Страница 27 из 50
“Тысячелетний сокол” мирно стоял посреди почти пустого взлетного поля. Патрульных не было. Предпоследний джедай вслушался в течение Силы, но пока его не нарушали никакие угрожающие колебания.
Чубакка первым вошел на трап. Люка кольнуло тревогой, пока не имеющей никакого отношения даже к Силе.
- Стой.
Вуки замер на полушаге. Тонкий вой заходящего на вираж спидера послышался буквально через секунду, и вот в нем явно ощущалась угроза.
Чубакка начал поворачиваться, одновременно чуть сдвигаясь назад. Между боковыми панелями, охватывающими дверь и традиционно являвшимися укрытыем для бегущего к кораблю хозяина блеснула на солнце тончайшая нить, протянутая на уровне чуть выше пояса. Скайуокер успел за долю секунды предположить, что это, сделать выводы и отдернуть вуки Силой.
Тем временем спидер зашел на цель – патрульная машина с подпаленным крылом и за управлением не дуг, а человек, но мелкой курсовой пушке без разницы, кто из нее стреляет. Чубакка взмахнул руками в сердитом жесте – мол, нашел место и время, – и с левой посыпались срезанные пряди меха.
- Чуби, замри! Мономолек, нитки, много!
Играть в прятки возле корабля было нереально до того, как борта будут хорошенько опалены из огнемета (причем именно из огнемета, силовой меч может не задеть всех нитей), а отступать – некуда, слишком мало времени на то, чтобы добежать до ближайшего укрытия. Люк выхватил меч и встал перед товарищем, прикрывая его, насколько возможно, а мохнатый контрабандист скинул с плеча арбалет. Первые выстрелы ничего не дали – импульсы пушки Люк успел отбить, но и Чуби смазал. Машина вильнула, вычертила петлю, а по бортам плавно отошли в сторону щиты, открывая старые, как мир, но от этого не менее рабочие и опасные пулевые многоствольники. Предпоследний джедай выставил щит Силы, не слишком уверенный, сколько времени его удержит и удержит ли вообще...
“Птичка” рухнула с небес, как коршун на добычу. Вообще-то представить, что звездолет способен взять на прицел спидер и единственным выстрелом разложить его на детали можно с очень большим трудом, но Скайукер слишком хорошо знал и корабль, и пилота. Яхта зависла, открывая пасть трюма, и ЭВО, все еще на “поводке”, но с чем-то габаритным в руках, выдвинулся на пандус.
- Горелку! – крикнул ему Люк. – Быстро!
Повиновался дроид беспрекословно, хотя длину своего кабеля то ли не рассчитал, то ли счел несущественной, так что Чуби сжигал нити на входе, а Люк кантовал мгновенно разрядившегося дроида обратно в трюм и опять подключал к источнику питания. Посмотреть, чья бездыханная тушка приземлилась на покрытие космопорта, не успел никто. “Сокол” стартовал первым, за ним метнулась “Птичка”, обвешавшаяся щитами, и пошла накручивать спираль вокруг коррелианца, работая дополнительной системой защиты.
Нападения не последовало. Два корабля без проблем вышли в открытый космос и зависли почти борт к борту.
Люк добрался, наконец, до рубки, где Алк как раз пытался разобрать хоть что-нибудь в грозном реве Чубакки.
- Нет, того, кто устроил эту ловушку, ловить мы не пойдем, – определился старый джедай. – Я тебе и так скажу, кто это был, Чуби. Или вчерашний ситх, или ведьмы, если они вообще не одной организации детища. Что я летал с Ханом, знает вся галактика, что “Тысячелетний сокол” – его корабль тоже известно каждому второму и первому. Плохо другое – теперь ни один наш корабль нельзя оставлять пустым во избежание сюрпризов...
- Можно завязать системы безопасности друг на друга, – вмешался Алк.
- Чубакка твою обошел, – покачал головой предпоследний Скайуокер. – И два корабля на пятерых – все равно много.
Вуки по ту сторону экрана обиженно рявкнул.
- Погоди, Чуби. Я не говорю, что “Сокол” надо возвращать на луну, к Рей, или, тем более, продавать. Я думаю, его нужно оставить где-то в укромном месте, куда не так трудно добраться без собственного корабля. Тот же Татуин, хотя я его терпеть не могу, вполне подойдет.
Вуки ухнул и взревел.
- Не думаю. Джаббы больше нет, а его преемник давно забыл и о Хане Соло, и о Люке Скайуокере. Потом... Алк, сколько у нас времени до контакта? И... сейчас можешь рассказать, до чего вы вообще дообщались с Третьим флотом? Чуби, послушай, это скоро будет важно для всех...
