Страница 6 из 34
– Время обедать!
Сначала женщины увидели широкую спину, а потом Брагин развернулся и показал поднос, заставленный едой. Глядя на блинчики, борщ, котлету, макароны и компот, Марина представила, как муж сгреб всю еду в столовой. И не лень ведь было тащиться почти через все здание.
– Марина Владимировна, все пареное, без холестерина, и без вреда для вашей талии. Тетя Соня обещала завтра сногсшибательный рыбный суп сварганить, – болтал Брагин. Он не замечал напряжения в помещении и хлопотал, расставляя приборы на столе. А вот Марине хотелось вытолкать его обратно в коридор, лишь бы Журавлева так откровенно не пялилась на него. Почувствовав неладное, Олег выпрямился и оглядел всех присутствующих: – Дамы, а че мы тут? Военный совет устраиваем? И Павлову не позвали? На танке…
– И вправду время обедать! Инга, пойдем-ка пообедаем… – предприняла попытку увести ее Саша. Но Журавлевой был интересен мужчина, который подмигивал мрачнеющей Марине. Шагнув, она промурлыкала:
– А у нас, оказывается, работают такие заботливые мужчины?
– А то… – с улыбкой ответил Олег: – И заботливые, и красивые, и нежные, и ранимые… А вы кто, незнакомая дама?
– А я – новый анестезиолог. Инга Журавлева. Будем работать, – по-женски глупо хихикнула Инга, а Марина чуть не скривилась, тошнило от такого неприкрытого флирта. Краем глаза она видела, что Брагин отвлекался и поглядывал на нее, поджидая, когда она сядет за стол.
– Будем-будем. Ну, чего? Жена, муж пришел! Кормить будет! – громко заявил Олег: – Вот все у нас, как не у людей, в нормальных семьях женщины кормят мужиков, а у нас наоборот. Да, Марина Владимировна?
–Так, вы – супруг Марины Владимировны? – казалось, обрадовалась Журавлева: – Ну вот и познакомились… Я со всеми мужьями Марины знакомилась… И не поверите, с обоими в больнице. Место встречи изменить нельзя.
– Да-а? – до Олега, видимо, дошло, что рядом находится ценный источник для получения информации о прошлом супруги. Но вот Марина, которая встрепенулась и стремительно вышла из ординаторской, привлекла его больше. И все же окликнул ее Брагин с опозданием.
***
Он мог узнать ее по шагам. За то время, что был рядом с ней, научился различать легкую поступь, уверенный стук каблучков или бесшумные шаги, когда Марина выбиралась из постели и спешила первой занимать ванную комнату.
Брагин притаился и вскоре увидел на лестнице жену, которая остановилась за несколько ступенек до него. Мужчина оперся о перила и смерил ее взглядом.
– Какая ты у меня красивая, – мечтательно отметил он: – Умная и красивая…
– Хоть кто-то в нашей семье должен сохранить ум…
– Да-а, что-то не получается у меня быть умным, – провел рукой по голове Олег: – Айкью не вышел…
– Олег, ты обещал вести себя, как будто ничего не произошло, – Марина прикрыла себя, скрестив руки на груди.
– А что не получается?
– Да у тебя на лбу написано все. Если бы мы были на войне, я бы первой тебя пристрелила. Чтобы ты нас не сдал, – Марина качнулась, но не сдвинулась с места даже, когда Олег перепрыгнул и встал ступенькой ниже.
– Партизан из меня никудышный… Но вот муж я ведь хороший? И… – мужчина приложил руку к ее животу, но Марина откинула ее.
– Брагин! – завертела она головой: – Когда ты успокоишься? Что же это такое…
– Так, минутка брагинонежности, – упертый Олег все же обнял ее и не позволил вырваться: – Нам нужно так успокаиваться… А тебе выпускать пар, – проворчал он, – чтобы ты никого не убила…
Посомневавшись для приличия, Марина выдохнула и обхватила его за плечи. От присутствия рядом сильного и родного человека тревоги уходили, и Нарочинская прикрыла глаза, перестав слышать больничный шум. Пальчики пробежали по затылку, шее, спине. Олег тоже не забыл про ласки, он покрепче сжал ее попку, и Марина заулыбалась: своего Брагин не упустит.
– Что там с утренним недорезанным?
– Ничего. Сдавать анализы не надо, парень нормальный… Какие-то скинхеды рядом со Склифом территорию с этим готом не поделили…
– Ну, хорошо. Тогда я спокоен.
