Страница 4 из 12
Прошёл уже почти месяц, и зелье было практически готово, оно уже настоялось и пришел момент добавления главного элемента — нескольких капель крови. Момент, которого, кажется, так боялась Рейвенклов. В последние дни она судорожно листала книги, пытаясь найти хоть какую-то этому альтернативу, и Гермиона волновалась вместе с ней, ведь вскоре, при возвращении в свое время, ей тоже пришлось бы как-то оправдываться перед Снейпом. Но, так ничего и не найдя, Основательница решилась на этот шаг. Измельчая крапиву, Ровена как бы случайно порезала палец и так же «случайно» занесла руку над котлом. Как только капля её крови коснулась зелья, оно забурлило и поменяло цвет. Слизерин в недоумении переводил взгляд с котла на Рейвенклов и через какое-то время охрипшим голосом произнес:
— Так ты… любишь меня?
Ровена неуверенно кивнула головой.
— Что же… Это весьма неожиданно, но знаешь… Я не могу тебе ничем помочь.
— Я и не надеялась, Салазар. В этом всём виновата лишь я сама, — при этих словах она перелила зелье в пиалу и подошла к койке, где сейчас лежал Слизерин. Она аккуратно поднесла зелье к его губам. Дух Основателя тотчас начал блекнуть, пока вовсе не исчез, еле слышно прошептав: «Прости…»
Слизерин открыл глаза:
— Спасибо, Ровена.
Однако Рейвенклов, не сказав в ответ ни слова, навела на него волшебную палочку и еле слышно прошептала: «Обливиэйт…»
После этой фразы Гермиона вновь закружилась в аппарации.
***
— Мисс Грейнджер, — как приятно вновь услышать знакомый голос, — Мисс Грейнджер, вы в порядке?
Гермиона вскочила с холодного пола, отряхивая мантию. Кажется, она вновь оказалась в настоящем.
— Сэр! — радостно воскликнула она и, наверно, даже кинулась бы с объятиями на бывшего преподавателя, но тот, во-первых, был лишь духом, а во-вторых, вряд ли одобрил бы такой порыв.
— Чего вы так улыбаетесь, мисс Грейнджер? — подозрительно подняв бровь, спросил Снейп.
— Я просто очень рада вас видеть. Сколько я тут пролежала?
— Около пяти минут, а что произошло?
— Эта книга была чем-то вроде портала в прошлое. Я попала во времена Основателей, — она кратко описала ему все события, опустив лишь факт любви Рейвенклов к Слизерину и, в частности, истинную причину, почему она видит своего бывшего профессора.
— Так что теперь у нас есть рецепт.
— Да, но вот только одна маленькая проблемка…
— И какая же? — спросила Гермиона, заранее предчувствуя ответ.
— Найти человека, который меня любит, — скривился Снейп.
========== Часть 5 ==========
От постоянного помешивания волосы Грейнджер выбились из прически, и Снейп еле сдерживал себя от желания подойти и заправить непослушный локон ей за ушко.
— Профессор, а может… У вас остались родственники?
Ее голос вывел его из задумчивости:
— Зачем вам это знать?
— Ну… Я так подумала… Кровь любящего человека… А ведь материнская любовь самая сильная…
— Это так, но вот только матери у меня не осталось.
— Ой, извините… Я не хотела, профессор.
— Не стоит извиняться, — немного резче, чем стоило бы, ответил Снейп. — И… прекратите обращаться ко мне так официально.
Девчонка перевела на него непонимающий взгляд.
— Я уже не являюсь вашим профессором и вряд ли вернусь к этой должности.
— Что ж… — Грейнджер выглядела немного растерянно. — Но как мне тогда вас называть? Мистер Снейп?
— Так еще хуже, — скривился он. — Просто Северус.
— Хорошо, но только и вы зовите меня Гермионой.
— Договорились, мисс… Гермиона.
Запало неловкое молчание.
— Кстати о родственниках, — спустя некоторое время начал Снейп. — Перед войной в живых оставалась лишь Анна, но я не наведывался к ней вот уже восемнадцать лет…
— Со времен Волдеморта?
Мужчина кивнул в ответ.
— Я боялся, что Пожиратели причинят ей какой-либо вред, если узнают, что она мне дорога… Даже самых верных и надежных последователей Волдеморт жестоко наказывал за малейшую провинность, что говорить обо мне, семнадцатилетнем мальчишке…
— Может… Попробовать отыскать ее?
