Страница 36 из 80
— Прости, Зак, я не хотела, думала это кто-то другой, — лепетала я, переминаясь с ноги на ногу. Хотелось сбежать отсюда как можно скорей.
— Так вот как ты проводишь свободное время, колотишь людей? — с вызовом спросил он, выпрямляясь и упираясь в меня пристальным взглядом. Я не знала что сказать, просто стояла и смотрела на него. В этих простых спортивных штанах и серой футболке, с влажными от пота волосами он был не похож на того Зака которого все видели день за днём. Мрачный, неразговорчивый парень, внебрачный сын Алистера Белла. Сейчас он был просто Заком.
— Прости, Зак, мне, правда, жаль. Вся эта обстановка вокруг раскалила меня до предела. Сложно держать себя в руках, когда происходят такие ужасные вещи.
— Да уж, держать свои руки на месте ты точно не можешь. Я и не знал, что у тебя так хорош хук справа, — Зак хмыкнул и уголок его рта приподнялся в насмешливой ухмылке.
— Я ведь уже извинилась, долго ты ещё будешь надо мной смеяться? — возмутилась я, но получив в ответ очередную ухмылку, развернулась и пошла дальше. Пошёл мелкий дождик, и я накинула капюшон толстовки на голову.
— Эй, подожди! — крик Зака нагнал меня раньше, чем он сам оказался рядом со мной. — Ну, прости, ладно. Ты же знаешь, иногда я перегибаю палку. В нашей семье роль милого и доброго мальчика играет Маркус. А я тот, что всех достаёт своими подколами и чёрными шуточками.
— Знаешь, очень хорошо всё время прикрываться этими масками. Я плохой. Не подходи, а то убьёт. И даже не пытаться хоть как-то себя исправить. Неужели тебе нравится строить из себя нелюдимого отшельника, который всех ненавидит?
Я опять вела себя, как стерва, но это уже стало привычкой в присутствии Зака. Я посмотрела на него, продолжая идти дальше. Он выглядел спокойным, казалось, что мои слова его никак не задели. Может быть так и есть, а может, он просто хороший артист.
— А ты никогда не задумывалась, что я такой и есть? Я живу в доме, где меня в лучшем случае не замечают, а в лучшем каждый раз пытаются оскорбить. Да там мало кто заслуживает того, чтобы их любить. Я не собираюсь улыбаться этим прогнившим людишкам, которые своими острыми фальшивыми улыбками вполне могут вскрыть мне глотку. Они ненавидят меня, а я ненавижу их. Всё честно. Разве нет? — Заккари пожал плечами и посмотрел на меня в ожидании ответа.
— А как же Маркус? Он ведь любит тебя. И твой отец, он хороший человек.
— Маркус лишь жалеет меня, как ребёнок, подобравший на улице полуживого котёнка и выходивший его. Может он и думает, что любит меня. Но для меня он мой брат лишь по крови, да и это почти не считается. А отец… Да, он хороший человек в какой-то степени. Но хороший ли он отец? Вот это уже другой вопрос.
Зак замолк и дальше мы пошли в полной тишине. Я обдумывала его слова, а он наверняка снова вспоминал свою нелёгкую жизнь. Да он рос в обеспеченной семье. Он никогда не нуждался в деньгах, Алистер всегда снабжал сыновей приличными суммами. У каждого из них был огромный счёт в банке. Но разве можно купить за деньги счастье, или любовь, даже простое уважение? Нет, настоящие чувства не купишь ни за какую валюту.
— Я вовсе не хотел тебе жаловаться. Не пойми меня неправильно. Просто я ответил на твой вопрос. Я не хочу, чтобы меня жалели, тем более ты.
— Ну конечно, это наверняка повредит твоему образу плохого парня. Неужели девушки всё ещё на это ведутся? — я попыталась перевести наш разговор, потому что от напряжения, внезапно возникшего над нами у меня начало сводить зубы.
— Конечно, все без ума от плохишей. Так что мне нужно держать марку, — он провёл рукой по волосам с таким наигранно самодовольным лицом, что я не смогла сдержать приступ смеха. Спустя мгновение Заккари тоже рассмеялся. Остальной путь мы проделали в уютной тишине. Моросящий дождь закончился, и небо снова озарилось солнечными лучами. Мы сделали круг по парку, и вышли к реке. Лёгкое облако тумана парило над серебристой водной гладью. Течение здесь было спокойное и ровное. Около противоположного берега плавали три утки, время от времени ныряя под воду и возвращаясь с мелкой рыбёшкой.
— Знаешь, мы ведь можем находиться рядом друг с другом и не ссориться, ты заметила? — игриво улыбаясь, обратился ко мне Зак. Тут у спуска к реке были расположены ступеньки, изрядно заросшие и местами раскрошившиеся от старости и мы сели на самую верхнюю из них.
— Да, для этого просто нужно держать язык за зубами. Когда ты молчишь, ты не кажешься таким отъявленным засранцем.
— То же самое могу сказать и о тебе, — кивнул Зак, широко улыбаясь, за что и получил от меня локтём в плечо. — Ладно, шучу.
Снова воцарилось молчание. Я всё ещё чувствовала небольшую неловкость в компании Зака, но уже не тряслась от ужаса, как раньше. Мимо нас медленно проплыл старичок на деревянной лодке с набором удочек всех мастей. Чем напугал троицу уток, и они как по сигналу рванули с места и упорхнули, оставив круги на воде.
— Мне пора, мама будет волноваться, — сказала я, поднимаясь на ноги и отряхивая штаны от мелких песчинок.
— Конечно, — Зак кивнул и тоже встал, он был выше меня на целую голову, но сейчас стоял на ступеньку ниже и наши лица находились на одном уровне. Его пристальный взгляд изумрудных глаз проникал в самую душу. Я опустила голову, чувствуя себя при этом как-то странно. По коже пробежали мурашки, и я убрала руки в карманы толстовки. Я не знала, что сказать и Зак тоже не пытался разрядить обстановку. Мы просто стояли в утренней тишине. Зак смотрел на меня, я чувствовала это, но не поднимала голову, вместо этого я усердно разглядывала свои ноги и ковыряла носком кроссовка землю, пиная мелкие камушки.