– Пообещай, – наконец, отстранилась Нарочинская. Она взяла его лицо в ладони и сжала их, делая забавный бантик из мужских губ, – что перестанешь быть папочкой. Ну, потерпи ты. Хотя бы до пятого месяца…
– Долго же, – огорченно отметил он.
– Зато спокойно. И я не прибью тебя раньше. Не искушай меня, – улыбнувшись, Марина чмокнула его в губы, но так просто Олег не отпустил ее, он углубил поцелуй и посильнее стиснул в руках: – Все, все…Хорошего помаленьку…
– Слушай, а вы с Журавлевой работали что ли?
– Так, я пошла!
Убегая от Брагина, она слышала его вопросы, но не реагировала. Но не зря мужчина учился играть на струнах ее души, Марина впервые за день успокоилась.
***
– Ну, все, смотровая свободна, – Олег бросил карту на стойку, мешая Дубровской заполнять журнал.
– Странно, чего это ты не жалуешься, что не оперируешь? Уже как три часа маешься. Все не по твоей части, Брагин. Прямо как проклятье…
Олег рассматривал немногочисленных посетителей в приемной. Сегодня он уже зашивал порезы, вправлял вывихи. Без Куликова, который в очередной раз взял выходной, было скучновато. Еще и операций не предвиделось.
– Михалыч… А чего ты такой таинственный? Загадошный прям…
– Чего? – Олег увидел лицо любопытной Нины, и едва не выложил ей все, как на духу. Но перспектива остаться в Склифе навсегда, размазанным по стене, его не привлекала. Марина точно не простит то, что он сболтнет: – Старею я, Нинель…
– Кто? Ты? Ты же, как коньяк. Кто мне говорил?
– Это правильно, – самоуверенно согласился Олег: – А где Марина Владимировна?
– Так оперирует. С Вершининым там бабулю после нападения собаки зашивают. Пенсионерка еще с лестницы упала и головой ударилась, когда отбивалась. Вот они вдвоем и работают. А потом у Марины еще плановая…
– Не много ли? – нахмурился Олег.
– Ты это у Павловой спрашивай. И кто знал об этой бабуле, божьем одуванчике?!
Инга точно не хотела пройти незаметно. Пролетев по холлу, она подарила Брагину обворожительную улыбку, и мужчина повеселел:
– Инга… Журавлева… Как вас там по батюшке? – позвал он ее. Женщина будто этого и ждала, подошла она с большой охотой в глазах.
– Николаевна я, Олег Михайлович.
– Ну, так вот, Инга Николаевна. Что насчет операции? Замутим там анестезию?
– Какая еще операция? Брагин, ты че задумал? – осуждающе переспросила Нина.
– У меня как раз свободное время. Почему бы и нет? – с согласием закивала Инга: – Тем более, оперировать будет сам Брагин…
– А я такой известный? – полюбопытствовал он.
– Еще бы. Любая табуретка о вас знает все, вплоть до того, какие вы песни любите…
– Да неужели? Ну, пойдемте, Инга Николаевна, споем там… – Олег обернулся к Дубровской, которая неодобрительно качала головой: – А ты мне вызвони Шейнмана. Я видел, что он там лясы с Танечкой точил…
–Тебя Павлова в порошок сотрет… – на угрозу подруги Брагин никак не отозвался: – Или Нарочинская на кубинский флаг порвет…
***
Голова была забита только снимками, отработанной методикой и целями, которые нужно было выполнить. Марина настраивала себя на новую долгую операцию, разминала запястья и мысленно водила скальпелем, разрезая человеческую плоть. Так ей было проще подготовиться к работе.
– Нина, у меня плановая… Помнишь? – Нарочинская остановилась на минутку и поставила подпись в документах.
– Плановая? Так это… – женщина озадаченно почесала в затылке. Марина обратила внимание на ее бегающие глаза и уточнила:
– Что?
– Да я и сама не знаю. Но твою плановую там это… Шейнман с Брагиным забрали. Уже как полчаса в операционной…– Нина заметила, какими опасными от гнева стали глаза Нарочинской: – Ну, а я-то тут при чем? Расписание не я составляю…
Последние слова Дубровская буквально кричала в спину Марины, которая помчалась в операционную. Она подоспела к моменту, когда Брагин приступил к самому любимому моменту – рассказу медицинского анекдота.