Страница 13 из 28
Я вздохнула ещё тяжелее, чем он. И это называется, женщины любят всё усложнять?
— Хорошо, — сказала я. — Сегодня после ужина. Ужинать в «Приюте Вестника» мне, простите, не хочется.
========== Глава шестая ==========
Отношения храмовников к браку вне круга такое же как у Серых Стражей, им не рекомендуется вступать в брак и заводить семью, потому как это может быть очень проблематично. Но если храмовник принимает такое решение и партнёр готов/готова с этим жить, то Церковь не чинит препятствий. Только храмовникам Круга запрещено вступать в брак или воспитывать детей.
— …Беженка из Ферелдена. Такая, знаешь, девочка из хорошей семьи, попавшая в безвыходное положение. Сначала не знала, куда девать глаза, прикрывалась, зажималась и вообще заставляла чувствовать себя чуть ли не насильником. Я её выкупил из «Цветущей розы», снял ей домик в приличной части Нижнего города…
— А к ней туда ходила половина твоих сослуживцев?
— Нет. Не думаю, — поправился Мартин (просто по имени, ладно?). — Там была такая старая карга в соседях — мимо неё ни один кот незаметно не прошмыгнул бы. Не то чтобы я её специально спрашивал, она сама себя назначила блюстительницей нравственности Изольды.
— А имя больше похоже на орлейское, чем на ферелденское, — заметила я.
— У неё мать была орлесианка, — кивнул Мартин.
За соседним столом сидел Дориан в компании бутылки и блюда с виноградом. Опять не почищенным. Тевинтерец отсалютовал мне бокалом, но подходить не стал, рассудив, очевидно, что третий лишний. Я, если честно, гораздо охотнее поболтала бы с тевинтерским магом, чем с храмовником из Вольной Марки, но раз уж согласилась встретиться и выпить по стаканчику… К обещаниям своим я всегда относилась с излишней для приличной женщины серьёзностью.
— Потом она забеременела, а я сказал, что жениться мне никто не позволит, но ребёнка я, разумеется, не брошу. Честно сказать, я совсем не обрадовался, — признался он. — Незаконнорождённый ребёнок, отец которого в лучшем случае погибнет, в худшем — превратится в слюнявого идиота… Потом подумал, что этак вообще никто не стал бы заводить детей: ни шахтёры, выхаркивающие к сорока годам куски лёгких вместе с комками каменной пыли, ни рыбаки, которые то ли вернутся с моря, то ли нет… У нас родилась девочка, но Изольда пожаловалась, что ей нечем кормить дочку, и я нанял кормилицу. А в один прекрасный день оказалось, что Изольды нет, как нет и столового серебра, зато есть нешуточные долги кормилице, служанке, а заодно и домовладельцу. Ах, да, и дочь у меня тоже есть — её Изольда оставила мне, раз уж я не поленился и официально признал себя отцом.
— И что ты сделал? — спросила я, хотя, в общем, догадывалась что именно.
Мартин вздохнул.
— Написал старшей сестре, — сказал он. — Она незадолго до этого овдовела, сама осталась с двумя детьми, но приехала, обозвала меня ослом и забрала Ребекку к себе. Сказала, что такому недоумку, как я, нельзя доверять воспитание детей, особенно девчонок, раз я так легко развешиваю уши. Очень вовремя забрала, — чуть помолчав, добавил он. — Буквально за пару недель до того, как кунари напали на Киркволл. Потом, правда, когда с кунари удалось разобраться, написала, что даже рада случившемуся. Что так от меня хоть что-то останется, а двоих детей растить или троих — разница невелика.
— Завидую, — вздохнула я. — У тебя есть дочь, и её не забрали в церковный приют.
— А ты?.. — он запнулся, не решаясь спросить, но я мотнула головой:
— Создатель упаси! Никаких детей. Не хватало ещё лет через пятнадцать-двадцать вглядываться в лица всех мажат и рекрутов, гадая, не мой ли это сын.
— Я поэтому никогда не связывался с магессами в Круге. — Мартин, вспомнив что-то не особенно приятное, нахмурился, но твёрдо закончил: — Служить Церкви — одно, но с какой стати я должен отдавать ей своих детей?
— А у тебя пытались отнять Ребекку?
