Страница 16 из 18
— Благодарю, что спросили, — неожиданно вежливо сказал он. — С вашего последнего визита обучение усложнилось, однако я стараюсь так, как только могу.
— Это же просто замечательно! — похвалила она. — Хотела бы я, чтобы мой старший братец был таким же, как и вы!
— Что это за внезапная вежливость, о которой я даже и не подозревала? — шепнула я ему.
— Вежливым нужно быть только с теми, с кем это выгодно, — спокойно сказал Амо, сделав глоток молока**.
Чудесно. Значит со мной теперь еще и не выгодно общаться.
— Маа, почему ты не приезжала к нам так давно? — спросила Бент-Анат, сидя на коленях у Иситнофрет.
Ранее я как-то особо не замечала, но эта девочка умнее, чем кажется. Она понимает, что не может пока что выговорить имя «Маатнефрура», но если обратится просто «Маат», то это будет звучать как имя одной из Богинь Египта. «Маа» — идеальное сокращение для имени, да и сама принцесса явно не против.
— Я помогала своему брату Тудхалии, — сказала она. — Он вот-вот готовится стать царем и как старшая принцесса, я должна была помочь ему в этом.
— Извините, принцесса, — перебила я ее. — А у вас уже есть жених?
— К чему такие вопросы?
— Просто интересуюсь, — улыбнулась я.
На самом деле это было не так. Обычно подобные вещи меня не интересуют. Однако я прекрасно помнила, что Маатнефрура — третья жена Рамсеса, и хоть я больше не вернусь в будущее, особо сильно менять историю не хотелось бы.
— Есть, — словно бы гордясь, сказала царевна. — Мой жених является адмиралом хеттских войск и очень уважаемым человеком во дворце.
— Правда? Чудесно, — слегка расстроенно прошептала я.
— Я что-то не то сказала? — Маатнефрура словно читала мои эмоции по лицу.
— На самом деле нет. Я лишь хотела узнать — если бы у вас была возможность, то стали бы вы женой Рамсеса и четвертой царицей Египта?
Сказать, что ошарашены за столом были все — ничего не сказать. Даже всегда спокойный Амо, сидящий рядом со мной, поперхнулся молоком. Вообще-то я привыкла к такой реакции, ведь было это не впервые. Но когда принцесса звонко рассмеялась, изумив всех еще сильнее, подавилась уже я.
— Простите меня, Великая Госпожа Египта, — говорила она, слегка успокаиваясь и вытирая слезы. — Вы действительно невероятны! Я поражена.
— А? — не поняла я.
— Не каждая женщина, не то, что царица или Богиня, будет предлагать кому-то выйти за ее мужа. Так вы мало того, что предложили это, так еще расстроились, когда я сказала, что уже помолвлена.
Мне было нечего на это ответить. Принцессы пробыли еще пару дней, и подписав договор перед самым своим отъездом, покинули Египет. Можно сказать, что все прошло вполне успешно.
— Ну и что это была за выходка с женитьбой? — недовольно спросил у меня Рамсес за столом тем же вечером после отъезда принцесс.
— Почему же сразу выходка? Замужество с хеттскими царевнами могло укрепить наше перемирие, — сказала я, игнорируя его раздражительность. — Кстати говоря, вот эта моя «выходка» могла бы стать неплохим наказанием для твоего длинного языка.
— Что ты имеешь ввиду?
— «Между нами вспыхнули чувства и мы тут же сыграли свадьбу, ведь я такой Великий и Невероятный фараон, что смог заполучить в жены одну из наиболее почитаемый Богинь Египта блаблабла»! — передразнила я Рамсеса. — Как говорится, «око за око, зуб за зуб».
— Сомневаюсь, что так где-либо говорится, — съязвил Нирей. Возможно, он прав. Неуверенна, что в Древнем Египте эту фразу где-либо произносили.
— Нурия! — услышала я обеспокоенный крик Менеса, только что вбежавшего в зал. — Там…
— Что? В чем дело? — спросила я, но слегка опешила, когда поняла по его взгляду, что он не может сказать при других.
— Э… новенький… из Та-Не-Теру***…
— Что?!
Вскочив из-за стола и побежав за парнем, я перебирала всевозможные варианты. И только когда мы добежали до садов фараона, я чуть ли не свалилась на месте.
