Страница 30 из 47
— Вы с ума сошли, — выдохнул один из железнорождённых. — Вы же сгорите живьём!
— Вот когда я сгорю, тогда и покомандуешь, — Теона охватила ярость. Опять его люди трусят! — А сейчас ты заткнёшься и поможешь мне доломать эти ворота. Иначе я вышибу из тебя дух! — с этими словами он замахнулся деревянным бруском.
Спорщик сразу испуганно съёжился.
— Простите… милорд… но я не могу дышать…
— Делай как я, идиот! — рявкнул Теон. — Закрой харю от огня и дыма и дуй сюда. Эй, вы двое, бездельники! Ну-ка давайте, помогайте деснице вашего короля! А то мой дядюшка вам языки вырежет.
В скором времени толпа железнорождённых доломала несчастные ворота.
— Ура! — завопил Теон, когда деревянные створки рухнули, и прямо сквозь огонь рванулся вперёд. За ним бежали его люди, прорываясь на территорию города. Тут же навстречу им ринулся большой отряд стражи.
— Убейте их! — крикнул Теон. — Убейте всех!
Но стража сбегалась со всего города. Весть о падении ворот быстро всколыхнула защитников, и они стали подтягивать туда своих людей. Теон с двадцатью храбрецами оказался окружён золотыми плащами.
— Сдавайся, Грейджой! — крикнул один из них.
Огненная точка появилась на небе и с диким рёвом стала приближаться. Горящий камень упал рядом с дерзким стражником, превратив его в катающийся по земле и вопящий от боли живой факел.
— Отойти! — крикнул Теон. — Пробиваемся обратно к воротам!
Рядом упало ещё несколько камней. Брызги горящей смолы попали Теону на лицо, но он даже не обращал внимания на адскую боль. Не замечал, что золотые плащи разбежались. Его взгляд был прикован к причалу, к которому подходили десятки кораблей Железного флота, изрыгавшие целое море огня. Корабли, окончательно решившие исход боя за Речные ворота.
Железный флот смог покончить с проклятой цепью и теперь шёл на выручку.
— На корабли! — крикнул Теон. — Пусть наш флот сожжёт тут всё.
В городе разгорался ужаснейший пожар, в пламени которого замолчали городские катапульты. Стражники со всех ног покидали опасное место; то же самое сделали и осаждавшие.
— Что дальше, милорд? — к Теону подошёл Марден. — Ворота разрушены, стража разбежалась. Но мы не сможем пройти через это пекло.
Теон задумчиво посмотрел на горящий город, вспоминая Ланниспорт.
— Ждать. Вечно гореть оно не будет. Да и у нас всё равно не хватит сил, чтобы занять город. Я считаю, основное дело мы сделали. Пошли гонца к дяде — пусть скажет ему, что победа за нами и что ворота пали.
— А про «Молчаливую»?
— Я сам скажу, — нахмурился Теон.
Вокруг Драконьих ворот шёл яростный бой. Золотые плащи и Золотые Мечи отбивали все атаки Безупречных; на вылазки осаждавшие отвечали конными атаками дотракийцев. Гарри Стрикленд был ранен в руку, но оставался в строю; сиру Джейме Ланнистеру повезло меньше — горящий камень из катапульты осаждавших поджёг его одежду, и его, сильно обожжённого и без сознания, унесли с поля боя. Силы осаждавших таяли, а пожар, всё больше и больше распространявшийся по городу, затруднял положение осаждённых, отравляя их дымом. Неожиданно к Стрикленду прискакал раскрасневшийся от жара всадник.
— Сир… Речные ворота! Они пали! Там всё горит, Грейджои подожгли всю южную часть города… их кораблей было слишком много! Нам не удержать их, мы делали что могли… Там ужас! Весь город горит!
— А ну не трусить! — рявкнул Стрикленд. — Так, Хайден, Моран, Стью — берите своих людей и оцените там обстановку. Пока горит пожар, люди с кораблей вряд ли смогут пройти вглубь города, но лучше перестраховаться. Остальным оставаться здесь! Стоять на месте! Взгляните, мы уже пятый час отражаем атаки целой орды неприятеля, и до сих пор у них ничего не получилось! Стоять на местах! Приближается таран — давайте, как обычно, облейте его смолой!
Грозный рык командира сделал своё дело, и защитники города снова начали атаковать осаждаювших. Из группы Безупречных, которые несли таран, раздались вопли боли, когда на них обрушился дождь из горящей смолы. Однако Безупречные не бросили таран и продолжили движение.
— Вперёд! — крикнул Серый Червь, держась за обожжённое лицо. — Вперёд, бойцы! За нашу королеву! Ворота уже дрожат! Ещё чуть-чуть!
