Страница 6 из 59
Венчание Эллы и Сергея Александровича состоялось в церкви Спаса Нерукотворного при Зимнем дворце. Венчальный наряд невесты в русском стиле был сделан из серебряной парчи. Поверх платья надета мантия цвета бордо, отороченная горностаевым мехом. На голове — бриллиантовая диадема и маленькая корона, которую когда-то носила сама Екатерина II. Локоны, изящно спускающиеся по плечам, придают принцессе волшебное очарование. «Это самая красивая невеста, которая когда-либо венчалась в придворной церкви», — заметила одна из придворных дам.
Царевич Николай, наследник российского престола, был просто счастлив в этот день — день бракосочетания великого князя Сергея Александровича и Гессен-Дармштадтской принцессы Елизаветы. Всё так необыкновенно сегодня! И то, что дядя Сергей женится на очаровательной и доброй Элле, и то, что к Элле приехали сёстры — принцессы из Дармштадта, и то, что одна из них оказалась такой необыкновенно милой девушкой. Аликс — так на немецкий манер все произносили английское имя Алиса, данное ей в честь матери-англичанки. Цесаревич несколько раз повторил про себя это непривычное и завораживающее имя и радостно улыбнулся юной принцессе. Она застенчиво, но так славно улыбнулась в ответ... Она на удивление скромна и стеснительна. Принцесса стоит возле алтаря, чуть поодаль от высокородных родственников, и Николаю кажется, что всё в ней излучает нежный, таинственный свет: большие ясные глаза, смущённо потупленные от посторонних взглядов, длинные пышные тёмно-русые волосы, перевязанные бантом, весёлая, но в то же время застенчивая улыбка. Хрупкая девочка с нежным овалом лица в белом муслиновом платье навсегда покорила его сердце.
Юная принцесса-лютеранка из маленького германского герцогства впервые присутствовала на православном богослужении. Алиса с удивлением разглядывала золочёный резной иконостас, старательно вслушивалась в напевный речитатив молитв и... тут же с радостью переводила взгляд на Эллу — счастливую невесту, стоящую перед аналоем с женихом — дядей цесаревича Николая. Однако то и дело быстрый взгляд украдкой останавливался на самом Николае — стройном юноше среднего роста с коротко подстриженными тёмными волосами и с намёком на усики на красивом лице.
«Обручается раб Божий Сергий рабе Божией Елисавете», — слышалось под сводами храма. Таинство Брака — одно из семи Таинств, на которых, как на семи столпах, основана Православная Церковь. Таинство потому, что непостижимо уму человеческому: освящённый брак соединяет жениха и невесту навсегда, и в этой жизни и в будущей; союз земной, тленный, претворяется в союз вечный, небесный. Христианский брак — таинство вечной, непреходящей, подлинной любви, любви, которая «не ищет своего», которой не страшны разлуки и расстояния, над которой не властна даже смерть.
«Положил еси на главах их венцы...» — вторил хор словам диакона.
Священное таинство, свершающееся здесь, в земном храме, заставляло быстрее биться даже самое зачерствевшее сердце. Казалось, радость была разлита повсюду: в сиянии свечей, в солнечных лучах, освещающих фрески, в стройном пении хора, — Сам Господь невидимо совершал Таинство, и Ангелы служили Небесному Царю.
«Святии мученицы, иже добре страдавше и венчавшеся, молитеся ко Господу спастися душам нашим»...
Цесаревич старался сосредоточиться на словах читаемых священником молитв, но мысль его то и дело обращалась к маленькой немецкой принцессе.
Несмотря на двенадцать лет, Аликс, конечно, превосходит старших сестёр утончённой красотой, она похожа на принцессу из старинных сказок, в которых всегда торжествуют добро и отвага, верность и честь и, конечно же, любовь. Кто знает, быть может, её избраннику так же, как в этих сказках, придётся защищать возлюбленную от чёрного зла, поставив на кон жизнь? Но кончится всё, конечно же, хорошо... Николай не сомневался в том, что когда-нибудь принцесса подарит кому-то поистине сказочное счастье. Ему даже взгрустнулось от этой мысли, и он хотел было посмеяться над собой. В конце концов, ему уже шестнадцать, он вполне взрослый и не может увлечься столь молоденьким созданием. Но... цесаревич вновь с непонятным удовольствием признал, что даже Элла не так хороша, как маленькая принцесса. Даже сегодня. Тётушка Элла. Прекрасная невеста, чьё вдохновенно-взволнованное лицо было сейчас выразительней и притягательней обычного.
