Страница 91 из 110
========== Глава 46 ==========
В ситтин Стив не вошел, а заполз, чувствуя, что все, он полон впечатлениями до краев, а сил, наоборот, не осталось совсем. К нему тут же прискакали коты и обнюхал Тимур, на секунду оторвавшийся от приветственных объятий с Денисом. Стив подхватил на руки Барона, пытающего вскарабкаться ему на плечи. Прыгать с покалеченной задней лапой было неудобно, поэтому кот вовсю пользовался когтями. Он обнял Стива за шею, замурчал и положил голову на плечо.
Стив шагнул в гостиную, опустился в кресло. Мыться и отдыхать — позже, сейчас нужно перевести дыхание.
Туу-Тикки подошла к нему, погладила Барона и поцеловала Стива в щеку.
— С первым путешествием тебя.
Она села в кресло напротив и взялась за вязание.
— Закончила Баки свитер, но до следующей зимы ему не пригодится, — сказала она. — Уже весна. Тепло.
Стив покраснел.
— Спасибо. Баки еще… линяет?
К Барону на коленях добавилась Юми на спинке кресла и Баста, потершаяся боками об его ноги.
— Да, еще не приходил. В этот раз он глубоко нырнул, — Туу-Тикки быстро соединяла крючком два вязаных полотна. — Он все правильно делает. И ты все правильно делаешь.
— Мам, я пива тебе привез из Карлаги, — Денис занес бочонок в дом. — Налить?
— Налей, пожалуйста, солнышко, — улыбнулась ему Туу-Тикки.
— Я рисовал много, — сказал Стив. — Мы останавливались часто, я хотел то одно рассмотреть, то другое. Как Денис меня еще не покусал за вечное дергание, не знаю.
Стив улыбался. Он и правда, как ему казалось, замучил парня своими требованиями то живописный обрыв посмотреть, то в пещеру заглянуть, то проторчать часа четыре у озера с водопадом. У Стива даже был рисунок купающегося Дениса: тот полез в воду, пока Стив делал набросок за наброском, а потом и самого Стива уговорил поплавать.
Как оказалось, Стивен Роджерс нисколько навыков не растерял, но догнать Дениса в воде так и не смог. Стив рассмеялся тому, как легко он повелся на вечное «а кто быстрее во-он до того камня и обратно?»
— И мы выяснили, что я плаваю, как черепаха, и не могу сам находить перекрестки.
— Если бы Денису что-то не понравилось, он бы тебе сказал, — заверила Туу-Тикки. — А водяные черепахи отлично плавают.
— Но не как боевые киборги, — Денис подмигнул Стиву и поставил на столик перед Туу-Тикки кружку с темным пивом.
— Спасибо, солнышко, — кивнула ему Туу-Тикки. — Тебе когда на смену?
— Вечером. Сейчас пойду посплю — и на Звездочку. Надо будет для Стива и Баки экскурсию туда устроить.
— Раз тебе на работу, то можно было бы раньше вернуться, — обеспокоился Стив. — А еще надо будет съездить втроем куда-нибудь, ты хотел пригласить Баки с нами.
— Съездим, — пообещал Денис. — Все у нас будет. За меня не беспокойся, я на Дороге почти не устаю. Мам, а где папа?
— У него мáстерская сходка, он поздно вернется. Готовят новую игру по «Драконам Югориссии». Ты не читал?
— Неа. Папа мастерит?
— Нет, пойдет игротехом.
Стив жалобно посмотрел на Дениса и Туу-Тикки.
— Я ни слова не понял, кроме того, что Грен куда-то уехал.
— Он ролевик, — объяснила Туу-Тикки. — Начинал как рядовой игрок, потом прокачался до мастера — организатора игр, и игротехника — того, кто следит за механикой игры. Уже весна, скоро начнется сезон. В сезон Грен ездит на восемь-десять игр. Играет, организовывает, следит там за всем. Съездит на пару-тройку конвентов. А зимой он пишет статьи и аналитику по прошедшим играм.
— Это хобби, — добавил Денис.
— Костюмы в его кабинете — это оттуда, для игр? Красивые.
В одном из миров Стив не удержался. В витрине магазина на манекене была выставлена кожаная жилетка, вся в клепках и совсем без пуговиц и молний, застегивалась на ремешки с крупными латунными пряжками. Ему повезло, что здесь были в ходу дорожные деньги и можно было обменять. Стив специально уточнил после того, как Денис заплатил за них в Карлаги.