Безупречные видели, как изуродован их командир, и не могли проявить слабость перед ним. Терпя невыносимую боль, они продолжали идти вперёд.
— Серый Червь ранен! — крикнул один из них. — Все сюда! Он умирает!
— Зачем… — прохрипел Серый Червь.
— Увидишь, — улыбнулся ему крикнувший.
Ряды Безупречных всколыхнулись. Тысячи солдат с рёвом бросились к воротам, услышав, что их любимый командир почти убит проклятыми защитниками замка. И в тот самый момент, когда Серый Червь уже понял, что теряет сознание от ожогов и боли, к нему подбежали несколько человек и взвалили таран себе на плечи.
— Катапультой их! — крикнул Стрикленд. — Они подставились!
Но катапульты промахнулись. Камни упали либо не в толпу Безупречных, либо на самый её край, почти не нанеся урона. Ворота содрогнулись от тяжёлых ударов.
— Держать ворота!
Держать ворота не получилось. На четвёртый удар раздался страшный треск, и огромные ворота бессильно распахнулись, впуская толпу разъярённых осаждавших.
Тысячи Безупречных и дотракийцев ринулись в город. Им навстречу вышли Золотые Мечи и городская стража. Стрикленд бросил в бой все силы. Страшные боевые слоны кинулись топтать врагов; конница Золотых Мечей рассекала забегавших в город противников, а пешие наёмники добивали уцелевших. Осаждавшие гибли и гибли, но их было слишком много, и когда в дело вступила основная масса дотракийских конников, перевес начал склоняться на сторону осаждавших.
— Жители Семи Королевств!
Уже готовые дрогнуть и побежать Золотые Мечи и золотые плащи замерли, слушая голос появившейся среди них стройной женщины на белом коне, облачённой в золочёные доспехи с золотым львом на красном фоне. Осаждавшие тоже невольно остановились, завороженные этим зрелищем.
— Мои подданные! — крикнула королева Серсея. — Вы храбро сражаетесь и готовы умереть за… нет, не за меня! А за Семь Королевств! За наш народ! За Вестерос, за всё, что нам так дорого! Мои подданные! Я, ваша королева, не оставлю вас в этот страшный час. Перед нами страшная орда иноземцев. Рабы-евнухи из Эссоса! Дикари-кочевники, пришедшие сюда грабить и убивать! Как только не станет вас и меня, они пойдут и изнасилуют ваши семьи, сожгут ваши дома, как они уже начали жечь! — Серсея обвела рукой панораму полыхающего города, и её лицо с горящими глазами словно осветилось огнём этого пожара. Даже видавший виды Гарри Стрикленд восхищённо смотрел на королеву. — Мой брат храбро сражался и лежит раненый в Красном Замке с обширными ожогами. Не надо отчаиваться! С вами я! Ваша королева! Ваш полководец! Отныне и навеки!
— Отныне и навеки! — крикнули осаждённые.
Град стрел со стороны неприятеля обрушился на осаждённых. Две стрелы пролетели совсем рядом с Серсеей, но она не повела даже бровью.
— Вперёд! — прокричала королева, обнажая меч.
— Ура!
Защитники Королевской Гавани ринулись вперёд с новыми силами, сметая осаждавших, выгоняя их из города и тесня дальше, за пределами городских стен.
— Стойте! — бормотал обессиленный Серый Червь, пока его оттаскивали двое Безупречных. — Стойте! Не отступайте!
— Мы проиграли, — сказал ему один из товарищей. — Серый Червь, мы проиграли. Надо отойти. Мы должны сохранить войско.
На главном фронте защитники Королевской Гавани праздновали победу. Радовались солдаты на стене. Радовались солдаты у ворот. Радовался Стрикленд. Радовалась сама королева Серсея, забыв о титулах и приобняв лидера наёмников, сверля его недвусмысленным взглядом. Их губы слились в жарком поцелуе под одобрительные хлопки и грубые шуточки солдат. Но тут их прервал другой женский голос, выкрикнувший только одно слово.
— Дракарис!
Королева Дейенерис до последнего надеялась, что этого не придётся делать. Ей на самом деле не хотелось сжигать сотни тысяч людей в огне. И вести от Теона Грейджоя настроили её на оптимистичный лад, ведь, несмотря на преграждавшие залив цепи, его корабли смогли пробиться к берегу и уничтожить Речные ворота. Однако практической пользы из этой победы извлечь не удалось, поскольку вся южная часть города была объята пожаром, и люди Теона не могли нормально зайти в город, во всяком случае пока пожар не утихнет. Оставалась ещё надежда на Драконьи ворота. Дейенерис смотрела издали за ходом битвы, восседая на Дрогоне; за её спиной сидел Эурон.