— Не думаю, что она еще жива. Ей сейчас должно быть около восьмидесяти лет.
— Но ведь волшебники живут куда дольше.
— Она была магглом.
— О… Тогда тем более понятно, почему вы скрывали от Пожирателей ее существование… Но ведь можно попробовать…
— Аппарируем к ее дому завтра, а пока закончите первый этап зелья, - резко ответил Северус, поставив тем самым точку в этом разговоре.
Грейнджер вновь отвернулась к котлу, подготавливая отвар златотысячника. Совместно со Снейпом они решили начать приготовление зелья, а тем временем найти подходящего человека. Снейп же взял со стола Гермионы дневник Рейвенклов и принялся просматривать страницы в надежде найти выход, хоть какой-то выход из положения.
«Как же жизнь все же превратна. Ты любишь… Всегда… — никто не любит тебя. Пытаешься спасти жизнь многим — но никто не поможет тебе. Где же всемирный закон бумеранга? Неужели он действует лишь на ужасные поступки? Так. Хватит. Ты стал совсем уже сентиментальным», — Северус полностью сосредоточился на книге, где были записаны ее исследования, рецепты некоторых зелий, придуманных, очевидно, самой Основательницей, и проникался все большим уважением к Рейвенклов и самому факультету. Последние же страницы, на которых, по идее, должны быть записи о выходе души из тела, были вырваны.
— Гермиона?
— Да, про… Северус? — Грейнджер немного покраснела от смущения, что не осталось незамеченным Снейпом.
— А вы не брали ничего из дневника?
— Нет… а что?
— Некоторые страницы вырваны.
— Те самые?
— Скорее всего, да.
— Может… Их вырвала сама Рейвенклов? Не хотела, чтобы кто-то нашел их?.. — Гермиона говорила в тоне предположения, хотя в душе надеялась, что профессор не распознает ложь.
— Это было бы глупо. Она ведь могла помочь многим людям благодаря своим исследованиям в этой области.
— Ну… Может, личные причины…
— Вы мне что-то недоговариваете, верно?
— Нет, что вы…
Грейнджер немного попятилась, Снейп подошел ближе:
— Вот только не надо мне врать! — рявкнул он, отчего девушка как-то сжалась. Школьные страхи еще давали о себе знать. — Ложь я распознаю сразу…
— Хорошо, — Гермиона набрала побольше воздуха и на одном дыхании выпалила:
— Рейвенклов любила Слизерина.
— Что ж… — Снейп ухмыльнулся. — В таком случае, она не так умна, как казалась…
«А Грейнджер совсем не умеет скрывать эмоции…» — мысленно отметил он, смотря на побледневшую Гермиону.
***
Облезшая деревянная калитка перекосилась и тихо поскрипывала от ветра, маленький дворик зарос бурьяном, крыша дома давно провалилась, а некогда ухоженные кусты роз уже не придавали красоты этому мрачному и давно покинутому месту.
Отчаяние захлестнуло Снейпа с головой. Ее давно уже нет. Анна… Самый дорогой ему человек. Единственная, кто понимал и поддерживал его несмотря ни на что. А он так и не успел попрощаться. А ведь обещал еще в далеком детстве, что никогда не бросит ее и будет заботиться о ней так же, как и она о нем. Анна была совсем не похожа на своего брата, бывшего ему за отца, вечно пьяного ублюдка, бьющего его и мать. Он, будучи ребенком, часто убегал к ней от побоев, криков и вечных ссор родителей. Только благодаря советам Анны он смог выдержать многие трудности. И вот теперь… Ее нет. Северус уже не сможет обнять ее как в том, далеком, прошлом. А она уже никогда не отругает его шутливо за то, что совсем о ней забыл. Никогда…
— Сэр… С вами все в порядке?
— Да… — тихо выдавил он и сам не узнал своего голоса.
Кому он врет?! Уже прошли те времена, когда надо было скрывать свои чувства и эмоции. Хватит прятаться за маской полного безразличия! Ты потерял последнего дорогого тебе человека! Неужели все хорошо?!
— Северус…
Голос девчонки на удивление успокаивал и придавал сил. Раньше так влиять на него мог лишь один человек… Лили… Чертов мазохист! Надо было еще и про нее вспомнить…