не смогут помочь в сегодняшней обороне против зла, атаковавшего «Альказар Астру».
— Ты изучал физиологию ксеносов. Советы будут? — спросил Тейн старого друга. — Я открываю общий канал.
Апотекарий склонил набок голову в белом шлеме.
— Если надо, — ответил он, явно не испытывая восторга от выполнения этой своей обязанности.
— Вторая рота! — объявил Тейн по открытому каналу. — Всем прослушать рекомендации апотекария!
— В среднем, — начал Реох, — эти враги выглядят больше, чем те дикари из их вида, которых мы уничтожили на Мире Борка. И орки на Конраксе смотрелись сущими детьми по сравнению с теми, что противостоят нам сейчас.
— И?.. — спросил капитан, чувствуя, что желание Реоха продолжать речь тает с каждой секундой.
— Они смогут довольно эффективно сопротивляться повреждениям, которые наше оружие способно нанести, — предупредил апотекарий, — однако я сомневаюсь, что увеличенная толщина черепа позволит костям остановить благословленный полет болта.
— То есть выстрелы в голову становятся приоритетными на сегодняшний день, — кивнул Тейн.
— И ночь, — задумчиво пробормотал апотекарий, глядя в далекое небо.
— А в ближнем бою? — надавил капитан.
— Эти крупные гуманоиды имеют слабые места у горла и в районе живота, — сообщил Второй роте Реох, — но не пытайтесь атаковать их бедра. Лучше обратить внимание на то, что ниже колена. После потери нижних конечностей и падения на песок особи предложат вам куда больше возможностей их уничтожить. Это все, что у меня есть.
Апотекарий отключился.
Тейн посмотрел на Реоха, но лицевая пластина шлема скрыла выражение его лица. Капитан отключил канал. Апотекарий также развернулся к другу.
— Это твои люди, — заявил Реох, глядя своими оптическими имплантатами куда-то за спину товарищу, сквозь сержанта Хока и выстроенную им линию обороны, туда, где по черному песку на них катилась зеленая волна, почему-то заставляющая подумать об орде яростно щелкающих автоматических молотилок с сельскохозяйственных миров. — Поговори с ними… пока можешь.