Страница 14 из 50
- Алк! Не надо его править. Только посмотри, подослал его кто-то или нет.
- Я что, с небоскреба вниз головой упал?! – обиделся падаван. – Зачем его править – такого? Он же... он же вроде нас... И гранатомет пустой.
Алк развернулся, и быстрым шагом направился к дроиду. Люк посмотрел ему вслед, чувствуя, как внутри вздыхает кто-то маленький и грустный. Подошел забрак.
- Мастер?
- Интересный дроид.
- Интересный. Алк ничего не найдет, я думаю.
Люк тоже так думал, не ощущая в Силе никаких тревожных ноток.
- Знаешь... я тут по окрестностям прогуляюсь, у входа подожду.
- В одиночку?
Падаваны теперь относились к походам наставника в одиночку с большим подозрением, и Люк улыбнулся в ответ на строгий взгляд.
- В одиночку.
- Да, мастер.
На самом деле Люк не особо надеялся на удачу, но... возможно, у Силы сегодня был хороший день, или она решила сказать джедаям “спасибо” за свободного дроида. Кучку кристаллов, прикрытую на всякий случай бумажным листом, он увидел сразу, а цены им торговец явно не знал, широко махнув рукой и согласившись отдать все одиннадцать штук за сотню. Перебирая разноцветные камни, Люк сразу прикинул три “тройки”: два зеленых и один желтый “натуралы” (это, наверное, будет меч ему самому); три просто идеально-синих (это будет меч Алку, под цвет глаз так сказать); правда, остальные пять не радовали: два синих, но конкретно побитых при обработке, а остальные – красные синтетики.
Увлеченный рассматриванием добычи, он едва не прозевал появление падаванов. ЭВО мерно вышагивал на корпус впереди.
- Помыслы нашего дроида были чисты, как снега Хота, – сообщил Алк, радостно размахивая какой-то громоздкой деталью. Как он еще не пристукнул ей кого-нибудь проходящего мимо, оставалось для Люка загадкой.
- Вы можете передать мне крупногабаритный и неудобный груз, хозяин Алк. Я напоминаю вам об этом третий раз, – несколько сварливо сообщил дроид, уклоняясь от предмета. – Тем более, что деталь, насколько я понял, предполагается для модернизации моей модели.
- Хочешь – неси, – согласился пилот и отдал предмет. – Еще не привык к твоему присутствию. Все? Можем возвращаться?
- Наверное можем, – кивнул Люк, но Ранзо сделал очень страшные глаза и таинственным голосом произнес:
- Подушки.
- Подушки! – не менее таинственным тоном повторил Алк. – Как я мог о них забыть!
- Подушки? – уточнил ЭВО с ноткой недоумения.
- Вероятно, еще одна традиция, – улыбнулся джедай. – Я прав, Ранзо?
- Совершенно, мастер. С каждой посещенной планеты по подушке. Главное, чтобы таких у нас еще не было.
Люк опустил глаза, даже не пытаясь убрать с лица улыбку. Зато теперь он знал тайну склада подушек на громадной кровати. Мальчишки!
ЭВО издал странный звук, что-то вроде потрескивания с шелестом.
Необычных нашлось целых две: полупрозрачная капля с абстрактными разводами внутри, которая приглянулась Алку, и сине-бело-полосатый куб, наполненный какими-то хитрыми перьями.
Обратно переполненная машина с ЭВО на корме еле ползла. За управлением оказался Ранзо, и именно на его затылок норовили свалиться самые разные вещи, от деликатесного мохнатого шара до каплевидной подушки. Первый раз она атаковала забрака на крутом повороте, устроившись точно на темени между рогов. Алк фыркнул, а Ранзо небрежно выбросил предмет назад. Спустя минуту она снова оказалась на голове забрака. Улетела. Вернулась. Улетела. Люк погрозил белобрысому падавану пальцем, и на время атаки предмета постельного интерьера прекратились, но как только машина влезла по трапу в трюм, подушка вернулась на насиженное место.
- Кто-то сейчас допросится, – пообещал забрак, и в очередной раз избавился от мягкой капли. Алк опять фыркнул, спрыгнул через борт и одним взмахом ресниц отправил предмет обратно к остророгой голове. Ранзо поймал его в нескольких сантиметрах от цели, помял, взял за острый хвостик и вышел из машины. Пилот отодвинулся вдоль борта, и вытащил из кучи вещей кубик с перьями. Пока рассматривал, за что его понадежнее взять, едва не пропустил первый удар, но все-таки успел увернуться.
