Дух Огня

- Ему и особо стараться не придется, - сверкнула глазами Кара.

- Просто будь поосторожней, - улыбнулся Ричард. Когда разобьешь бутылку, не доставай больше меч из ножен ни при каких обстоятельствах, разве что в случае смертельной опасности. Если ты им кого-то убьешь...

Он замолчал. Кара вопросительно подняла бровь.

- Если я им кого-то убью...то что?

Ричарду пришлось сказать ей, чтобы она не сделала чего-то опасного.

- Это причиняет боль.

- Как эйджил?

Он нехотя кивнул.

- Может, даже хуже. - Вспоминая, он заговорил тише. - Ярость необходима, чтобы противостоять боли. Если ты горишь праведным гневом, это защищает тебя, но добрые духи, как же это все равно больно!

- Я Морд-Сит. Я приветствую боль.

- Это больно вот здесь, Кара, - постучал себя Ричард в грудь. - Такая боль тебе не понравится, поверь. Уж лучше твой эйджил.

Она улыбнулась ему грустной понимающей улыбкой.

- Тебе необходим твой меч. Я его привезу.

- Спасибо, Кара.

- Но не прощу за то, что ты вынудил меня оставить тебя без защиты.

- Он не останется без защиты.

Они обернулись. Это была Дю Шайю. Бледная, с всклокоченными волосами, но по-прежнему завернутая в покрывало, она больше не дрожала. Ее лицо было воплощением мрачной решимости.

Ричард покачал головой.

- Тебе нужно возвращаться к своему народу.

- Мы пойдем с моим мужем. Мы защищаем Кахарина.

Ричард решил не спорить на тему муж - не муж.

- Прежде чем мы отправимся в Андерит, подойдут наши войска.

- Они не мастера меча. Мы будем защищать тебя вместо Кары.

Кара склонила голову перед Дю Шайю.

- Вот и хорошо. Мне будет спаться спокойней, если я буду знать что вы с мастерами меча это делаете.

Ричард, одарив Кару сердитым взглядом, обратился к мудрой женщине бака тау мана.

- Дю Шайю, теперь, когда с тобой все в порядке, я не хочу, чтобы ты зря рисковала жизнью, и своей, и ребенка. Ты уже побывала практически на том свете. Ты должна вернуться к своим. Ты им нужна.

- Мы все живые мертвецы. Это не имеет значения.

- О чем это ты?

Дю Шайю сложила руки. Мечмастера стояли позади неё эдаким королевским эскортом. Из-за их спин наблюдали охотники Племени Тины. Как бы болезненно не выглядела Дю Шайю, она снова стала величественной.

- Прежде чем мы ушли, - спокойно произнесла она, - мы сказали нашему народу, что мы умерли. Сказали, что мы потеряны для мира живых и не вернемся к ним до тех пор, пока не предупредим Кахарина и не позаботимся о его безопасности. Наш народ оплакал нас ещё до нашего отъезда, потому что для них мы умерли. Только выполнив то, что мы сказали, мы можем вернуться к ним.

Не так давно я встретилась с посланцами смерти, шимами. Кара, защитник Кахарина, вернула меня обратно из мира духов. Духи, в мудрости своей, позволили мне вернуться, чтобы я могла выполнить мой долг. Когда Кара вернется с твоим мечом и ты будешь в безопасности, только тогда наши жизни к нам вернутся и вы сможем идти домой. Но до тех пор мы - живые мертвецы.

Я не прошу твоего разрешения идти с тобой. Я сообщаю тебе, что мы идем с тобой. Я - мудрая женщина бака тау мана. Я все сказала.

Стиснув зубы, Ричард вознамерился сердито погрозить ей пальцем, но Кэлен схватила его за руку.

- Дю Шайю, - сказал она, - я тоже дала такую клятву. Когда я приехала в город Эбиниссию и увидела перерезанных Имперским Орденом людей, я поклялась отомстить. Мы с Чандаленом встретились с маленькой группой молодых новобранцев, тоже видевших гибель родного города. Они были решительно настроены наказать виновных.

Я дала обет, что буду считать себя мертвой до тех пор, пока те, кто совершил это злодеяние, не будут наказаны и только после этого вернусь к жизни. Те, что были со мной тоже поставили на кон свои жизни, чтобы начать снова жить лишь после того, как нам удастся отомстить. Только пятеро этих юнцов вернулись к жизни вместо с Чандаленом и мной. Но прежде, чем мы вернулись к жизни, все те, кто истребил жителей Эбиниссии, сдохли.

Я понимаю, какую клятву вы дали, Дю Шайю. Такая клятва священна и её нельзя игнорировать. Ты и мастера меча идете с нами.

Дю Шайю поклонилась Кэлен.

- Благодарю тебя, что чтишь обычаи моего народа. Ты мудрая женщина и тоже достойна быть женой моего мужа.

- Кэлен..., - возвел очи горе Ричард.

- Племя Тины нуждается в Чандалене и его охотниках. Кара, подчиняясь твоей просьбе, отправляется к генералу Райбиху, а затем в Эйдиндрил. Пока генерал не пришлет нам людей, мы остаемся одни и очень уязвимы. Дю Шайю со своими мечмастерами станут нам ценной и желанной защитой.

Когда столько поставлено на карту, то гордости нет места, Ричард. Они идут с нами.

Ричард заглянул в голубые глаза Кары, ставшие ледяными и исполненными решимости. Она тоже этого хотела. Темные глаза Дю Шайю сверкали стальным блеском. Она решение приняла. Зеленые глаза Кэлен...Ну, ему совсем не хотелось даже думать, что таится в её зеленых глазах.

- Ладно, - буркнул он, - пока солдаты нас не нагонят, можете оставаться.

Дю Шайю озадаченно посмотрела на Кэлен.

- Тебе он тоже вечно сообщает то, что ты и без него знаешь?

Глава 36

Несан, низко склонив голову, видел ноги мастера Спинка, вышагивавшего между скамьями. Каблуки его сапог медленно выстукивали по деревянному полу. В помещении кое-кто, главным образом женщины постарше, тихонько всхлипывали.

Несан их не винил. Ему тоже иногда хотелось плакать на общем покаянии. Такие уроки были необходимы, если они хотели побороть свою порочную хакенскую натуру, это Несан понимал, но от этого их не становилось легче слушать.

Когда мастер Спинк говорил, Несан предпочитал смотреть в пол, чем рисковать встретиться с ним взглядом. Встречаться глазами с андерцем, повествующим об ужасах, которые творили с его предками предки Несана было стыдно.

- И так случилось, - продолжал рассказ мастер Спинк, что хакенские орды случайно наткнулись на эту деревушку. Мужчины, отчаянно тревожась за свои семьи, собрали простых андерцев из ближайших деревень и ферм. И вместе взмолились Создателю, чтобы их усилия отбить кровожадных захватчиков увенчались успехом.

В отчаянии они уже отдали хакенцев как мирное подношение почти все свои запасы и весь скот. Они послали гонцов с этим подношением и словами, что не хотят войны, но никто их этих храбрых посланцев не вернулся обратно.