— Ну… не отнять, конечно. Но очень настойчиво предлагали отдать девочку в приют, где она будет сыта, ухожена, вовремя подлечена и где из неё вырастят настоящую последовательницу Андрасте. Собственно, я поэтому и написал сестре о случившемся, — сказал он. — Кормилица, когда ей выплатили задержанное жалование, легко согласилась и дальше нянчиться со спокойным здоровым ребёнком. Но я подумал: случись что со мной, Ребекка тут же окажется в приюте, и ни у кого из моих родных даже согласия не спросят. Когда Елена её увезла, мне стало гораздо спокойнее. А потом кунари, взрыв церкви, бунт магов… Не представляю, что стало с приютом.
— А я вот даже учеников всех растеряла, — вздохнула я. — Правда, ко мне тут просится один, но в семнадцать лет, боюсь, поздновато начинать учиться.
— Вы же все учите основы алхимии. Не совсем же он с чистого листа начнёт.
— Да, но я отцу начала помогать в шесть. Матушка всё ругалась, что морковку чистить меня не заставишь, а с какими-нибудь слизняками я готова возиться хоть до полуночи.
— Твой отец был… алхимиком?
— Не отступником, — усмехнулась я. — Приличным городским алхимиком без малейших магических способностей. Но у него в друзьях числился формари-травник из джайненского Круга, да и просто маги захаживали поболтать и выпить кружечку чего-нибудь не на продажу. Если бы я хотела скрыть свои невеликие способности, меня бы в два счёта обучили, думаю. Но я не раз и не два слышала разговоры отца и его приятелей о том, что только в Круге магов можно получить настоящее образование, и в одиннадцать лет сама туда попросилась.
— Жалеешь?
— Да нет, — я допила остатки граппы, отчётливо отдающей сивухой — то ли Кабо не знал, чей это был заказ, то ли решил не баловать раньше времени возможную, но пока ещё ни в одном месте не партнёршу. — Такой библиотеки, как в Круге, я бы точно нигде больше не нашла. И такой лаборатории тоже. А Круг в Джайнене был маленький, тихий, спокойный. Это не Цитадель Кинлоха с Ульдредом и Героиней Ферелдена. Никаких знаменитых магов, зато и никаких бунтов… да и порядки у нас, в общем, были довольно мягкими.
— Да я уже понял, — усмехнулся Мартин. — Так и представляю себе магов из киркволлских Казематов, которые запросто ходят к приятелям в Верхнем городе выпить кружечку домашнего вина. В Старкхевене было не так строго, но всё же…
— Насколько я могу судить по чужим отзывам, чем больше Круг, тем больше проблем.
— Как всегда. Даже без всякой магии — просто сравни свой Джайнен и Денерим хотя бы.
— Я не бывала в Денериме. Я проездом была в Оствике, когда меня переводили в Хасмал. Слёзно упросила храмовницу, которая меня сопровождала, погулять со мной по городу, но у нас было всего полдня, а на следующее утро мы уже ехали на север. Так что оценить Оствик толком я не успела. И про бег наперегонки с намасленным сыром только слышала.
Я покачала пустой стакан в руке, покрутила на столе, ловко подхватывая под края, чтобы не упал.
— Спасибо за угощение, — сказала я, потому что пауза в разговоре затягивалась до неприличия. — Если не желаешь снимать здесь каморку на чердаке, я пойду, пожалуй. Завтра опять работы выше головы. Такое чувство, будто без меня тут никто толком не занимался чем-то посложнее зелья из эльфийского корня.
— Наверное, бывший королевский травник не привык готовить лекарства в таких количествах, как формари из пограничного Круга, снабжавшая ими половину контрабандистов? — усмехнувшись, предположил Мартин.
— А ещё половину охотников на драконов и просто наёмников, — легко кивнула я. — И сливки хасмалского общества заодно, — я манерно помахала кистью с растопыренными пальцами. — Хотя это-то как раз мастеру Адану должно быть знакомо: аптекарь королевского двора всё же, хоть и ферелденского.
Мартин чуть подался ко мне, уперевшись локтями в стол.
— А если эту ночь мы проведём вместе, наутро ты меня отошьёшь окончательно, да? — спросил он негромко.