Как чудесна жизнь, когда тебе всего двенадцать лет — а может быть, уже и целых двенадцать! Как жадно и свежо воспринимается всё необычное, яркое, прекрасное. Царственный, блистательный Санкт-Петербург — Аликс так мечтала его увидеть! Чудо как хороши и столичные окрестности — пышные, в европейском стиле постройки в сочных красках летней природы. Но сильнее всего маленькую принцессу поразил Петергоф — праздничное царство фонтанов на берегу уходящих за горизонт синих вод Финского залива. Петергоф... Дивная жемчужина в дворцовом уборе России. Большой дворец, Монплезир, Марли, Верхний и Нижний сады — дворцово-парковый ансамбль невозможно было забыть, им нельзя было не восхищаться.
Вот грандиозный «Самсон, раздирающий пасть льву».
— Этот знаменитый фонтан — аллегория победы императора Петра Великого в войне со Швецией, — объяснял по-английски цесаревич Николай дармштадтским принцессам, перекрикивая шум низвергающейся воды. Проходя по Верхнему саду, простирающемуся над естественным склоном, Аликс долго разглядывала фонтан «Нептун»: перед взором её над зеркалом бассейна возвышался бронзовый античный бог морей, ниже — раковины и кораллы, морские кони, дельфины, женщины-реки... На южной стороне фонтана вода окутывала плащом из брызг фигуру Аполлона Бельведерского на постаменте из цельного куска гранита.
Компания молодых людей развлекалась в садах и парках Петергофа, а больше всех веселилась Аликс, часто до слёз смеясь над шутками великого князя Сергея Александровича.
Гуляли принцессы и в Нижнем парке, раскинувшемся от подножия склона до морского залива, любовались на фонтан «Солнце», похожий на причудливый цветок со множеством длинных узких лепестков, образованных струями воды, и на «Пирамиду» — огромный бело-хрустальный брызжущий водяной конус. Однако не только причудливые фонтаны, весело, с мягким журчанием выпускающие к небу струи бриллиантовой от солнца воды, радовали гостей, но и водопады, пруды, каналы. Старейший Морской канал, облицованный гранитом. Изящные павильоны с фонтанами-вазами на крышах. Украшенные лепниной изысканные дворцы. Ухоженные парки с тщательно подстриженной густо-зелёной растительностью. Аллеи с мраморными и бронзовыми статуями. Было от чего разбежаться глазам. Восхитительное великолепие!
Царская дача Александрия расположена за каменной стеной Нижнего парка Петергофа. Алиса подняла к солнцу своё белокожее личико.
— Петергоф — это лучшее, что я видела в России, — сказала она по-английски цесаревичу Николаю, — я ещё раз приеду навестить Эллу, ведь это же когда-нибудь случится, да? И обязательно вновь полюбуюсь фонтанами...
Николай, конечно же, не раз сам любовался видами Петергофа, но сейчас, благодаря детски непосредственным восторгам Аликс, царство фонтанов и изящных павильонов словно впервые предстало перед ним во всей своей прихотливой роскоши и красе. И где бы ни появлялась Аликс, Николаю всё казалось чудесным и удивительным. Эта девочка имела редкую способность побуждать собеседника видеть привычные вещи в новом свете — более свежо, ярко, интересно.
— Вы правы, Аликс, Петергоф прекрасен, — отвечал Николай, откровенно любуясь юной принцессой. — Но я больше люблю русскую старину — храмы, терема... Моя мечта — поставить в столице церковь в стиле давно прошедших веков и в её тишине от сердца молиться за тех, кто дорог моему сердцу. Отныне я буду молиться и за вас, Аликс.
Девочка раскраснелась. Она смотрела на царевича с уважением и восхищением.
— Вы такой умный, Ники, такой серьёзный. Вы, наверное, будете очень хорошим императором.