Страница 25 из 30
В то же время христианство имеет сходство с восточной и грекоримской цивилизациями. Сходство с восточной цивилизацией в том, что его догма и нравственное учение столь же полны и закончены. Основное сходство с греко-римской цивилизацией – в том, что его догма и нравственное учение не стесняют ни свободы духа, ни свободы деятельности. Оно в своей морали дает каждому нравственный компас, определяя свободу жить и действовать. Величайшая черта христианской морали заключается в том, что она соединяет указания на недосягаемые идеалы, стремление к ним ставит в обязанность каждого, а степень их достижения соизмеряет с силами каждого. Основа христианской морали есть любовь к ближнему и любовь Бога в ближнем. Из этой основной идеи следуют все другие, такие как бесконечное милосердие, смирение, терпение, отречение от семейства и имущества. Но эти бесконечные идеалы обязательны только для стремящегося к совершенству. Для немощных обязательны лишь заповеди: «Не убий», «Не прелюбодействуй», «Не кради», «Не лжесвидетельствуй», «Почитай отца и матерь своих», «Люби ближнего» (Матф. 19). Такая двойственность заповедей, не устрашая индивида, уничтожает возможность всякого самодовольства и фарисейства, ибо исполнить идеал совершенства никто не сможет, кроме Бога (Матф. 19: 26). Но никто не может выбрать себе легчайший идеал, отказаться от стремления к совершенству. «Кто любит отца или мать, – говорит Христос, – более Меня, тот не достоин Меня. Сберегающий душу свою потеряет ее» (Матф. 10: 37–39). Совершенство в пределах возможного для каждого, поставлено в обязанность (см. притчу «о талантах»). «Будьте совершенны, как совершенен Отец ваш небесный» (Матф. 5: 48).
Христианство дает бесконечно высокий идеал, но не связывает жизни никакими предписаниями, не связывает духа в его свободе исследования. «К свободе призваны вы, братья, – говорит апостол Павел, – только бы свобода ваша не была поводом к угождению плоти» (Гал. 5: 13). «Духа не угашайте, все испытывайте, хорошего держитесь» (Фес. 5: 19–21). «Закон положен не для праведников, но для беззаконных» (1 Тим. 1:9).
Христианство, не определяя правовых отношений и давая полную свободу мысли, стремящейся отыскать истину, создало цивилизацию, полную разнообразных теорий о праве и государстве и разнообразнейших формах государств. Рассмотрим кратко главные пункты развития христианской цивилизации.
Значение государства в развитии права и государства современных народов все еще недостаточно понятно, несмотря на заслуги в разъяснении этого вопроса двух знаменитых мыслителей – Гизо и Лорана.
Три великие начала отличают новые народы как от древневосточных цивилизаций, так и от классических:
• каждый человек признан лицом, имеющим в себе самом особое назначение, существующим прежде всего для себя самого, поэтому имеющим право на сферу свободы даже от всерегулирующей власти государства.
• свобода мысли осознана как необходимое условие существования и развития государств.
• всякий труд объявлен и осознан как равно почетный, так что ни один род труда не может унижать человека в государстве.
Спрашивается: кому мы обязаны этими тремя началами новых цивилизаций? По мнению Монтескьё, Гизо и Лорана, нравам и идеям германцев.
Лоран много говорит об обновляющем начале, внесенном германцами в цивилизацию, повторяя и развивая мысли Гизо, высказанные им в его сочинениях об истории цивилизации в Европе и Франции. Но справедливо ли приписывать германцам особенность, которая в большей или меньшей степени характеризует все первобытные народы? Достаточно познакомиться с сочинениями Теодора Вайца[130] и Густава Клемма[131], чтобы убедиться в том, что слова Тацита о правах германцев, равно характеризуют все первобытные народы и, вероятно, также древневосточные, как и классические народы в их доцивилизационном состоянии. Но с развитием цивилизации этот дух независимости пропадал, уничтожался, вероятно, потому что древние цивилизации могли дисциплинировать общество, только отнимая у его членов индивидуальную свободу. Наоборот, христианство не уничтожило, а укрепило эту естественную черту первобытных обществ.