Парень улыбнулся, словно поблагодарил Люка взглядом. Развернул кресло, чтобы видеть одновременно и мастера, и вуки, привычно сложил руки в почтительном жесте.
- Контакт на Третий флот и их окружение у нас с Ранзо был: дочь конта Иррао, Бонита Иррао-Сай.
Чубакка рыкнул, не то удивленно, не то восторжено.
- Он спрашивает, откуда у вас такое знакомство. И для меня, просидевшего в захолустье десять лет: кто такой Иррао? Из Третьего флота я слышал только имя Аррена Талленка, который, собственно, им командует.
- Конт Иррао – левая рука и “ночное лицо” гранда Талленка. Он из старой, еще доимперской аристократии, был принят Императором и вообще, лихо умеет вилять во всяких неприятностях, оставаясь с минимальными потерями. После смерти Палпатина “выбрал” себе лучший из флотов и решает для его адмирала проблемы, которые следует решать тихо.
Наверное, единственный, кто может влиять на Талленка напрямую. А на рыцарей Рен у него личная аллергия.
- Интересно, – задумчиво выговорил Люк. – А все-таки, откуда контакт с дамой?
- Да какая она дама, – фыркнул падаван. – Два года назад ей было неполных двенадцать! А вообще-то... это вышел наш первый заказ, как наемников. Корабль у нас был, а вот денег вообще ни кредита, и еда к концу подходила. И тут Ранзо из города притаскивает девчонку, у которой все сопровождение полегло и потерялось, а ее кто-то пытается украсть. Так и познакомились. Хотя Бони – это больше контакт Ранзо. И вообще, кажется, как в него тогда втрескалась, так и не остыла...
Люк с трудом убрал с лица улыбку.
- На контакт пошла сразу. Учится в высшем медицинском, показаться и поговорить проблемы не возникло. Кстати, мастер... у нее очень интересная склонность к Силе, прям дар – она видит намерения любого, насквозь, и лечит... И зверье ее любит. Делает все осмысленно, но доходила до всего сама, без учителей.
Чувствовалось, что к Бони Алк испытывает что-то братское и немного покровительственное.
- Ее папенька согласился на встречу в тот же день. Не знаю, его или ее инициатива, может быть, общая. Говорил Ранзо, я просто стенку подпирал с грозным видом. Иррао и остальным Третьим не то, чтобы неймется стать Первыми, но Рыцари Рен им отдельно и категорически поперек глотки. Не хотят забывать, что форсер уничтожил обе Звезды смерти, Императора и вообще... Насколько я понял, их не устраивает расклад, что на любой прием может припереться стая молодцов в масках и устроить резню, а поставить на их дороге будет некого. Форсеры им нужны, как воздух. Иррао и нас был весьма не против оставить и впихнуть в охрану гранда, вот прямо с места.
- Но кто взорвал Звезды, помнят хорошо...
- Помнят, что это возможно. Конт открытым текстом говорит, что сейчас ему плевать, кто и чем занимался с Палпатином, его закидонам тоже не все радовались. Ваше имя принял, как так и надо, разве что бровью шевельнул. С вопросами поддержки Сопротивления против Первого ордена немного сложнее, конт задал вопрос, в чем конкретно состоят требования генерала Органы, и мы не смогли ответить. Ранзо как-то вывернулся, но реально ответить мы не смогли. А... мастер, а чего она вообще хочет вместе с Сопротивлением?
- Сферическую республику в вакууме, – буркнул Люк. – Это, знаешь ли вопрос очень давний, он сперва Хана Соло мучил, а потом меня, но ответа так и не добились. Здесь еще придется крепко думать, говорить и вправлять мозги туевой хуче народа...
- Принял, молчу.
- Лучше продолжай.
- А продолжать особо нечего. Если вы решаете появиться на переговорах, Иррао ждет на Эриаду, в Феларе, в его любимом Сай-каунте, а визиткой будет “Птичка”. Еще в принципе у нас с Ранзо есть заказ на головы рыцарей Рен. Всех, списочным составом. Оплата поштучно. Ран не стал прямо отказываться, на всякий случай, выдал туманное “мастер может не одобрить”, но, по-моему, конт не верит. “Что плохого в том, что за опасную и долгую охоту молодые бойцы получат вознаграждение, пусть и не сравнимое с моральными ощущениями победителя, но пригодное для заправки корабля и разрешения прочих мелких проблем?” – процитировал юноша. – И особенно он хочет голову Ва-Вы, который гунган. Так хочет, что прямо звенит от злости, когда о нем думает.