Страница 46 из 50
- Завтра у вас последний свободный день перед началом полноценного обучения. Можете посетить дом, кто успеет за сутки или провести время на свое усмотрение. Дальше будет учеба. Если кто-то не хочет становиться форсером, не готов впоследствии защищать Третий флот и его планеты от рыцарей Рен и иже при них, в чем будет состоять ваша основная задача – можете просто не возвращаться в Сай-Каунт к следующей полуночи.
Молчание. Напряженное, звенящее.
- Мастер Скайуокер... вопрос можно?
Высокий, светловолосый парень, немного похожий на Алка. Люку показалось, что он тоже беглый клон, но особой уверенности не было.
- Вопрос можно почти всегда. Они могут оказаться важными.
- Мы... будем джедаями на страже порядка?
- Примерно.
- Но джедаи... были вне закона на территории Империи, потому что ранее пытались управлять Сенатом из-за спин...
- Были. И оказались вне закона в первую очередь потому, что Император оказался ситхом, – ответил Скайукер. – Хотя далеко не во всем Орден джедаев был прав и хорош. Мы постараемся не повторять его ошибок.
- А почему... именно мы и именно сейчас? – осторожно спросил один из двух не-людей в группе, большеглазый наутолан с гривой толстых щупалец.
- Потому что по другую сторону есть Рен. Люди, именующие себя рыцарями Тьмы, способные появиться где угодно, убить кого угодно и просто уйти. Им плевать сколько и кого вырезать, плевать на традиции, на порядок и на военное искусство. А теперь у Первого ордена нет даже Сноука, чтобы одернуть эту свору, только их вожак во главе.
Лица помрачнели и заострились – слишком много о Ренах ходило легенд, причем страшных и злых легенд.
- Мы остановим их? – спросил второй не-человек, серо-зеленый трандошан, подавшись вперед.
- Мы остановим их.
====== Е7-Е5 (Ответный ход) ======
Одни сутки свободы – это одновременно и очень много, и очень мало.
Очень мало, когда хочется отдохнуть, забыть о плотно рассевшихся на голове проблемах и заняться чем-то своим, крайне ограниченной компанией.
Очень много, когда у компании вдруг появилось время на дополнительную притирку.
Люк, например, успел узнать, что Бони – это в самом деле маленький живой клочок позитива и света. Что Квай-Гон никогда не обучал взрослых, не прошедших подготовку Ордена, которая начиналась для учеников с самого детства, с 4-5 лет, и понятия не имеет, как договариваться со своевольными, упрямыми и местами агрессивными кадетами, которых для начала надо построить. Что Чубакка может очень многое простить и спустить на тормозах, если ему дать предельно четкую задачу, которую надо выполнить, и чем четче задача, тем проще вуки не отвлекаться на мелочи и не раздражаться по пустякам (об этой особенности до сих пор он не знал, поскольку и командовать Чубаккой ему не особенно доводилось). Что Ранзо и Алк готовы принять от своего мастера почти любые измывательства, но вовсе не собираются терпеть поучения и наказания от кого-то другого.
Именно на эту “тяпку” с размаха наступил Квай-Гон, попытавшись построить Алка. Клон Вейдера гонял “Птичку” над самой водой, едва не цепляя крыльями поверхность, пока остальные любовались бесконечным зеркалом озера, а Бони, пристегнутая страховочным тросом, болтала ногами на краю пандуса. Как только яхта села, мастер Джинн пришел в рубку и попытался навести то, что в его понимании являлось порядком. Люк (на всякий случай) двинулся следом.
- Ты утопишь корабль, другого падавана и себя заодно, хотя ты как раз единственный, кто этого заслуживает, – сообщил Квай-Гон, ибо терпеть не мог полеты и отдельную категорию рисковых пилотов.
Алк сверкнул синими глазами.
- Я летаю на этом корабле третий год, – сообщил он. – Знаю его до последней заклепки, перебирал самостоятельно несколько раз и чувствую лучше, чем собственное тело, особенно после пьянки.
- Вот поэтому и утопишь рано или поздно.
- Не утоплю.
- Повадился кувшин по воду...
- Не умеете пилотировать, потому и не доверяете, – фыркнул падаван Люка, наверняка зная, что мастер уже вошел в рубку и стоит за спиной. – Можем поспорить.