— Да, оттуда, — кивнула Туу-Тикки. — Мне кажется, на одном Грене держится весь бизнес его портного. Восемь костюмов в сезон — это много.
— И дорого, — добавил Денис. — Хотя я и так знаю, что ты скажешь «не дороже денег».
— Кое-что я и сама ему шью, — улыбнулась Туу-Тикки. — Плащи, туники, котты, рубахи.
Стив ни разу не видел Грена в игровом облачении. Вот как стреляет из лука — видел. Наверное, это еще красивее, чем в обычной одежде и в студийном кресле.
Глубоко вздохнув, Стив поднялся из кресла, ссадив на пол кота.
— Я голоден, как стая волков. — Он посмотрел на экран телефона. — Туу-Тикки, Денис, что приготовить? Только что-то простое!
Хоть макароны с тушенкой, подумалось Стиву. Он бы не отказался.
— Обед почти готов, — ответила Туу-Тикки. — Поедим вчетвером. Алька еще в школе.
После ванны Стив, все еще ощущая на коже хвойный запах, взялся разбирать рюкзак. Жилетка заняла место в шкафу, грязная одежда отправилась в стирку. Главным богатством Стив считал свой скетчбук, полностью заполненный набросками. Несколько особо удачных он обязательно напишет полноценными картинами, а наброски обязательно посмотрят всей семьей.
Семья… У него есть семья. Это так чудесно и странно. Они с Баки больше не одиноки. Не одни против всего мира, против системы. У них есть больше, чем команда — у них есть семья. К которой можно прийти и с радостью, и с печалью, и с тем, что озадачивает и пугает. А таких вещей накапливалось, не пугающих, нет, а вот удивляющих и смущающих — много. Вот Туу-Тикки. Зачем она его поцеловала? Пегги была влюблена, Романофф целовала его для прикрытия — и это было как положено, откровенно, напористо и ни капельки не возбуждающе. Так же, как и поцелуй с Шэрон. Поцелуи бывают и просто так? Без сексуального подтекста? Стив не помнил, чтобы Сара Роджерс его целовала.
Стив задумался. Так, как его — просто в щеку — Туу-Тикки целовала и Альку, и Дениса. Никогда Брана. С Греном она порой целовалась… смущающе. А вот миссис Барнс целовала своих дочерей. Не сына. Странно это все и непонятно. Все эти прикосновения, объятия, поцелуи. И все это так просто, так привычно для всех…
Роджерс пролистал несколько страниц с пейзажами, рассмотрел еще раз наброски с охотой. Длинноногий песочно-серого цвета зверь с узким телом гнался за кем-то, кто делал фантастические прыжки и планировал на натянутых между лапами кожных складках. Длинный хвост хищника, с черным кончиком и полосками, только и мелькал в высокой траве. Стив уже думал, что добыча уйдет, но преследователь, совершив невероятный по высоте прыжок, сбил летуна. Оба покатились в траву, а до Стива донесся отчаянный крик жертвы. На наброске зверь как раз выпрыгивал вверх и тянулся к однотонному боку длинноухой добычи.
А вот Денис, выходящий из воды и отжимающий волосы. Сухощавый, длинноногий, широкоплечий. Капельки воды на бледной коже в веснушках. Узкая талия. Ничего лишнего, ни капли жира. С него можно было бы рисовать классического Гермеса — аллегорию юности. Вот он же со спины — удивительно красивый. Даже обычные для большинства людей подъягодичные складки на переходе от ягодицы к бедру отсутствуют — так проработаны мышцы. Сухо, скупо, лаконично. Идеально.
Если бы Стив любил скульптуру чуть больше, точно попросил бы Дениса позировать. Что-то в духе «Укрощения Буцефала». Юный Александр, один против беснующегося вороного гиганта… Баки говорил, что можно будет посетить конюшню, но там фризы, а Стив еще в Мидгарде читал, что это северная и довольно молодая порода. Буцефал не мог быть могучим северным фризом, а в пустынных породах Стив не особо разбирался. Арабский конь или текинец.
А может, и правда попросить? Купить сначала скульптурного пластилина, сделать модель. Не получится — не страшно. Но Стив чуял, что сил на это вполне хватит.
Некстати вспомнился педагог по античной скульптуре, говоривший, что мастер лепит и любит свою модель пальцами, узнает натурщика лучше, чем любовника.