Страница 23 из 58
Расплатившись с цыганкой, Грейс сказала:
- Пойдем, а то мы опоздаем и дома будут беспокоиться.
Сунув деньги в карман, цыганка вновь уселась рядом с корзиной, а мы отправились домой.
- Нам не следовало около нее останавливаться, - сказала Грейс. - Все это - сплошная чепуха.
- А обошлось дорого, - заметил Джек. - На эти деньги можно было купить целых шесть имбирных пряников и еще розового сахарного поросенка.
- Да, это было глупо с нашей стороны, - признала Грейс.
Ее голос был холоден, а лицо - чужим. Конечно, Грейс могла называть все это чепухой, но, на мой взгляд, цыганка напугала ее.
Я оглянулась, цыганка все еще сидела у обочины и глядела нам вслед.
***
Я рассказала матери о случившемся:
- Цыганка пообещала Морвенне и мне, что мы отправимся в Лондон и найдем себе богатых мужей.
- Ну, в свое время ты туда поедешь, но придется еще подождать., Что касается богатого мужа, поживем - увидим.
- По-моему, она сильно расстроила мисс Гилмор, говорила ей о каких-то неприятностях...
- На их болтовню не следует обращать внимания.
- Только когда они говорят что-нибудь приятное.
- В этом-то и весь смысл гадания, - улыбнувшись, сказала мать. Кстати, скоро мы действительно поедем в Лондон по поводу новой одежды. Не хочется выглядеть там старомодными: то, что сойдет здесь, может плохо выглядеть в Лондоне.
Пусть Грейс попробует сделать тебе платье из голубой льняной ткани, как раз твой цвет.
Грейс очень хотелось справиться с этой задачей. Она пришла ко мне в комнату с выкройками, прихватив с собой ткань:
- Я думаю, по рукавам можно пустить немножко вышивки, как на этой картинке. Вам не кажется, что это выглядело бы мило? Я думаю, лучше светло-коричневой, совсем светлой. Это будет хорошо.
- Да, наверное. У меня есть шарфик, который, по-моему, очень подойдет к голубому. Он должен лежать в том ящике, что позади нас.
Наступило молчание. Грейс рассматривала что-то, лежавшее в ящике, потом достала оттуда кольцо, которое я нашла возле пруда. Тогда, вернувшись домой, я сунула его в ящик и забыла о нем.
- Золотое кольцо... - произнесла она. - Это ваше? Меня охватило неприятное чувство, как бывало всегда, когда что-то напоминало мне о том дне.
- Ах, это... - замялась я. Я протянула руку и взяла кольцо. - Это.., я нашла его.
- Нашли? Где?
- Это было.., в тот день, когда со мной случилось несчастье. Да, теперь я вспомнила. Я подобрала его и совсем забыла.
- На берегу?
Я нахмурилась, как бы пытаясь припомнить, хотя слишком хорошо помнила каждую деталь того, что случилось в этот ужасный день.
- Когда? Когда вы упали?
- Да.., да.., должно быть, я упала.., и там лежало кольцо.
- На берегу? - повторила она. - И тогда вы подняли его? Почему?
- Я не знаю. Я всегда поднимаю все, что попадается. Наверное, я сделала это, не подумав. Вообще мне трудно вспомнить. Должно быть, я увидела кольцо, подняла его и сунула в карман.
- Оно довольно милое. По-моему, золотое. Что вы собираетесь с ним делать?
- О, ничего...
- А вы не думали вернуть его владельцу?
- Я же не знаю, чье оно. Не думаю, что оно могло принадлежать кому-нибудь из рыбаков, да они и не могли бы потерять его там. Полагаю, его потерял кто-нибудь из посторонних и давно позабыл о нем.
- Если оно вам не нужно, можно мне взять его?
- Конечно.
Грейс надела кольцо на указательный палец правой руки:
- Оно подходит только на этот палец.
Я достала шарф, и мы начали прикладывать его к ткани, однако мысли мои были совсем в другом месте.
Мисс Гилмор тоже казалась несколько рассеянной...
Грейс Гилмор очень хорошо держалась в седле, и мать разрешила ей сопровождать меня на верховых прогулках.
- Анжелет у нас такая независимая, - говорила она. - Она очень любит скакать в одиночку, но теперь я предпочитаю, чтобы рядом с ней кто-нибудь был.
Грейс Гилмор не имела ничего против. Вообще ей нравилось участвовать в событиях, ставящих ее на одну ногу с членами семьи.
Однажды мы ехали верхом по берегу и оказались возле старого лодочного сарая. Грейс вдруг остановила лошадь.
- Должно быть, вы нашли кольцо где-то здесь? спросила она.
Я кивнула. Мне не хотелось лгать, но это было необходимо.
Она взглянула на лодочный сарай и дальше - туда, где виднелась гавань, потом сняла с руки кольцо:
- Взгляните на инициалы внутри кольца. Вы их заметили?
Нет, я не разглядывала его. Даже не знаю, зачем я подобрала его и сунула в карман. В общем-то я больше о нем и не вспоминала.
- Ну, конечно, вы ведь болели.
Так вы видите инициалы?
Она передала мне кольцо. Внутри него были выгравированы буквы: М. Д. и В. Б.
- Интересно, что это значит? - спросила я. Грейс молча забрала у меня кольцо.
Какую глупость я совершила, подобрав его. Если бы я попыталась вернуть его владельцу, все узнали бы, где я нашла его. Могло ведь случиться так, что его владелец никогда и не подходил к морю. Бен говорил об уликах, а вот это и могло быть уликой. И зачем только Грейс нашла его? Я бы, конечно, выбросила кольцо, если бы вспомнила о нем, а помнить мне следовало. Когда впутываешься в темные дела, нужно вести себя осторожно.
Следующие слова Грейс заставили меня вздрогнуть:
- Эти инициалы М. Д. Как звали человека, бежавшего из Бодминской тюрьмы?
- Я.., я не помню...
- Его звали Мер вин Данкарри. Вы понимаете теперь, что значит М. Д.?
- Существуют тысячи людей с такими же инициалами.
- Должно быть, он был здесь, на берегу. Я почему-то уверена, что это его кольцо.
- А кто же В. Б.?
- Полагаю, женщина, у которой хватило глупости влюбиться в него.
Некоторое время Грейс рассматривала кольцо, лежавшее на ее ладони, а затем вдруг размахнулась и швырнула его в море.
- Я не могла бы носить на руке кольцо убийцы, верно?
- Конечно, - с готовностью подтвердила я.
Она и предполагать не могла, как меня обрадовала судьба, постигшая кольцо. Ведь я уже думала о нем, как об улике, обвиняющей меня.
СВАДЬБА В ДАЛЕКИХ КРАЯХ
Наконец, состоялся давно откладываемый визит в Лондон к дяде Питеру и тете Амарилис.
Шел 1854 год, и мне уже исполнилось двенадцать лет. Как обычно, к таким поездкам готовились тщательно и задолго. Грейс Гилмор сшила новые платья для меня и матери, особенно хорошо ей удалось мое платье из голубого льна. Грейс стала почти членом нашей семьи. Она взяла на себя заботы о гардеробе матери и научилась делать ей прически для любых случаев жизни. Ее не считали обычной камеристкой, мать питала к ней самые теплые чувства и всегда была готова прийти на помощь. А Грейс, горячо проявлявшая свою благодарность, сумела стать практически незаменимой.