Страница 25 из 56
– Ну, как? Спасаешь нас от гнусной поросли, беспощадно рубишь ее. – Попытка съехидничать над товарищем возымела эффект в группе после того, как Блант подкрепил свои слова беспорядочными, передразнивающими взмахами своего меча.
– Сейчас ты нас будешь спасать, – скрывая проступавшую на лице улыбку, пригрозил Гелмор.
Группа опять оживленно отреагировала на шуточную склоку смехом, пока их вынужденно не прервал Танар, призвавший к тишине. Он смотрел вперед, где в нескольких метрах от него насторожились вуды с андами. Они прекратили движение, воинственно оглядываясь по сторонам и тревожно перекликаясь меж собой. Всему виной – посторонний звук в гуще травы, который вскоре услышали все участники и вынужденно остановились.
Спокойный и размеренный темп похода неожиданно оборвался шелестом, который с каждой секундой становился все сильнее. Что-то неведомое направлялось к путешественникам, и, приблизившись максимально близко, шелест прекратился, заставив всех принять боевую готовность. Никто не знал, что делать дальше. В картах ничего опасного не значилось, а заросли надежно скрывали источник шума. Его не было видно, но в соответствии с внутренним чутьем все знали, что оно притаилось где-то рядом с ними. Путешественники повели себя аналогично аномалии – они притаились и ждали. Примерно, минуту никто не шевелился. Минута невыносимого покоя, когда от нахлынувшего в кровь адреналина практически каждый услышал стук своего сердца и синхронные, пульсирующие удары в области висков. Они словно отсчитывали секунды до наступления чего-то очень серьезного.
И вот, время ожидания истекло, к сожалению для гостей диких краев. Сначала разразился оглушительный рев. Пока ошарашенные звуковой атакой странники приходили в себя, нечто схватило одного из вудов и моментально утащило в гущу травы. Несчастный лишь успел издать по себе глухой, но пронзительный, вопль, а из места крика в разные стороны разлетелись куски его плоти. Не успели участники ничего сообразить, как вслед за первой жертвой в заросли утащили мага с другой стороны. Все, что осталось от чародея – такой же истеричный крик вперемешку с хрустом его костей. Адреналин ударил по ошеломленным путникам еще сильнее, заставив их вмиг поддаться инстинкту выживания. Шокированные происходящим они сбились в круги, пытаясь отражать атаку. Разразилась самая настоящая бойня, в ходе которой путники предприняли максимум усилий. Анды энергично махали огромными дубинами и молотами, сминая ближайшую траву. Маги произносили заклинания. Гномы взрывали бомбы, метая их в направлении шелеста. Вуды отстреливались из луков. Остальные отряды также вслепую отбивались, как могли. В разные стороны стремительно разлетались огненные искры, стрелы и куски земли. В попытке устранить угрозу путешественники уничтожали все вокруг себя. Но монстр, оставаясь незамеченным и поразительно ловким, продолжал утаскивать участников. Находясь на своей территории, он подкрадывался к растерянным отрядам и выхватывал оттуда наиболее незащищенных солдат. Так, вслед за лесником и чародеем, ряды пропавших пополнили пустынник и гном. Итого, уже сходу четыре потери за столь короткое время.
Осознав бесперспективность обороны, великаны все вместе одновременно ринулись куда-то, ломая высокие стебли на своем пути. Устрой азулонцы такой марафон с самого начала, участникам и вовсе пришлось бы потратить на пересечение поля не больше часа. Неукротимая сила Азулона столкнулась со стихией в отчаянной схватке: под ударами тяжеленных дубин и молотов твердые стебли разлетались в щепки, а более мелкая трава, неприятно шипя, нещадно сминалась андскими сапогами. 55 размера. Увидев это, Танар скомандовал своим рыцарям примкнуть к богатырям. Инстинктивно за франами быстро последовали остальные отряды, ибо никто не желал оставаться один на один с могущественной силой.
Бросив большую часть тяжелых сумок, странники изо всех сил побежали, прорываясь сквозь заросли, а по сторонам от них раздавался крик схваченных. Настолько отчаянный, что страшно было представить, что с ними делала неведомая тварь. Страх подстегивал бежать еще быстрее. Один отставший от своих пустынник усердно пытался догнать отряд, но, споткнувшись, упал посреди проложенной андами тропы. Мчавшийся позади него маги, эльфы и гномы в порыве паники не заметили беднягу и задавали. Перепуганному эльфу, бежавшему рядом с даннским наемником, также в тот день не повезло. Чудовище потянуло эльфа за ноги, а он, не желая сдаваться, крепко ухватился за руку данна, умоляя о помощи. Но наемник от такой просьбы был не в восторге и, недолго думая, мощно ударил парня по голове навершием своего меча, отчего эльф отпустил руку, а затем, уволоченный врагом, растворился в дебрях.
