Страница 38 из 105
На всякий случай притворяясь, что занята какими-то делами во дворе, Марина разглядывала травку, делала вид, будто что-то потеряла у ворот, сломала каблук и долго потом на него таращилась. В общем, протянула аж четверть часа, после чего рискнула незаметно потрогать лак. Немного затвердел. Марина аккуратно покрыла первый слой лака вторым, очень радуясь тому, что лак и в самом деле совсем незаметен. Для верности решила покрыть железяки еще и третьим слоем.
Тут ей помогла Пуська, которая очень заинтересовалась, чем это хозяйка занимается. Кошка принялась крутиться под ногами и тыкаться носом в железяки, с отвращением фыркая. Пришлось загнать животное домой, что заняло немало времени. Зато если кто и подглядывал, то понял - Марина занята важным делом, гоняется за кошкой. Имеет право. Удивленная и даже шокированная Пуська долго не давалась; наконец с негодующим фырканьем она скрылась в доме. Марина села в машину, делая вид, будто собирается уехать. И попробовала щелкнуть пультом, якобы желая закрыть ворота.
Створка ворот величественно сдвинулась с места и поехала к середине, но на полпути остановилась.
Марина и дышать перестала. Заставив себя выждать несколько секунд, сделала вторую попытку. Дрогнув, створка ворот поехала обратно, и ворота вновь распахнулись настежь. Марина опять щелкнула пультом. С тем же результатом: створка, доехав до половины, остановилась. Легкое подрагиванье свидетельствовало, что ворота стремятся занять нужное положение, однако не в силах преодолеть какое-то препятствие.
Теперь Марина имела право действовать открыто. Облегченно выдохнув, она вылезла из машины и принялась демонстративно щелкать пультом. Потом, хотя по-прежнему вокруг не было ни одной живой души, так же демонстративно стала рассматривать ворота, театрально пожимать плечами и разводить руками. С трудом наклонившись - а каждый наклон ей давался с трудом, - она очень внимательно осмотрела направляющие. Теперь ей не было необходимости изображать недовольство. Марина и в самом деле была недовольна и встревожена, ибо чувствовала - проклятые ворота своего добьются и рано или поздно закроются, сметя препятствие. Своей тяжестью раздолбают, холера, жалкий слой лака. Нет, ворота следовало парализовать основательнее, лишить их раз навсегда свободы действия.
Незаметно спрятав в руке пузырек с лаком, Марина уже не капала, а лила из него на застывший лак, прибегнув к другому методу: не равномерно покрывала железки слоями лака, а наливала его лужицами, которые сначала превращались в комочки, а потом и в горку. Сделала одну горку, потом вторую. Если ворота пробьются через первую, есть надежда, что, выдохшись, спасуют перед второй.
Не спеша, внимательно хозяйка осмотрела ворота, докапала остатки лака. Пожалуй, хватит, а то эти нашлепки станут бросаться в глаза.
Ясное дело, теперь Марина не могла никуда поехать, раз ворота нараспашку, а потому были все основания послать за куриной печенкой кухарку. Печень и в самом деле требовалась для начинки зраз из куриных грудок. Если честно, куриные грудки вполне могли обойтись и без начинки, но Марина всегда отличалась склонностью к изысканным блюдам, так что Хелену требование не должно было удивить. Куриные грудки в обычном виде могли разгневать обожаемого Кароля, привыкшего к Марининым разносолам, так что его, чего доброго, и удар хватит. Не смертельный, к сожалению.
Загнав машину во двор, Марина скрылась в доме.
- Что случилось? - спросила Хеленка, входя в кухню с никчемной брюссельской капустой.
Поджидая кухарку, Марина успела придумать ответ.
- Проклятие какое-то! - недовольно вскричала она. - Я выскочила за вами, потому как забыла о куриной печеночке, у нас сегодня фаршированные зразы из куриной грудки, а эта холера испортилась и не желает закрываться. Уж я и так, и сяк, ничего не получается. Немного сдвинется створка, а дальше не идет, вот, глядите...
И Марина в открытое окно щелкнула пультом. Ворота послушно повторили шоу.
- Просто несчастье какое-то! - причитала Марина. - Я уж боюсь сильней нажимать, вдруг там что лопнет, как бы хуже не сделать.
- Застревают, - поставила диагноз кухарка.
- Вот именно!
- Пан Кароль будет недоволен, - помолчав, сказала Хелена. - Выходит, выехать можно, а запереть нельзя.
И тут только Марина осознала, какую грандиозную глупость ей удалось отколоть. Какой толк, что нельзя запереть ворота во двор, если ворота гаража действуют исправно? Кароль загонит машину в гараж, запрет ее там, и привет. Пусть вход и выход на участок свободный, разве что теперь преступникам будет легче забраться в дом. Но ведь она ни с какими грабителями контактов не установила, только с угонщиками, которые заинтересовались "ягуаром"...
Бедной женщине даже плохо стало. Столько трудов - и все попусту. Не владея собой, Марина разразилась громким плачем. Жалостливая домработница тяжело вздохнула - уж так ей хозяйку жалко. Надо попробовать как-то помочь бедняге. Поставив сумку, Хелена подошла к воротам.
- Может, туда какой песок набился, надо сильнее подтолкнуть? Пусть пани щелкнет этой штукой, что ворота отпирает, а я руками подмогну.
Этого только не хватало! Хозяйка сквозь слезы возразила:
- Боюсь я этой проклятой электроники. А вдруг мы чего и вовсе своротим?
Домработница из-за ворот не очень расстроилась. Хозяйку жалко, вон как бедная убивается. А ворота... что же, пусть постоят открытыми. Грабителей Хелена не боялась, у нее красть нечего, да и в принципе домработница была не из трусливых. Впрочем, сейчас она и вовсе о грабителях не думала, у нее были дела поважнее.
- Я так считаю, - твердо заявила Хелена. - Сначала надо с обедом управиться, а воротами опосля займемся. И нечего пани плакать, такие вещи всегда портятся, можно позвонить, человек придет и исправит. А слезами не поможешь. И пан Кароль еще больше разгневаются, коли обеда не будет.
Что тут возразишь? Марина и не возражала, хотя от справедливых слов домработницы на сердце легче не стало. Шмыгая носом и вытирая слезы, Марина попыталась сосредоточиться на обеде. Ясное дело, в создавшейся ситуации кормежке Кароля следует уделить повышенное внимание.