Как учит христианство, каждая душа имеет индивидуальное назначение и бытие и сегодня, и в будущей жизни, а настоящая жизнь есть лишь приготовление к будущей. Отсюда само собой вытекало следствие: ни государство, ни какая бы то ни была вообще власть не могут отнять у индивида это Богом данное ему независимое бытие, наоборот, они должны уважать его, охранять от покушения каких-либо социальных сил или элементов поработить и уничтожить самостоятельность индивида. Ведь именно в христианстве все люди равны перед Богом, невзирая на их различное назначение в обществе и личные таланты – заслуга каждого определяется лишь его деятельностью. «Большой между вами пусть будет всем слугой», – говорит Христос. Апостол Павел утверждает: «Дары различны, а дух один и тот же; служения различны, а Господь один и тот же… Одному дается духом слово мудрости, другому слово знания, тем же духом… исцеления, вспоможения, управления, дар языкознания… Ибо как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, хотя их и много, составляют одно тело, как и Христос… Бог расположил члены, каждый в составе тела, как Ему было угодно. Но не может глаз сказать руке: ты мне не надобна; или голова ногам: вы мне не нужны… дабы не было разделения в теле, а все члены одинаково заботились друг о друге» (1 Кор. 12: 4-25).
Только в этих великих основах христианства нужно искать основы для развивающегося права индивида в новом обществе.
Свобода мысли, как и право также имеет источником христианство. Не будем повторять того, что уже сказано выше, а именно: стремление к совершенству, обязанность «испытывать, что благоугодно Богу» (Еф. 5: 10) и «все испытывать». «Духа не угашать» (1 Фес. 5:19) поставлена христианством, а в ней лежало право свободы мысли, – право которое М. Лютеру и протестанству обязано приложением к жизни.
Третье великое начало – уважение к труду – также кроется в христианстве. Выше мы говорили, что в индийской цивилизации сам Бог определил, какие занятия нужно считать чистыми и какие позорными. Греки и римляне считали ремесла и торговлю позорным трудом, и занимающихся ими можно было лишать права гражданства. Но в христианстве каждый получает особое назначение, и труд каждого равно почтенен, равно благословен Богом.
Наконец, цель нового государства – развитие индивидуальной свободы – постановлена христианством, что прямо вытекает из высказанного.
Идеи права и государства через христианство получили новое содержание. В силу этого христианское государство резко отличается и от восточных, и от классических.
В восточных цивилизациях человек был лишь механическим орудием в руках Бога, который точно определил его жизнь. Поэтому даже не было нужды в осознании государства, как чего-то отдельно существующего. Достаточно было организовать власть наместника Бога на Земле и полностью подчинить ей индивида. Божественное в людях было понято как осуществление неизменной воли, идея прогресса была неизвестна, вследствие чего свобода была излишней.
В классической цивилизации обоготворено государство: только оно есть развивающееся доброе, осуществляющееся этическое. Отсюда прямо следовало, что индивид сам для себя не существует, а само для себя существует лишь государство. По отношению к государству индивид ничто, бесправное существо.
В христианстве государство потеряло абсолютное значение. Оно есть уже не доброе в себе, а лишь момент в развитии духа, совершающемся не в государстве, а в индивидах. Отсюда всего шаг к мысли о границе государственной власти, к праву индивида. «Христианство, – как справедливо заметил Арне, – поставило человека в прямое отношение к Божеству и высоко его подняло над всем конечным, земным. Ставя человечество выше государства, человека выше гражданина, оно в своей религиозно-общественной и церковной организации дало доказательство того, что возможны жизненные принципы и общественные союзы, которые не созданы государством, не представляют собой его учреждения, хотя и находятся под его властью и которые подлежат его правовому регулированию с внешней стороны, но не состоят к нему в непосредственном подчинении и в своей деятельности выходят за границы государства».
130
Waitz Т Antropologie der Naturvolker. 1863.
131
Klemm G. Allgemeine Cultur-Geschichte der Menschheit. Leipzig: Teubner, 1843.