- Джедаи не спорят, юный падаван. Они стараются поступать так, как должно, и как будет лучше окружающим.
- А окружающим будет лучше, если они смогут доверять своему пилоту и не станут опасаться его маневров, – возразил Алк и сообщил в селектор: – у всех незакрепленных минута на это дело. Проверяем возможности корабля и пилота, обзор дам на все внутренние экраны.
Откуда-то из внутренностей “Птички” рыкнул Чубакка и счастливо взвизгнула Бонита.
Люк сел в кресло второго пилота и приготовился наблюдать.
Хмурый мастер-джедай уселся в пассажирское кресло и крепко взялся за подлокотники.
“Птичка” вспорхнула, дрогнула подвижными плоскостями и сорвалась в головокружительный полет. Алк петлял между скальными клыками, торчащими из воды, бросал машину в штопор, крутил самые разнообразные фигуры, пару раз резко останавливался и вообще кувыркался, почти останавливая нос корабля и перебрасывая “через него” и какую-нибудь глобальную каменюку все остальное. Люк искренне наслаждался воздушным спектаклем.
- Ненавижу летать, – почти простонал нововоплощенный, когда “Птичка” третий раз кувыркнулась нос-корма. – Особенно когда ты за приборами, юный падаван, потому что это – концентрированное самоубийство...
Скайуокер ощутил дрожь Силы и притянул вбегавшую Бони к себе прежде, чем она потеряла равновесие и влипла в приборы.
- Отец! Нападение! Я слышу!..
- Где? – удерживая девушку за ремень, спросил он.
- Сенат! Башня посреди Тар-Хосса...
- Знаю, – кивнул Алк.
- Вперед.
Наверное, так они не летали никогда. Как Алк ухитрялся впихивать здоровенный корабль в расщелины улиц, приспособленные для спидеров, и перекрестки, забитые атмосферниками, вряд ли понимал даже он сам, на полную мощность использующий виденье Силой.
На башню Тар-Хосса зашли как-то совершенно невозможно, невидимками, снизу и впритирку с сияющей зеркальными панелями иглой, на вершине которой уселся чужой звездолет. Люк поморщился – даже здесь Кайло не обошелся без показухи, машина мощная, угольно-черная и явно срисована с любимого личного корабля Вейдера. А Кайло, судя по всему, решил-таки появиться сам, навести порядок...
В висках закололо: Силе и Люку вместе с ней чем-то ужасно не нравился и корабль, и купол под ним, и фигурки, мелькающие у стабилизаторов.
- Направленный заряд, – Квай-Гон выругался. – Сложит все здание от верха до низа. А убрать его у нас нет ни времени, ни оборудования...
- Есть, – возразил Алк. – У нас есть “Птичка”.
И Скайуокер осознал, что он хочет сделать.
- Корабль убьешь и сам убьешься.
- А так сенат перережут, как овец, – чуть шевельнул плечами имперский пилот. – И Бонькиного отца. И даже если мы высадимся и перережем всех Ренов – они напоследок рванут корабль вместе со зданием.
Люк знал, что парень прав. Знал, что управляемый форсером звездолет на максимуме ускорения и щитов сорвет чужака с места и подкинет достаточно высоко, чтобы случившийся взрыв грянул вхолостую. Более того, был небольшой шанс, что “Птичка” даже переживет подобное обращение, но шанс этот был очень невелик и требовал немеряного навыка и реакции.
Навык у Люка был.
- Меняемся.
- Нет, мастер. Прошу...
- Почему? – едва не прорычал Люк, но вытащить пилота с его места силой, и даже Силой, задача не самая тривиальная, а времени на возню не было.
- Потому что когда я снесу корабль, внизу кто-то должен будет перерезать Рен во главе с Кайло. Силой я владею хуже, клинком – тоже, а сколько их там...
- Много, – закончил Квай-Гон. – Я слышу минимум десятка полтора.
Про клинок падаван врал, но в прямом бою и освобождении заложников действительно мог сделать не то и не так... как будто сам предпоследний джедай не мог этого сделать! Люк проклял Силу вместе с ее закидонами, и себя, за то, что кивнул. Древняя стихия дрожала и шевелилась – кого-то, не самого храброго, наверху уже убивали.