Страница 36 из 70
Понять его логику было нетрудно, особенно с точки зрения "живой гниды". Но от самого главного он увильнул.
- И все же, Джок, как же ты мог поступить так с маленькой девочкой?
- Да я же тебе битый час объясняю, что выхода не было.
- Нет, был. При всем том, что отказаться, когда он приказывает, просто невозможно, у тебя ведь была возможность бежать.
- Куда?
- Он же тебя послал за ней в Лунный город, ты сам говорил. И у тебя ведь был неиспользованный обратный билет на Землю - я знаю правила. Тебе всего-то было нужно затаиться и с первым же кораблем махнуть на Землю, а не заниматься его грязными делами.
- Но...
Я перебил его:
- Допускаю, что ты не мог укрыться в лунной пустыне, допускаю, что не чувствовал бы себя в безопасности даже на станции Томба. Но у тебя был шанс удрать, когда он послал тебя в Лунный город. Ты должен был воспользоваться им, а не заманивать маленькую девочку в лапы пучеглазого чудовища.
Он выглядел обескураженно, но ответил живо:
- Ты нравиться мне. Кип! Ты хороший парень. Но не умный. Без понятия ты.
- Нет, почему же, я все понимаю.
- Нет, не понимаешь.- Он наклонился ко мне, хотел положить мне руку на колено, я отпрянул. Он продолжал:- Есть еще одно обстоятельство, о котором я тебе не сказал... боялся, что ты примешь меня за зомби или что-то в этом роде. Они нам операцию сделали.
- Какую операцию?
- Такую. Вделали нам в головы бомбы с дистанционным управлением, как на ракетах. Попробуй только ослушаться... Он нажмет кнопку,- и б-бах! Мозги весь потолок залеплют.- Он ощупал пальцами шею у затылка.- Видишь здесь шрам? Волосы у меня уже отросли, но если приглядеться, то шрам еще виден, так навсегда и останется. Хочешь поглядеть?
Я уж было склонился посмотреть и вполне поверил бы (за последнее время пришлось поверить и в более невероятные вещи),- но Тим все поставил на место одним взрывным словечком.
Джок дернулся, потом взял себя в руки и сказал:
- Да не обращай ты на него внимания.
Я пожал плечами и отошел. Джок в тот день больше со мной не заговаривал, что меня вполне устраивало.
На следующее "утро" я проснулся от того, что Джок тряс меня за плечо.
- Проснись, Кип, проснись!
Я на ощупь потянулся за своим игрушечным кинжалом.
- Здесь он, у стены,- сказал Джок,- но только теперь он тебе не поможет.
Я схватил кинжал.
- Почему же? А где Тим?
- Ты что, никак не проснешься?
- То есть?
- Все проспал, значит? Ничего не видел? Я тебя потому и разбудил, что страшно; поговорить с живой душой хочется.
- Что я проспал? И где Тим?
Дрожащий Джок весь покрылся потом.
- Они парализовали нас голубым светом, вот что! И забрали Тима.Его передернуло.- Хорошо, что его. Я ведь думал... ну, ты понимаешь, ты же заметил... я немножко толстый... а они любят жир.
- О чем ты? Что они с ним сделали?
- Бедный старина Тим. Были, конечно, у него свои недостатки - у кого их нет? - но... Из него, должно быть, уже суп сварили, вот что! Его опять передернуло.- Суп они тоже любят - с костями и все такое.
- Не верю. Ты просто пытаешься запугать меня.
- Не веришь? - Он смерил меня взглядом с головы до ног.- Тебя, наверное, потащат следующим. Если ты хоть что-нибудь соображаешь, сынок, возьми лучше свою пилку для ногтей и вскрой себе вены. Так будет лучше.
- А сам-то ты что же? - спросил я.- Хочешь, одолжу?
- У меня духу не хватит,- ответил Джок, дрожа.
Я не знаю, что стало с Тимом. Я не знаю, ели черволицые людей или нет. (И "людоедами" их не назовешь - может, мы для них все равно что бараны). Но я даже не особенно испугался, потому что все предохранители в моих "цепях" страха давно уже полетели. Мне было безразлично, что случится с моим телом после того, как я сведу с ним счеты. Но у Джока эти мысли вызывали безотчетный ужас. Не думаю, чтобы он был трусом - трус вряд ли займется изыскательством на Луне. Но он трясся оттого, что всерьез верил своим догадкам. Он сбивчиво дал понять, что оснований верить им у него больше, чем я мог предполагать. По его словам, он летал на Плутон и раньше, и остальные люди, которых в тот раз доставили сюда кого добром, кого силой, обратно на Луну не вернулись.
Когда настало время есть, нам сбросили две банки, но Джок сказал, что не испытывает аппетита и предложил мне свою банку. Той "ночью" он все сидел и пытался бороться со сном.
Проснулся я как после кошмарного сна, в котором, бывает, не можешь шевельнуться. Но это был не сон - незадолго до пробуждения меня облучили синим светом.
Джок исчез.
Больше я никогда не видел ни того, ни другого. Отчасти мне их даже не хватало... По крайней мере - Джока. Стало, конечно, намного легче - не надо было все время быть начеку, и я мог позволить себе роскошь вымыться. Но очень надоело мерить клетку шагами одному.
Никаких иллюзий касательно этих двух типов я не испытывал. Наверное, нашлось бы больше трех миллиардов человек, с которыми делить заключение было бы много приятнее, чем с ними. Но, какие-никакие, они были люди. Тим казался опасно холодным, как нож гильотины. Но у Джона сохранились какие-то туманные представления о зле и добре,- иначе он не стал бы пытаться найти оправдание своим поступкам. Можно предположить, что он просто был безволен.
Но я вовсе не считаю, что понять - значит простить. Если встать на эту точку зрения, дойдешь до того, что начнешь распускать слюни над судьбой убийц, насильников и похитителей детей, забывая при этом об их жертвах. А это неправильно. Жалость у меня может вызвать судьба Крошки и других, попавших в ее положение, но никак не судьба тех преступников, чьими жертвами они становятся. Мне не хватало болтовни Джока, но существуй возможность топить подобных ему людей сразу же после рождения, я делал бы это собственными руками. А о Тиме и говорить нечего.
И если они попали в суп вурдалакам, мне, ей-богу, совсем их не жалко, даже если завтра меня ожидает та же судьба. Пожалуй, суп - это лучшее, что может из них выйти.
Глава 8
Мои бесплодные размышления прервал взрыв - резкий треск, похожий на удар бича, громовой раскат, а затем шипение, свидетельствующее о понижении давления.
- Какого черта! - вырвалось у меня. Затем я добавил:- Надеюсь, вахтенный знает свое дело, в противном случае нам всем конец.