— Скучала, «моя Великая Госпожа»?
— Р…Райан?!
— Вот это да, ты впервые назвала мое имя правильно! Поздравляю, — встал со скамейки он и подошел ко мне.
Именно так в наше шоу вернулся этот гад Кремер. Знали бы вы, каким самоуверенным он казался в начале, и каким параноиком в конце.
— Говорил же, что везде тебя достану, — с довольной ухмылкой говорил он.
— Идиот, ты хоть понимаешь, что шансы твоего возвращения равны всего тридцати процентам?! — взбесилась я.
И вот так до него дошло, что в Египте нет никакой машины времени, вернуть он меня не сможет, и остается только надеяться, что мои родители догадаются вытащить его.
Ибо бросить я его не могла, мне оставалось лишь представить Райана как Анубиса — Бога с головой шакала или собаки, являющегося полной противоположностью Бастет. Сказать честно, меня поразила реакция фараона и остальных на него. Я думала, что они начнут боготворить его так, как боготворят меня, но видимо, у них были другие планы.
— Ты же не бросишь меня, пока я не вернусь, Нури? — прижался он ко мне, словно жалкий трус, окруженный врагами.
— Предлагаю казнить его, — недовольно сказал Рет, оттолкнув Райана от меня.
— Поддерживаю, — продолжил Менес.
— Нирей, пиши указ, — приказал Рамсес.
— Как скажете.
Конечно, указ о казни они не написали, однако все трое сверлили его взглядом так, словно он виновен во всех несчастьях мира.
На мне была повешена ответственность следить за ним, однако, насколько я понимала, получался замкнутый круг. Я глядела за Райаном, Рет, Рамсес и Менес в оба глаза следили за моей безопасностью, ибо «мало ли, что он сотворит», а перепуганный Райан с холодным потом на лбу смотрел на эту троицу.
Ну, посмотрим, что из этого выйдет.
*Этим Маатнефрура говорит Нурии о том, что та заслуживает уважения, однако властвует лишь Египтом, а не Хеттским Царством.
**В Древности молоко было одним из любимейших напитков египтян.
***Намек на то, что кто-то появился из будущего, как и Нурия.
========== Глава 12. Будни Бога смерти ==========
С появлением «Анубиса» моя жизнь приобрела новые цвета. Ранее я уже говорила, что семья Кремер владела несколькими научными академиями, а сам Райан был единственным наследником семейного бизнеса. Я смогла лишь на второй день узнать о том, что единственный не дающийся ему предмет был историей. На самом деле, это и было одной из причин, почему я могла бы сгодиться ему в жены.
— Мы бы дополняли друг друга! — восхищенно говорил Райан, плетясь за мной по дворцу с остальными. — Я — идеальный мужчина, умный, привлекательный, богатый. И… ты — просто женщина, знающая историю, которой так мне не хватает.
— Ладно, я согласна казнить его, — устало сказала я, довольная тем, что Нирей тут же достал свиток с пером.
— Нет, сто-ой!
Из-за проблемы с незнанием истории возникали некоторые неловкие ситуации. Например, на днях, когда мы с Райаном встретили в коридоре Нефертари, он по ошибке перепутал ее имя.
— Хей, Неирида*, как дела? — улыбнулся он царице.
— М? Кто это? — не поняла она.
— Идиот, это греческая мифология! — стукнула я его по голове, разозлившись.
Хотя, что-то хорошее в нем действительно есть. Райан сильно понравился близнецам, хотя они ему — не очень.
— У тебя голубые глаза! — восхищенно произносил Хаэмуас. — Прямо как у тети Тари**!
— Лучше, чем у тети Тари, хоть я и понятия не имею, кого именно ты имеешь ввиду! — гордо говорил он.
— А ты правда Бог смерти? — спрашивала Бент-Анат, просясь к нему на руки.
— Неужели я настолько красив, что меня сравнивают с Богом? — проигнорировал Райан девочку, улыбнувшись и встряхнув челкой.
— Нет, просто ты такой же глупый, как и Госпожа, — ответил Амо, не отвлекаясь от летописей, данных Ниреем.
— Почему ты не называешь МЕНЯ Господином? — раздраженно спросил Кремер.
— Потому что отец за что-то уважает Госпожу, а от тебя уже несколько раз пытались избавиться.