К счастью для гостей, кошмар продлился недолго. Танар, не отстававший от великанов ни на метр, оказался прав в своем решении, поскольку гиганты, увидев кратчайшее расстояние до выхода, помогли как можно скорее покинуть западню. Они миновали поле, очутившись на небольшом пустыре перед лесом. Вслед за королем, из зарослей выскочили наружу пустынники с даннами, а за ними – все остальные. Приводя дыхание в норму, каждый из отрядов наспех провел что-то вроде переклички, по итогам которой выяснились первые потери. Из 72 участников не досчитались 12. Из проклятого поля не удалось выбраться живыми двум пустынниками, трем вудам, эльфу, гному, двум даннам и трем магам. 12 добровольцев стали первой жертвой, принесенной Закатным землям. Но времени на их оплакивание не было, ибо звук шелестящей травы вновь становился сильнее. Другого выхода, как скрыться в старом сухом лесу, что находился позади путников, не оставалось, и им пришлось вновь убегать, следуя по направлению, чем-то напоминающим аллею.
Таких явных препятствий движения здесь уже не было, поэтому путники демонстрировали максимум своих атлетических возможностей. Подобно стаду неистовых буйволов, они неслись вперед по прямой дороге вглубь леса. Еще свежие в памяти крики и разбрызганная по сторонам кровь перед глазами подстегивали их скрываться от монстра усерднее. Результат не заставил себя долго ждать – первые километров 5 они преодолели с легкостью, а затем начались проблемы. Столь резкий марш-бросок не мог не сказаться на общем самочувствии беглецов, силы которых начали постепенно угасать. Изрядно вымотанные, они не могли больше бежать, да и к тому же неизвестное существо перестало их преследовать. Поэтому путники, хоть и чувствуя усталость, все-таки продолжали передвигаться, перейдя на пеший шаг.
В ходе последних событий они не заметили, как полдень резко превратился в сумерки, а солнце уступило небосвод звездам. Вместе с ним путников покинул шок, уступив место здравой мысли, и они, наконец, могли задаться вопросами: что произошло, кто конкретно пропал и куда двигаться дальше?
Но и на этом проблемы не закончились. Как говориться, беда не приходит одна. С каждой минутой, приближавшей наступление ночи, лес приобретал все более зловещий вид. Сухие ветки исполинских деревьев нависали над дорогой, закрывая ее от тускневшего неба. А усиливавшийся ветер, чуть завывая, приводил лес в движение, из-за чего отчетливо слышался треск древесины. Даже вудам, прожившим целую жизнь в Южнолесье, становилось не по себе. Возникало стойкое ощущение, что кто-то следил из тени, и сами путешественники ощущали на себе чей-то недобрый взгляд. Постепенно их опасения подтверждались.
Брондаз, хладнокровно ожидавший возможной новой схватки, среди гула ветра все более отчетливо слышал шепот множества голосов на непонятном ему наречии, который все сильнее проникал в сознание. Маг посмотрел на Дармира, чтобы сказать ему об ощущениях, но в непонимающем взгляде брата читалось, что перешептывание слышал не только Брондаз. Более того, остальные отряды также недоуменно переглядывались друг с другом, пытаясь сказать о происходящем.
Одновременно с голосами сквозь ветхие стволы древ начал медленно проступать белый туман, застилая аллею и подбираясь к путникам. Чем ближе подкрадывалась густая пелена, тем слабее ощущали они себя. Аспур почувствовал помутнение в глазах, а тело, словно набитое ватой, переставало его слушаться. Меч становился все тяжелее, и гладиатор, не в силах держать его больше, выпустил его из руки, а затем и сам рухнул на землю. Прежде, чем потерять сознание, он услышал что-то наподобие колыбельной. Странной, на неизвестном языке, но все же колыбельной. По крайней мере, так считал гладиатор. « Это конец?» – риторически вопросил он самого себя, после чего его потяжелевшие веки схлопнулись, гася ясный рассудок, словно пламя свечи в темноте.