- Упс!
- Я тебя предупреждал? – хищно улыбаясь, осведомился Ранзо. – Так вот, кто-то допросился.
Из полосатого куба взвились выбиваемые перья.
- Мастер Люк? Что мне следует делать в подобной ситуации? – спросил ЭВО. – В принципе ее можно считать нападением, но вряд ли опасным для жизни.
- Созерцать, – ответил Люк, извлекая и-и-ос и неторопливо общипывая с него ворсинки. – Созерцать и наслаждаться.
====== Сопротивление ======
Ночи и дни звездных трасс – понятие относительное, связанное только с режимом экипажа и бортовым компьютером. Ночи и дни необжитых планет отличаются друг от друга, как сами эти планеты.
В этот раз ему не спалось, конкретно и как-то на диво мерзко. Иногда Люку казалось, что все гадости Галактики обязательно случаются или перед сном, или во время сна (чтобы все просыпались и начинали бегать, как укушенные), или как только проснешься.
ЭВО, отспоривший себе право жить в трюме, хотя большую часть времени проводил с остальными, давно ушел “к себе”, Ранзо с Алком мирно сопели уже часа два как, а предпоследний джедай все пытался разобраться, какого порга потребовалось на этот раз великой Силе. Или мудрому Йоде. Или еще неизвестно-кому, например Кайло Рену.
Он заставил себя расслабиться, отключить зрение, слух, обоняние и осязание, завис в чистом течении древней стихии. Нить, перетянутую, звенящую, едва-едва способную дотянуться отследил не сразу, но все-таки отследил, и это были не Рен, не Рей и даже не Чубакка. Звала Лея, неумело, ужасающе-криво, но звала. Причем теми же фразами, которые иногда Люку хотелось забыть, окончательно и бесповоротно.
Но я ведь дал вам фору, – едва не взмолился он. В одну сущность принял все выстрелы ударного корпуса Первых. Я, там и тогда, умер во имя твое, сестренка. Я отдал твоему посланцу книги, камни и все остальное, чем владел сам, даже меч. Почему как только что-то начало складываться к лучшему, ты снова требуешь его бросить и нестись спасать галактику, как травяная курица несется на помощь к выводку? И почему ты не пыталась докричаться с таким упорством десять лет назад? Пять лет? Хотя бы год? Почему прислала Рей, а не прилетела сама?
Потому что Сопротивление для Леи и есть выводок. Не Бен (иначе не сплавила бы мальчишку пусть и брату, но подальше), не Бонита (которой сейчас должно быть лет тринадцать, и которая вообще непонятно, кому досталась), и точно не Хан. Потому что дочь Энакина Скайукера не видит себя вне борьбы за размытую общественную справедливость, всем, каждому и громадным половником. А ему, как всегда, придется брать половник и расхлебывать сестренкино варево...
Мысли были привычными. Невеселыми, но давно лишенными эмоций – тот самый навязанный изнутри покой, который накрывает и душит, как слишком теплое одеяло. Он знал, что полетит. Что будет расхлебывать, и, возможно даже расхлебает, или растворится в Силе при попытке совершить очередное геройство.
Только с падаванами вставал очень неприятный вопрос. Бросить их обучение – нехорошо, обещал, да и не оценят они такого фокуса от мастера, а установившимися отношениями Люк дорожил, чего бы там не требовал доисторический кодекс.
Так их всех и растак! Да эти отношения “мастер-падаваны” было единственным, за что он цеплялся последние месяцы, на чем держался, но именно поэтому было феерической подлостью тащить их в очередной тускенский табор в Силой забытых бабаЯх и впихивать в пародию на армейскую структуру! Ранзо открытым текстом говорил, что за великую идею умирать не готов, а добрый веселый Алк... неужели он в прошлом не нахлебался приказов и гауптвахт?!
- Мастер?
Легок на помине... Белобрысый укрыл товарища поуютнее, и сел на краю кровати. Взъерошенный, сонный, но уже готовый хватать новый меч с небесно-синим клинком и становиться на чью-нибудь защиту. Он так напомнил Люку мальчишку, улетавшего с Татуина вместе с Оби-Ваном Кеноби, что Люк опять задумался об образце его ДНК.