Страница 6 из 80
Я последний раз посмотрела на своё отражение, проверила всё ли в доме в порядке и вышла на улицу. Маркус снял мотоциклетный шлем и держал его в руках, не отрывая от меня своего игривого взгляда. Я закрыла дверь на замок и пошла ему навстречу. Его новый и супердорогой мотоцикл всегда смотрелся немного нелепо в этом районе, где каждый дом считался культурным достоянием. Мой дом тоже не был исключением. Папа всегда любил называть его фамильной усадьбой. Тут жили ещё его прадед и пробабка. И с того времени в доме мало что изменилось. По старинным стенам из серого камня расползались ветви плюща и казалось, что природа того и гляди проглотит наш дом. Остроконечные крыши дома напоминали собой башенки старинного замка. Дорожка, ведущая от дома, вымощенная камнем уже изрядно просела и между камней начала прорастать трава. Мне нравилась эта старина, но были дни, когда мне казалось, что этот дом и город в целом, законсервировали много веков назад. Всё новое здесь приветствовали крайне неохотно. И поэтому мотоцикл Маркуса сейчас выглядел так, словно прилетел из далёкого будущего.
— Привет, красавица, — Маркус привлёк меня к себе и прижался к губам в тёплом поцелуе. От него пахло мятой. Сейчас он выглядел ещё более привлекательно, чем утром. Спортивные штаны он сменил на чёрные джинсы. А вместо футболки надел тонкий серый свитер под горло и поверх этого кожаная куртка тёплого коричневого оттенка. Волосы выглядели так, словно их целый час укладывал стилист. Под яркими лучами солнца, они переливались и казались гораздо светлей, чем были на самом деле.
— Куда ты меня повезёшь?
— А куда бы тебе хотелось?
— Ты обещал меня накормить, так что я всё ещё на это надеюсь.
— Тогда садись, — Маркус протянул мне второй шлем и помог его надеть, аккуратно затянув все ремешки. Каждый раз, когда он это делал, всё моё тело замирало. В его жестах чувствовалась нежность и забота. Он никогда не позволял сесть мне на мотоцикл без шлема. И это меня подкупало.
После того, как я села позади него, он обхватил мои ладони и опоясал их вокруг своей талии. Мне пришлось немного придвинуться, чтобы крепче за него ухватиться.
— Готова? — спросил он, и когда я кивнула, надел на себя свой шлем.
Вскоре мы уже неслись по старым улицам города, нарушая всеобщую тишину. Редкие пешеходы бросали на нас недовольные взгляды. И только добравшись до центра города, где круглый год обитали туристы, мы получили возможность скрыться в толпе. Хоть сейчас в городе не было студентов, поток туристов не иссякал. Маркус припарковал свой мотоцикл и, взяв меня за руку, повёл через собравшихся людей. Скоро вся страна собиралась праздновать день рождения королевы Великобритании, и город уже готовился к этому яркому событию. Магазинчики и лавочки уже украсили флажками и гирляндами. На главной площади выступали уличные артисты. Некоторые пели песни или играли на музыкальных инструментах. Здесь же стояла небольшая стойка, изображавшая мини-сцену, за которой мужчина показывал детям кукольный театр. Вокруг него уже собралась небольшая толпа разных возрастов, с интересом наблюдая за спектаклем.
Мы прошли мимо них, и Маркус завёл меня в узкую улочку, в недрах которой спрятался паб, о котором знали только местные жители. Мы миновали скрипучие двери и словно попали в другой мир. Из музыкальных колонок лилась старинная мелодия. Официантки ходили в длинных коричневых платьях в пол с белыми фартуками, а на головах носили косынки такого же оттенка, что и платье. Столы были сделаны из дерева и выглядели так, словно им не один век. Рядом с ними стояли скамейки со спинками такие же древние, как и всё вокруг. Здесь словно время остановилось в восемнадцатом веке. Народа тут было не много и все завсегдатае. Мы прошли мимо барной стойки, и Маркус кивнул бармену, одежда которого напоминала костюм баварского пивовара.
— Давай сядем тут, — попросила я, указав на свободное место в дальнем углу паба. Тут было практически темно, если не считать тусклого света от свечей. Мне нравилась эта атмосфера старины, здесь всегда можно было укрыться от реальности и представить себя кем-то другим, нежели ты есть. Всем нам порой не мешает сменить свою повседневную маску.
Когда мы устроились за столиком, к нам подошла официантка и протянула меню на специально состаренной бумаге. Я выбрала яблочный крамбл с вишнёвым сиропом и молочный коктейль. А Маркус заказал пастуший пирог и пинту имбирного пива. Пока мы ели, народа в пабе прибавилось, многие пришли пообедать, как и мы, и стало гораздо шумней.
— Отец интересовался, придёшь ли ты на его юбилей. Ты же знаешь, как он тебя любит. Порой я начинаю ревновать, — Маркус изобразил по-детски обиженную физиономию, чем вызвал у меня приступ смеха.
— Не волнуйся, как бы твой папа не был очарователен, тебя я всё равно люблю больше, — я наклонилась к нему и поцеловала его в губы, — а своему отцу скажи, что я обязательно приду. Разве я могу пропустить такую грандиозную вечеринку.
— Хорошо. Готова идти?
— Конечно, — я кивнула, и Маркус протянул мне руку, поднимая с места. На ходу он достал бумажник из заднего кармана джинсов и положил на стол пару крупных купюр. После мы покинули паб и, петляя по узким улочкам Дарема, вышли к реке Уир. По её берегу шла небольшая тропа, спрятавшаяся за кустарниками с одной стороны и деревьями с другой. Здесь стояли красивые кованые скамейки через каждые десять метров. На одной из них сидела парочка преклонного возраста. Видимо муж и жена, слишком долго прожившие вместе, что стали похожи на один общий организм. Мы прошли мимо них, и за всеми этими морщинками и облаком седых волос я уловила то, как мужчина смотрел на свою любимую. Взгляд полный обожания и нежности не отрывался от её лица. А руки, переплетённые между собой, словно ветви деревьев, кажется, никогда и не расставались. Я улыбнулась, и всё моё тело наполнилось каким-то теплом, глядя на это изображение любви, прошедшей, через время. Я всегда верила в истинную любовь. Передо мной на протяжении многих лет было подтверждение того, что она существует. Мои родители даже сейчас обнимали друг друга с неким трепетом; держались за руки на прогулке; шептали друг другу на ушко всякие мелочи, от которых мама постоянно хихикала, как девчонка. Папа не забывал ни одной важной даты, стараясь сделать для мамы что-то необычное и запоминающееся. Он всегда боготворил её, а она его. И это поистине волшебное зрелище. Не всем удаётся встретить свою любовь. И уж тем более сохранить это чувство на долгие годы.